Модный салон феи-крестной

Я закатила глаза, но спорить в очередной раз не стала. Бесполезно. Это лысое существо было упрямое, как... камень. Вот бы удивились мои мама с папой, проснись они внезапно утром с розовыми шевелюрами и с аурами фей, вместо магов смерти.
У меня даже смешок вырвался, как представила себе подобное.
— Я лесиля! — внезапно забралась мне на грудь Зараза, уселась совсем как кошка, и уставилась в глаза.
— Что именно ты решила? — с закономерной опаской спросила я.
— Твой музь будить и моим. Я ево умузевлю.
— Это как? — вздернула я бровь. — И что ты с ним сделаешь?
— Ни зняю пока как. Умузевлю. Ну, знаись, удочелю, усыновлю, а его я умузевлю.
— А-а-а, — расшифровала я ее картавую исковерканную речь. — Удочерю, усыновлю, у-му-жевлю...
— Дя! Здолява я плидюмаля?
— Не уверена... Почему-то мне кажется, что мой потенциальный муж не захочет, чтобы его умужевляла маленькая горгулья.
— Дя кудя он дениться? — философски пожала она костлявыми плечиками и зачем-то расправила, а потом сложила обратно одно крыло. — Так сьто? Где музь?
— Хороший вопрос... — Я подняла руку и уставилась на свой брачный браслет. — Понятия не имею, где он. Хуже того, я даже не помню, как его зовут. Представляешь?
— Ух ти! Настаясий фей! А говорись — тиловека! — обрадовалась Зараза и помахала крылышками. — Будимь звать. Нам нузинь музь. Без музя скусьно. Я сисяс...
Спрыгнув с меня, она побежала прочь из спальни, путаясь в своих же лапах. На редкость несуразное существо.
В этот момент кто-то позвонил во входную дверь.
 
Для клиентов еще слишком рано, но какие-нибудь посыльные с доставкой покупок могли и прийти. Так что я со вздохом сползла с постели, сунула ноги в милые тапочки с вышивкой и накинула длинный халат из плотного шелка. Эта местная одежка мне приглянулась сразу. Носили тут эти халаты везде: как дома, так и на прогулки к морю, чтобы накинуть после купания. Мой был из плотного голубого шелка и расшит черно-белыми журавлями. Очень красивый!
А в дверь принялись настойчиво стучать, не дождавшись, пока я открою.
Хм. Кто-то очень нервный и не слишком воспитанный. Помедлив секунду, я прихватила из-под подушки топор. Да, я считаю, что это самое подходящее место для хранения оружия, если вы одинокая девушка, живущая в чужом городе.
Дверной колокольчик жалобно крякнул. Я нехорошо прищурилась и взяла во вторую руку волшебную палочку. Я, конечно, маг. Кастую заклинания легко и быстро и безо всякой палочки. Но с нею как-то более приличествует моему нынешнему облику.
 
Торопливо спустившись на первый этаж, я подошла к входной двери и распахнула ее.
— Ой! — сказала я и немедленно ее захлопнула.
Маленький дворик перед крылечком был заполнен орками. Не то чтобы их было много, я увидела пятерых. Но дворик-то крохотный, там до ограды всего несколько шагов. А орки — большие.
Я стояла внутри домика и с опаской смотрела на дверь. Полагаю, снаружи орки тоже изучали ее же.
Наконец, один из них не выдержал и постучал костяшками.
«Тук-тук-тук» прозвучало как-то очень зловеще и нервно. И чего так переживать?
— Никого нет дома! — малодушно крикнула я.
Стук повторился.
— Вообще никого! — снова громко сообщила я.
Не то чтобы я надеялась, что мне поверят. Но вдруг они совсем глупые? Или слепые? Или не рассмотрели меня?
Орки затихли. Прошла минута. Другая.
Я робко и совершенно наивно понадеялась, что они ушли, и сделала глупость — открыла дверь. Орки обрадованно оскалились. Вероятно, это должно было означать улыбки.
 
И тут случилось явление Заразы...
Эта маленькая хищница спикировала откуда-то сверху, размахивая крыльями, зачем-то двигая всеми четырьмя лапками и голося:
— Мусины! Мусины! Белем их! Хватай!
Зеленокожие мужчины остолбенели. Вероятно, никогда ранее их не пыталась хватать маленькая лысая говорящая розовая пакость.
— Стоять! — закричала я и подняла руки, пытаясь перехватить Заразу в полете.
Только я совершенно забыла, что они обе у меня заняты. В одной — топорик, в другой — волшебная палочка.
А вот орки отмерли от первого ступора, восприняли наши с питомицей действия как акт агрессии и взревели, готовясь к боевым действиям.
Орки ревели.
Горгулья верещала.
Я с перепугу тоже орала.
Ближайший орк, совсем молодой еще, рванул ко мне. Только вот домик-то мой зачарован от всех возможных неприятностей. Поэтому парень врезался в невидимую преграду, срикошетил и врезался в своих спутников.
Горгулья, обрадованно пища, бросилась наружу, метя когтями в зеленые клыкастые рожи. Дурочка маленькая! Они ж ее обидят!
— А ну стоя-я-ять! — рявкнула я и выскочила на крыльцо.
А дальше все пошло как-то совсем не так. Оно и до того шло не очень-то правильно, но стало еще хуже. Один из орков успел поймать мою нечисть и зажал под мышкой. Та дурниной вопила, забыв и про «милисть», и про «кисивость». Она ругалась самозабвенно, громко, нецензурно и внятно. Я и слов-то таких не слышала раньше. Вот ведь, можно подумать, что жила горгулья ранее не у феи, а на пиратском судне или в бандитском притоне.
— Брось Заразу! — скомандовала я и гневно указала волшебной палочкой на орка, посмевшего обидеть мою питомицу.
Фейский инструмент воспринял это как команду творить и начал вытворять. В одно мгновение кожаный темно-коричневый орочий наряд превратился в узкое длинное вечернее платье насыщенного красного цвета. А его сапоги совершили метаморфозу и стали туфлями на каблуках.
Мужик оторопел. Зараза аж притихла на мгновение.
 
Но тут снова, в очередной раз, что-то пошло не так.
Из-за моей спины раздались голоса артефактов, и на крыльцо выползла измерительная лента. Следом, прыгая на кончиках лезвий, выбрались ножницы.
— Хватай мужиков! — крикнула Ленточка и дико завращала глазками.
Не уверена, что орки увидели это, но определенно услышали. А я гневно повела волшебной палочкой, намереваясь потребовать выдачи маленького розового заложника. И все бы ничего, но я даже слова не успела сказать, как оставшиеся четверо воинов степей оказались переодеты в дивные вечерние платья разных фасонов и цветов.
— А ну стой! — скомандовала я самой первой жертве моды и погрозила ему другой рукой, в которой был зажат топорик.
И орки дрогнули. Мало того, что по древним неписаным законам я теперь являюсь их вождем, так я еще и фея с волшебной палочкой. И творю такое... такое... Полагаю, у них и слов-то таких нет в родном языке, чтобы выразить всю глубину ужаса происходящего.