Тайны провинции Киттери

Наши имеющиеся в анамнезе семь трупов покажутся цветочками по сравнению с тем, что начнётся при серьезной переделке сфер влияния между вампирами и оборотнями. Лучше в эту область не лезть, и действовать строго по закону. То есть ждать подкрепления из Лоусона, и разрешения на многочисленные обыски-обнюхивания домов. Что могло занять от пары дней до пары недель, а учитывая, с какой скоростью развивались события, мы не сегодня-завтра вполне могли получить очередной труп, а может и не один.
Я лежала на приятно-прохладном вампире сверху, лениво чертила руны на гладкой, мраморно-белой груди, и рассуждала вслух:
– Мне не нравится, что напавшие на стариков все так четко рассчитали. Те, кто взламывал и крушил дом, точно не из планирующих, они – грубая сила. Значит, заказчик им подробно объяснил, когда заходить, с какой стороны, и если бы дежурный доброволец не опоздал и тройка шла бы по обговорённому графику, мы бы получили только две жертвы, а не пять.
Коулман убрал с моего лба упавшую прядь и кивнул, давая понять, что согласен с моими выкладками.
– Отсюда вопрос – откуда заказчик знал расписание добровольных патрулей? – продолжила я размышлять с удвоенным воодушевлением, потершись щекой о ласковую ладонь. – Либо он из рекрутов-добровольцев среди местного населения, либо у нас в управлении есть крыса. И я склоняюсь, как ни прискорбно, к последнему. Потому что ни одна из пятёрок или троек до того не знала, куда пойдут остальные. А наши знали.
Ладонь скользнула ниже, большим пальцем погладив мою шею, задержавшись там, где все убыстряясь от прикосновений, колотился пульс, еще ниже, и легла на грудь.
– Ты подозреваешь кого-то конкретного? – пробормотал Коулман, неотрывно наблюдая за собственной рукой. Я тоже покосилась на изучающую мое тело конечность, но возражать не стала. Приятно же. От мыслей только отвлекает.
– Никого я подозревать не хочу и не могу, поскольку из доказательств только мои смутные ощущения. Но проверить надо. Хотя бы в этом направлении мы можем копать, не спрашивая разрешения у Совета. Ты же имеешь право заглянуть в личные дела сотрудников?
– А если это я? – прищурился Коулман, взглянув мне в лицо.
– Это было бы слишком банально. Единственный вампир на десятки километров оказывается еще и главным злодеем – такой сценарий в любом театре засмеют. Ты шагу не можешь ступить, чтобы на тебя внимания не обратили. Нет, это либо оборотень, либо человек.
Коулман злобно зарычал, опрокидывая меня на спину и стискивая мои руки над головой. Получилось это у него без особых усилий – какое сопротивление вампиру может оказать обычный человек? Я облизнула губы, предвкушая сладкую игру «злобный вампир похищает девственницу».
Какое-то время нам было не до теоретических выкладок.
Довольно долгое время.
Эдак я, как вампиры, вообще спать перестану. Только вот оборотням, тем более неполноценным, это противопоказано.
Мы с утра, если не выспавшиеся, вредные и ворчливые.
Однако, как оказалось, Коулман успел изучить утренние повадки оборотней, и меня по пробуждении, около кровати, ждала чашка кофе и свежая, еще дымящаяся булочка с вареньем.
Три булочки.
На второй сдобной красавице я соизволила заметить присутствие самого вампира. Он сидел в кресле напротив и с умилённой улыбкой наблюдал, как я ем.
Я чуть не подавилась.
– Не делай так больше. – попросила я. – На меня моя мама так смотрит, когда я завтракаю.
Коулман поспешно сделал лицо привычным мраморным надгробием.
Фыркнув прямо в кофе и забрызгавшись горячей жидкостью, я схватилась за салфетку. Очень уж красноречивым взглядом проводил вампир стекающие по моей коже капли.
Как бы мы сегодня на работу не опоздали.
Обошлось. Все же дисциплинированность даже в дорвавшемся до свежей, донорской крови вампире оказалась прежде всего, и в участке мы были строго вовремя. Правда, и сегодня обошлись без совещания. Ничего, думаю, я смогу убедить Коулмана, что необходимости совещаться так часто, учитывая, что нас в участке семь человек, нет.
Заперев за собой двери кабинета, я повернулась к боссу. Он поиграл бровями и медленно расстегнул на рубашке верхнюю пуговичку.
– Ну тебя, ты своё сегодня уже получил. – хмыкнула я, протискиваясь мимо него к стеллажам у стены. Не вышло – меня зажали между холодным каменным телом и столом.
– Мало! – проныл вампир, прижимаясь ко мне и запуская ледяную лапу в мое скромное декольте.
– У тебя досье на сотрудников здесь хранятся? – перешла к сути я. Коулман моментально переключился с игривого на рабочий лад. Но руку не убрал.
– Есть, на всех. Ты правда подозреваешь кого-то из наших?
И так жмяк-жмяк меня за грудь.
Никакой совести.
Я вытащила из-за пазухи наглую конечность.
– Мне бы очень хотелось ошибаться. Давай глянем? На всякий случай. Надо отработать все версии.
Коулман с сожалением покосился мне в распахнутую рубашку, но послушно принёс несколько папок со стеллажа, и разложил веером на рабочем столе.
– Отделению пять лет. Я всех сотрудников еще на стадии найма проверил вдоль и поперёк. И потом, раскопки начались только полгода назад, а работают они все минимум года по два-три.
– И кто меньше всего? – подобралась я.
– Роули, артефактор. Да ну, этот доходяга? – скривился вампир.
– Хороший начальник никогда не оценивает подчиненного по внешнему виду. Мало ли, что там, под оберткой! – поучительно выдала я, подтягивая к себе досье, на котором значилось Сеймур, Роули. – И когда ты их проверял, то еще не знал, на что обращать внимание.
Сейчас мы этого, правда, тоже не знали. В размытости задания для кладоискателей имелся очень большой минус для нас – мы не понимали, на что именно нацелен злоумышленник. У нас не было мотива, а без него вычислить преступника – дело хлопотное.
На обед мы пошли всем участком. На стойке дежурного оставили Джима, но я не переживала – если будем обсуждать что важное, Флойд ему непременно передаст. Волки, особенно вместе работающие, держатся друг друга крепче близнецов.
Мы с оборотнями заказали знаменитые сосиски, в этот раз подаваемые с таявшим во рту пюре, вампир ограничился вином, коронер и артефактор       ограничились фирменным салатом, но местный повар клал в него столько картошки и мяса, что от салата там оставалось одно название.
Разговор за едой, понятное дело, крутился около расследования.
– Повезло еще, что налеты на кладбище прекратились. Я уж думала, прабабушку выкопают. Наш склеп защищён, конечно, но как оказалось, все что угодно взломать можно. – щебетала я, налегая на фруктовое желе. О том, что взамен раскопок принялись убивать, я старалась не думать.
Во всем нужно искать положительные стороны.