Гранитный чертог
– Кому ты сказал, что я была в лагере?
– Никому, – поспешил заверить ее мальчишка, мотнув головой. – Я никому не сказал. Мне просто… нужно уйти с тобой. Один – боюсь.
А с вооруженной незнакомкой, получается, не боится. Странный. Парень вздохнул, не отрывая взгляда от лица Млады, и осторожно попытался дотянуться плечом до того места, куда еще мгновение назад ему впивался нож.
И что ж с ним делать-то? Недавнее желание расправиться с вельдчонком на месте ослабело, и Млада, поборов злость на все его племя, теперь пыталась рассуждать трезво.
– Когда они тебя хватятся?
– Может, утром… Может, позже. После обряда я сразу сбежал. Если меня и хватятся, то не пойдут искать.
А вот это уже подозрительно. Что за человек не пойдет искать пропавшего родича? Только, пожалуй, зверь какой.
– С чего вдруг? Почему они не пойдут тебя искать?
– Отцу все равно, – парень помолчал. – И остальным – тоже. Можно я пойду с тобой?
Вот заладил, мысленно вздохнула Млада, продолжая сквозь темноту рассматривать мальчишку. Не сами ли вельды послали его вслед за ней? Но не выглядел он тем, за чьей спиной стоит могучая родня: слишком испуган, слишком умоляюще смотрит. Как будто и впрямь по собственной воле хочет уйти из опостылевшего лагеря.
– Разве тебе все равно, куда идти? И зачем? – Млада небрежно ковырнула острием скрамасакса рыхлую землю, продолжая, однако, краем глаза следить за мальчиком.
– Все равно, – едва слышно произнес вельд. – Я не хочу стать похожим на отца. И не хочу жить с теми, кому только и надо, что убивать. Мне нужно уйти. Как можно дальше.
– Чем же тебе так не угодил твой отец?
– Мой отец – жрец, вождь племени, – чуть поразмыслив, признался парень. – Я только наполовину вельд. Мать была пленницей и умерла родами. А может, отец ее убил… Он на многое способен. Я видел.
Сын самого жреца! Все обернулось как нельзя более удачно, если парень не брешет. Но коли жрец захочет вернуть отпрыска, могут возникнуть проблемы. Стало быть, надо уходить как можно скорее. И разумнее все-таки будет мальчишку взять с собой, чем прирезать в лесу.
Млада даже невольно ухмыльнулась, но, вспомнив про свои ранения, снова помрачнела. Вдобавок к этому, болезненно толкнулась в бедре кровь.
– Очень трогательная история… – кисло заметила она и поднялась в полный рост. – Но откуда мне знать, что ты точно окажешься полезным?
– Я много знаю! – возмутился парень и заерзал на месте, будто муравьев ему в штаны кто насыпал. – И, если ты правда дружинник, расскажу все. Только не бросай меня тут и не убивай!
Млада промолчала. Тянуть время дальше становилось опасно и бессмысленно. Уже глубокая ночь, пора бы и отдохнуть, но еще не мешало бы отойти от лагеря подальше. А то так даже факела не зажжешь. Зараза.
Вздохнув, Млада схватила парня под мышку и поставила на ноги. Раз уж так вышло, она доставит его в Кирият, отдаст воеводам, а там пусть они с ним разговаривают. Пусть хоть на куски режут – а ее долг перед князем будет исполнен.
– Что ж, идем, коли не шутишь.
Она намотала на ладонь длинный конец веревки, которой обвязала руки парня, подтолкнула его в спину, и тот двинулся вперед, спотыкаясь в темноте о корни и ветки.
– Что это был за обряд? – нарушила возникшую тишину Млада. – Часто они проводятся?
Вельд коротко оглянулся, будто вопрос застал его врасплох.
– Раз в шесть лун. Мы должны принести Хозяину подношение в виде крови пленника, – холодно ответил он, явно не желая о том разговаривать.
Но Млада безжалостно продолжила:
– Хозяин? Кто он?
– Кажется, у него много имен. Это бог или дух. Отец не рассказывал подробностей. Да и не хочу я знать. Сегодня он решил, что мне пора становиться мужчиной. А тут появилась ты. К тому же… – мальчишка помолчал и добавил вдохновенно, будто не шел связанным: – Это знак, точно! Вот чуял ведь! Раньше я боялся, а теперь… Обрыдло все.
– Раз ты против обрядов своего рода, то почему исполнил приказ отца? Ведь знал, что будет с девушкой после того, как ты закончишь.
Вельд ссутулился.
– Знал.
– Тогда почему?
– Да ты знаешь, что было бы, если бы я ослушался?! – он запрокинул голову и невесело хохотнул. – Откуда тебе знать… Наверное, меня высекли бы до полусмерти. А я хочу жить. Но не среди них. Может даже, назло отцу.
– Хорошо же он досадил тебе, раз ты сбежал из лагеря, сверкая пятками, – ядовито проговорила Млада. – Учти только, что я не обещаю тебе безопасности и защиты. Возможно, у тебя еще будет повод пожалеть о том, что решил пойти за мной…
Вельдчонок смиренно понурился. Вдруг словно свежая мысль озарила его голову. Он встрепенулся и неловко оглянулся через плечо:
– Как тебя зовут?
Млада снова толкнула его в спину:
– Иди молча, а!
– Но я же все равно узнаю, – похоже, он улыбнулся при этих словах.
– Если доживешь до того момента…
Дальше они продолжили путь в молчании. И стоило только перестать отвлекаться на мальчишку, боль вновь вернулась, рана на ноге начала кровоточить. А когда при очередном шаге подогнулось колено, Млада решила, что с нее хватит. От лагеря они ушли достаточно далеко, можно и остановиться до утра. Вельд хотел помочь набрать хвороста для костра, но она не стала развязывать ему руки – какой бы хилый ни был, а так спокойнее. Она привязала мальчишку к дереву, сама собрала хворост, вырыла в земле неглубокую ямку и развела в ней огонь.
Приглушенный свет озарил небольшое пятно травы вокруг. Вельдчонок тут же с любопытством уставился на Младу. И вдруг помрачнел на мгновение – даже губы побелели. Но, пытаясь скрыть это, он бодро произнес:
– Ты красивая.
Млада, заметив перемены на лице мальчишки, чуть наклонилась к нему и прошипела негромко и угрожающе:
– Я не советую набиваться ко мне в друзья: это не сослужит тебе хорошей службы. Даже половины вельдской крови в тебе хватит, чтобы я прикончила тебя не раздумывая, если ты будешь мне сильно докучать. Уяснил?
Мальчишка и вовсе напрягся, даже обиделся как будто:
– Я только сказал правду.
– Часто именно за правду снимают голову с плеч, – Млада подбросила в костер еще одну ветку. – Ложись лучше спать: завтра с рассветом мы идем дальше.
Парень постарался поудобнее устроиться у костра, хоть веревка ему и мешала. Млада посидела еще немного, озираясь и прислушиваясь. До сих пор не верилось, что погони так и не будет. Да и вельдчонок, похоже, большой опасности не представлял. Незаметно выкрасть у нее оружие или даже подобраться близко ему не удастся. А потому Млада тоже легла на расстеленное покрывало, подкинув дров в костер. Когда она закрыла глаза, услышала только, как мальчишка шепнул: