Счастливый брак гарантирован!

– В этом есть разумное зерно, и я готов рискнуть, – сказал он, – адрес вашего агентства у меня есть, завтра в шесть часов вечера вашего земного времени мы прибудем с визитом. И вы правы, Антон, предварительно мы с сыном и невесткой обсудим ситуацию с нашим семейным психологом, это ведь огромный стресс для детей.
На том и порешили. Перед их уходом эльф передал Антону небольшой пакет.
– Для меня большая честь выполнить вашу просьбу, Антон Лукич.
– Благодарю.
– А что там? – поинтересовалась Виктория, едва они вышли
– Пока секрет, – довольно улыбнулся Купидонов.
Виктория не любила секретов и сюрпризов, но что поделать, их любил Антон. Потому пришлось смириться и терпеливо ждать времени, когда он посчитает нужным посвятить ее в очередную тайну.
***
С утра в агентстве царила небывалая суета. Нанятая клининговая служба отмывала все до блеска, сотрудники тоже не отставали, безжалостно отправляя в мусор устаревшие отчеты и счищая с оргтехники пестрые стикеры. Виктория решила ограничиться удалением уже ненужных дублей документов в компьютере и чисткой папки со спамом корпоративной электронной почты.
Часам к трем первозданной чистотой сияло не только агентство, но и брусчатка перед ним, все автомобили на стоянке, и даже ближайшие дорожные знаки. И тут Виктория вспомнила, как уважительно эльфы относятся к растениям. С одобрения Антона она скупила почти весь ассортимент местного магазина комнатных растений, в итоге к шести часам внутренний дизайн агентства уже отдаленно напоминал улочки эльфийской столицы.
– Готова? – Антон поправил воротник ее блузки.
– Думаешь, без нас не обойдется? – уточнила Виктория, рассматривая прибывших. Архивариус, его сын с женой, внучок хамоватый, впрочем, теперь он выглядел несколько подавленным, еще какие-то люди.
– Но ты же не хочешь пропустить такое? – ее нежно поцеловали в ушко.
Что делать? Пришлось соглашаться.

Что произошло потом? Семья Коровиных хоть и была заранее предупреждена, но морально не особо подготовилась. Сказать прямо, все были шокированы. Самое интересное, что у Маши есть два старших брата, сама она была третьим ребенком, долгожданной девочкой. Неизвестно, как развивалась бы ситуация дальше, но когда Коровины увидели вошедшего юношу, сына лорда Юнеливиона и внука лорда Юнедэлиона, дар речи потеряли. Копия старших двух сыновей. Понятное дело, матери в слезы. Ситуация, что называется, не для слабонервных. Но нашлись нужные слова, какие-то правильные аргументы, видимо, подсказанные семейным психологом. А дальше ресторан, накрытый длинный стол, ведь ничто так не сближает, как совместная трапеза. Когда эльфы начали петь, рассудив, что теперь все точно будет хорошо, Антон с Викой тихонечко сбежали.
– Домой? – устало потянулась на сиденье Виктория, меняя рыжий цвет волос на родной.
– У меня есть еще небольшое дело в агентстве, если ты не против, – Антон на миг оторвался от дороги.
– Может, сначала меня домой забросишь? – жалобно попросила Виктория.
– А демон? Ну уж нет, я тебя и на минуту не отпущу больше.
Что сказать, Виктория вспомнила, как когда-то в сердцах послала Антона к черту. Сама виновата, надо думать, что говоришь.
А разозлил он ее тогда здорово. Надо же было такое заявить, мол, пойдем, распишемся. Эх, Купидонов…
– Пойдем, – Антон припарковал машину.
– Можно я хотя бы в машине посижу? – усталость на Викторию навалилась такая, что даже вставать не хотелось.
– Ну пойдем, пожалуйста, – чуть ли не умоляет Антон.
Пришлось выходить.
Поднялись к нему в кабинет, Антон вдруг двери запер.
– Купидонов, у тебя что на уме? – опасливо поинтересовалась.
Антон оценивающе посмотрел на стол, даже прищурился, размышляя.
– Купидонов, ты что, совсем рехнулся?
Картинно вздохнул, взял за руку и подводит к ангелочку в стене. Положил руку на кудрявую мраморную голову, вдруг ангелочек вместе с проемом назад отодвинулся, оказывается, лестница здесь потайная есть.
– Ничего себе.
Лестница уходит далеко вниз, но на всю длину подсвечивается очень красиво, даже романтично.
Когда спустились, Виктория и вовсе замерла от восхищения. Огромный зал был наполнен парящими шарами. Синими, розовыми, лиловыми, красными… В центре чаша серебристая.
– Что это за место? – едва прошептала.
– Вика, – говорит Антон, а сам на колено встает перед нею, – я, конечно, болван и все такое, но я уже исправляюсь. Пожалуйста, согласись стать моей женой.
А потом достаёт из кармашка серебристую коробочку и открывает ее. Протягивает, а в коробочке – колечко на бархатной подушечке.
– Купидонов… – пробормотала Виктория.
Но за колечком потянулась.
Одела. Ощущение – полет.
Антон стоит на колене, переживает.
– Конечно, да! – интересно, он ожидал чего-то другого?
Антон поднимается, нежно целует лицо, губы, сам светится весь.
– Пойдем, надо еще кое-что сделать, – говорит и тянет к чаше.
Достает что-то острое, вроде наконечника для стрелы.
– Опять кровь? – Виктория против.
– Последний раз, – уверяет Антон.
Делает легкий надрез ниже локтя себе, потом Виктории. Почему-то не больно. Соединяет руки так, чтобы кровь смешалась. Капли капают на серебристое дно.
– Что дальше? – шепотом спрашивает Виктория.
– Сам не знаю, – отвечает Антон.
Достал салфетку, прижал к руке Виктории. Вторую себе. Они долго смотрят на дно, затянувшееся дымкой. Постепенно дымка начала густеть, превращаясь в какой-то кисель.
– Закрой глаза, – быстро командует Антон.
Виктория резко зажмуривается, и вовремя. Яркая вспышка.
– Можно открывать, – говорит, а у самого голос дрожит.
На дне чаши сверкают два обручальных кольца.
– Это как? – не поняла Виктория.
– Можно сейчас одеть, мы уже женаты, по сути. Можно на свадьбе. Что выбираешь?
– Вообще-то все девочки мечтают о белом свадебном платье.
– Хорошо. Давай недельки через две. Успеем подготовиться?
Виктория чуть дар речи не потеряла.
– Ты что? Так быстро свадьбу не организуешь!
– Ну, ты же у меня ведьма, что-нибудь придумаешь… – и сам смотрит хитро.
– Купидонов!
– Ладно, я пошутил. Пошли, нас родители ждут.
Так впервые Виктория оказалась в доме у Купидоновых. Обращались с нею, как со сказочной принцессой. А когда Антон показал кольца, что в чаше появились, мама его и вовсе руками всплеснула. Оказалось, что у них с Лукой Григорьевичем почти такие же. Фамильное благословение.