Демоны пустыни

Волосы на затылке начинают шевелиться. Мы среди бездны силы хаоса. И если, пока я смотрел глазами, мне просто казалось, что буря приобрела серый оттенок, то теперь становится ясно, что не казалось.
Сумрак замер вокруг нас, в противовес ураганному ветру. Он словно мелкими частицами парит в воздухе, уходя на сотни метров вверх и в стороны. Я не могу дотянуться до края этой завесы.
И эта хрень дико фонит. Что-то там мелькает в ней, вдали. Но от попытки рассмотреть, сконцентрироваться, сразу начинает болеть голова. В ушах нарастает низкий гул и в нос ударяет запах гнили.
Где юг или север, я вообще не могу понять. Словно мы застыли между мирами, даже верх и низ кажутся условными. Жуткое ощущение и я отзываю силу, ежась.
Судя по растерянному виду прорицателя, у него успехов не больше. Он мотает головой, покачиваясь всем телом от этого движения. Его подхватывает Олег и смотрит осуждающе, почему-то на меня.
— Ничего не разобрать, — признаюсь, но не сдаюсь. — Богдан, можешь помочь?
— Я плохо соображаю, но попробую, — он призывает силу и та мерцает, как перегорающая лампочка.
— Потом соображать будем, — ворчит командир. — Надо двигаться. И понять — куда. Пока нас не засыпало песком или не схватили за жопу демоны. Нужно укрытие, переждать бурю.
— А если она не стихнет? — Игнат встревоженно переминается с ноги на ногу.
Ясно, перепуган до усрачки. Его можно понять, на сотни километров вокруг пустыня, пойдем не в ту сторону, только еще хуже сделаем. Воды мало, еды впритык. Своего пайка я вообще лишился, все порвалось и рассыпалось.
Командир, к счастью, не усугубляет состояние Вяземского и не отвечает.
«Олег, успокой немного Сашу, а то он перегорит» — прошу я целителя, наблюдая за дергаными движениями рыжего. Саницкий удивленно смотрит, но без возражений подходит к Каритскому, приобнимая за плечи и направляя силу к голове.
Киваю Покровскому, с опаской глядя на его барахлящую силу. Как бы он мне мозги не поджарил, по дружески. Пока нам много не нужно — найти укрытие, достаточно безопасное, чтобы не озираться по сторонам, и подумать.
Богдан усиливает меня такими рывками, что и сам начинаю дергаться от каждого наплыва. Картинка с таким заикающимся эхолотом лучше не становится. Даже наоборот, периоды включения начинают находить скопления мрачной силы. И они везде.
Все равно в какую сторону нам идти, лучше не станет. Отгоняю все паникерские мысли и думаю только об одном — убежище. Спокойное место, где нет воя ветра и вездесущей пыли.
Яркая точка вспыхивает передо мной маяком и я замираю.
— Туда, — кричу я и срываюсь на бег, в желании удержать ощущение.
Меня тянет в ту сторону магнитом, ноги еле поспевают. Странное чувство, не направления, как было раньше, когда и пользовался поиском. А словно сигнал.
Догадываюсь обернуться и слегка притормозить. Володя не в состоянии бежать, да и пустынник Лис держится за руку. Олег немного подлечил ее, но серьезное обследование нужно делать в более спокойной обстановке.
Сигнал не теряется, но понять, какое до него расстояние, невозможно. Идем мы долго. Прорицатель периодически вскрикивает, но на вопросы отвечает только «везде». И шатается гораздо сильнее.
Не представляю что у него сейчас творится в голове, но ему нужно отдохнуть. Всем нам нужно, борьба с ветром и постоянное использование силы выматывает. Мы все замедляемся, но упорно бредем, озираясь.
Тревожность нарастает, от напряжения звенит в ушах, тело ноет от нагрузки. И тут в тумане впереди вырисовываются очертания. Я чуть не автоматически не атакую, но вовремя останавливаюсь, понимаю, что это то ли скалы, то ли просто огромные валуны.
А за ними — сгусток хаоса. Он пульсирует и через несколько шагов я вижу вспышки. Там стреляют!
— Там наши! — кричу я. — На них нападают!
Командир побегает, всматриваясь в бурю. Вздрагивает, тоже увидев вспышку, и оглядывается.
— Вы, — он указывает на раненого пустынника и целителя с прорицателем. — Укройтесь у камней. Вяземский, ты остаешься их прикрывать. Остальные за мной!
Мы, пригибаясь, пробираемся среди россыпи валунов. Вспышки усиливаются и до нас доносятся крики и автоматные очереди. А я чувствую что там, буквально в десятке метров, какая-то редкая дрянь. От фона твари мутит и приходится сдерживать рвотные порывы.
Саша накидывает на нас купол, Богдан сгущает силу в руках и мы выбегаем к месту боя.
Живой демон там только один. Вокруг него пространство усыпано трупами низших. Но этот такого размера, что сначала не осознать, а потом я вижу рядом с ним фигурки людей. Вот хтонь! Метров двадцать в холке. Тварь напоминает массивным телом мамонта. Только вместо шерсти панцирь и из под его края извивается множество щупалец с когтями на конце.
Он загнал людей к скале и напирает. От сияния силы и огневых прочерков вокруг светло, как днем. Ну, по-крайней мере, для меня.
Только двое пустынников стреляют. Остальные — одаренные. Двое из них стоят впереди, невыносимо ярко светясь. Паладины! Мне кажется, что я вижу на них доспехи, мощные и расписанные узорами.
Сила остальных переплетается разными цветами, но это серебристое сияние и голову сокола я не с кем не перепутаю…
— Там Разумовская! — кричу на бегу. — Дочь императора!
Мы атакуем демона сбоку, немного отвлекая от другой группы. Наш пустынник вырывается вперед, поливая панцирь твари очередью.
— Стой! — слышу я крик от одного из паладинов.
Щупальце демона взмывает вверх и с невероятной скоростью летит в пустынника. Бросаю лезвие силы, отрезая конечность, но поздно. Та по инерции врезается в тело, прибивая его к земле огромным когтем насквозь.
Мы с Богданом одновременно орем и начинает отсекать силой щупальце за щупальцем. Тварь верещит и плюется липкой жижей. А конечности все никак не кончаются.
Я прощупываю демона силой, содрогаясь от отвращения. Должно же быть слабое место! Этой твари тоже не было в книжке. И меня этот факт побеспокоил бы, будь время подумать над новыми видами.
Символы ифритов довольно ухают, всасываясь в голову монстра. Вот, нашел! Мой запас немного пополняется, взбадривая.
— Саша! Можешь перекинуть защиту на его ноги, или руки, на эту хрень? — дергаю Каритского за плечо.
— Чего? Зачем мне его защищать? — непонимающе ворчит он, мотая головой.
— Не защищать. Поставь барьер, хотя бы на пару секунд, чтобы он нас не достал. Сможешь так сделать?
— Да! — в его голосе звучит радость, хотя он и не понимает к чему я.
Я быстро объясняю командиру идею, пока мы подбегаем ближе. Слишком близко, но шанс завалить гиганта у нас только один.
— Все по команде, бьем в харю!! — орет старлей.