Ученик

Архимаг решил сделать свой ход, когда рыцарю оставался до них всего десяток метров. Он запустил в него огромный каменный шип и одновременно попытался насадить на два каменных кола, вылетевших из-под земли с двух сторон от рыцаря. Они били наискосок и должны были пронзить его словно бабочку. Вот только от шипа тот уклонился, как и от одного из кольев. Второй он с лёгкостью сломал, просто пнув тот в нужный момент. После чего словно от раздражения махнул в сторону архимага мечом, с которого сорвалась багровая полоса.
Спустя секунду она врезалась в сияющий щит паладина, о который и разбилась. При этом, воина протащило по земле на метр назад и он чудом устоял на ногах. После чего рывком приблизился к рыцарю и начал наносить по нему удар за ударом. Тот легко парировал их практически все, а оставшиеся принял на выступы доспехов и они не нанесли ему никакого вреда.
Так они и бились пару минут, по истечении которых стало ясно, что противник лишь играет с паладином, а атаки архимага, раз за разом оказываются бесполезны. Я уже начал переживать за жизни наставников, когда Рупен всё же умудрился затащить рыцаря под землю, оставив на поверхности лишь его голову. По которой Ромул сразу же нанёс несколько сокрушительных ударов. И что поразительно, не убил рыцаря, который умудрился вырвать из-под земли руку с мечом и начал отгонять от себя паладина.
Тут уж и я решил попробовать свой козырь. Приблизился и активировал «Ледяного Феникса». Рыцарь не превратился в ледяную скульптуру, но на глазах стал замедляться всё сильнее и сильнее.
Ромула похоже всё это окончательно достало и он, подпрыгнув, воткнул тому меч в голову, навалившись на рукоять всем весом. И наконец-то смог продавить доспехи окружённые багровым пламенем. Свет богини всё же оказался сильнее и буквально выжег рыцаря изнутри, оставив от него лишь металлические доспехи.
Паладин, не стесняясь, упал на землю и радостно засмеялся, как только смог отдышаться.
— Хе-хе. Дерьмо! Да быть не может. До меня только сейчас дошло. — сказал он подошедшему архимагу.
— И в чём же ты прозрел? — спросил тот, осматривая поле боя.
— Что этот противник нам явно не по зубам. Эту тварь всё же подпитывал сам лес. Не может мёртвый рыцарь быть настолько силён. Страшно представить, что же будет встреть мы лича. С такой поддержкой он размажет нас тонким слоем по местным красотам.
— Сложно с тобой спорить. — ответил ему Рупен. — Магию он словно и не замечал до самого конца. От артефакта Реналио было чуть ли не больше толка, чем от моих заклинаний.
— Господа наставники, может не стоит расслабляться? — спросил я. — Мало ли кто заявится на шум боя?
— Да уже бы заявились, но ты прав. — ответил он поднимаясь. — Нужно осмотреться.
Весь погибший посёлок мы осмотрели за пару часов и ничего интересного не обнаружили. Ни ценностей, ни подсказок о том, как же происходила трагедия, не было. Ни одной зацепки о том, как лес умудрился уничтожить всех жителей деревни. А судя по количеству скелетов, они здесь были почти в полном составе. Ромул сказал, что по этому лесу плачет самый настоящий святой поход ордена паладинов. Один он здесь ничего не мог поделать.
Посовещавшись решили не задерживаться в мёртвой деревне и отправиться на север, держась на некотором расстоянии от стены леса.
    
Глава 25
 
 
 
 
В старом замке воет ветер,
 
Нагоняя в сердце жуть,
 
Лучше здесь, чем в чистом поле,
 
На просторах, отдохнуть.
 
 
 
Думал так случайный путник,
 
Не зная мрачной славы замка Ринн,
 
В темницах местных разное творилось,
 
Погибли сотни здесь — и женщин и мужчин.
 
 
 
Согревшись у костра, расслабившись,
 
Уснуть в развалинах, не лучшее решенье,
 
Для тварей это лишь приятный ужин,
 
Для человека — вечное забвенье.
 
 
Имя автора давно затерялось в веках. 15769 год.
 
 
Вот уже две недели, как мы пробирались в сторону, виднеющихся вдали, восточных отрогов Тарсийского хребта. Двигались неторопливо, осматривая местность и уничтожая всякую гадость. Каких тварей нам только не попадалось. Половину из них, даже паладин видел впервые. Попадались мертвецы всех видов, начиная от простых скелетов людей и разных животных. Больше всего меня бесили, кстати, мёртвые белки, те ещё твари, прыгающие на тебя в любой момент с крон деревьев. Хуже скелетов были гули, предпочитающие нападать стаями и демонстрирующие некое подобие интеллекта. Они даже пару раз устраивали на нас засады. Огромные пауки, призраки, ожившие растения и мои «любимые» вампиры. Нас встречали все они, с одним лишь желанием — уничтожить.
Чувствовалось, что лес принимает в попытках нас убить, самое непосредственное участие, стягивая всю дрянь к нам поближе. Было тяжело, но и я, и наставники были довольны. Мы ведь для этого сюда и шли — сократить поголовье всяких тварей.
Тренировки тоже никто не отменял и порой учителя их проводили прямо во время боя. Ромул подсказывал мне варианты ведения боя и использования всего имеющегося арсенала, исходя из ситуации. А Рупен подсказывал, где будет достаточно простейших заклинаний, чтобы повернуть ситуацию в свою пользу. На данный момент моим любимым заклинание стал простейший сквозняк. Лёгкое дуновение ветра, способное всего лишь сбить с шага или заставить немного покачнуться. Но для воина этого было вполне достаточно, чтобы одержать победу.
— Молодец, Реналио! — похвалил меня Ромул.
— Да, видно, что впитываешь знания с огромным желанием. И с каждым днём становишься всё более опасным противником, для своих врагов. — добавил Рупен.
Мы как раз закончили добивать стаю изменённых волков, где я действительно показал всё, чему научился и сам был горд собою. В этот момент неподалёку раздался крик. А затем посыпались бранные слова, одно за другим.
— Это явно не тёмные твари. Если там человек, то мы должны помочь. — сказал Ромул и отправился в сторону криков.
— У нас с архимагом мнение было абсолютно таким же, поэтому мы последовали за ним.
Идти пришлось не так уж и далеко, с километр или немногим меньше. Лошади у нас больше не было, до неё, всё же, смогли добраться в один из дней, мерзкие гули. Так что теперь всю поклажу мы тащили сами. Было тяжело, но я уже привык.
Зрелище открывшееся нам, было хоть и страшноватым, но и немного забавным. На огромной сосне, забравшись метров на пятнадцать, сидел мужчина одетый в яркую и немного цветастую одежду. На спине у него болтался рюкзак и странный музыкальный инструмент. Что музыкальный — я понял по струнам, натянутым на него. Именно он кричал и кидался шишками в огромного изменённого тигра, который пытался добраться до него, раз за разом, прыгая на дерево и соскальзывая с него. Зверь выглядел очень опасным, быстрым и сильным. Поэтому мы, наученные горьким опытом десятков или даже сотен сражений, принялись расходиться в стороны, чтобы окружить его.