Звезды сделаны из нас

— Понятия не имею, о чём ты, — засовываю руки в карманы, трогаюсь с места и быстро шагаю, глядя вперед. Оля бежит рядом.
— Может, вы еще виртуально поженитесь и нарожаете виртуальных детишек?
— Может. А может и нет. А может и реально поженимся.
— Серьёзно? — её рот приоткрывается, и я хохочу на всю улицу. На самом деле, этот смех только для того, чтобы унять подступающую истерику.
Расклад предельно ясен, и мучительное раскаяние давит на ребра: между Глебом и Румянцевой никогда ничего не было и быть не могло, мне не стоило отправлять ту чертову фотку с поцелуем. Немудрено, что он закинул меня в черный список — это выглядело как предательство, но уже с моей стороны.
А он всегда выслушивал меня и жалел — я даже на расстоянии чувствовала его тепло и надежную руку. Мы так легко заигрались, запутались и чуть не потеряли друг друга. И теперь лишь от меня зависит, будет ли в нашей истории хэппи-энд.
Выход один — дождаться возвращения Анны Николаевны, поджав хвост, извиниться, спросить у нее адрес дачи и снова воспользоваться Серегой, за небольшую услугу продавшимся мне в рабство. Нагрянуть в загородный домик и... На большее не хватает воображения, а сердце исступленно колотится в груди.
Румянцева, к счастью, отстаёт.
До вечера вагон времени, и я иду гулять: не каждый день бываешь в столице и дышишь ее загазованным воздухом. От Красной площади и известных достопримечательностей далеко, я не собираюсь спускаться в метро, поэтому просто брожу по району и замечаю знакомые дома и пейзажи — именно их фотографировал Глеб в разные моменты своей жизни.
Мне все интересно и ново, душа реагирует бурно и остро.
Кажется, сама судьба, лишив меня телефона и забросив сюда, дала передышку, возможность остыть и многое переосмыслить.
Вчера я попала в кромешный ад, но стыдиться мне нечего: как только вернусь в свой город, все пойдет по-другому. Я с честью выступила на балу, имею отличный средний балл и блестящие перспективы. У меня идеальное школьное портфолио, и летом я точно уеду — изучу требования для поступления в какой-нибудь местный универ, достойно сдам ЕГЭ и буду жить здесь. Только ради того, чтобы шататься с Глебом по этим тихим улицам, обнимать его и каждый день обо всем на свете говорить.
Милана же будет всю жизнь сожалеть о том, как, желая унизить, своими руками подтолкнула меня к победе. А больное самолюбие придурка Клименко никогда не оправится от удара: судя по его россказням, я — единственная из девчонок, кто ему отказал. На снятом Миланой видео запечатлен вовсе не мой позор — там представлены гадкие душонки моего окружения во всей мерзости и никчемности.
Срезав путь по тропинке, оказываюсь на оживленной улице.
Усиленно изображаю из себя обычную местную девочку: благо, тут гораздо больше потрепанных бледных фриков и странно одетых людей, и я почти от них не отличаюсь. Солнце отражается от окон выстроившихся вдоль шоссе многоэтажек, ветер треплет мусор у урн, голуби деловито клюют рассыпанные по асфальту семечки.
Заруливаю в какой-то сквер или парк, приземляюсь на скамейку и наблюдаю за разношерстным народом — играющими детьми, расслабленными сонными бабушками и влюбленными парочками. Мне нравится тут, в мире Глеба. Жаль, нечем сфотографировать эти моменты, но я навсегда сохраню их в памяти.
Представляю, что Глеб рядом — сидит, упираясь теплым плечом в плечо, убирает с моего лица непослушные пряди, долго-долго смотрит в глаза и улыбается.
Я должна найти его. И тогда все непременно сложится хорошо.
    
Глава 40. Глеб
— Здравствуйте, а Неля здесь живёт? — я торопливо выставляю перед собой букет белых хризантем, но ответ уже знаю, потому что дверь мне открывает Нелина сестра Алина. Невысокая, светленькая, очень приятная, чем-то похожая на Нелю, но в отличие от неё, глазах Алины светится улыбка.
— Предположим, — она оценивающе оглядывает меня с головы до ног.
— Это вам, — протягиваю ей цветы.
— Серьёзно? — недоверчиво приняв букет, Алина смотрит ещё с большим любопытством. — Неожиданно.
— Простите, что без предупреждения, но мне очень нужно с ней поговорить, — широко улыбаясь, скороговоркой выдаю я.
Алина улыбается в ответ.
— А ты вообще кто?
— Глеб. Я из Москвы. Мы с Нелей дружим. По интернету. Я тут у вас проездом оказался. Решил зайти.
— Очень интересно, — сообщать обо мне Неле Алина не торопится и снова внимательно осматривает, словно я выставлен на витрине магазина. — Ты уверен, что ты из Москвы?
— Конечно. Могу вам паспорт показать.
Она хохочет.
— Нет, паспорт не нужен. Это я так, не обращай внимания. На самом деле, Нели нет дома.
Я расстроен, но не удивлён.
— А вы не знаете, когда она вернётся?
— Без понятия. Как я поняла, они там на все выходные зависли.
— Там — это где?
— У Миланы, где же ещё? И как её родители это терпят?
— А вы бы не могли подсказать мне, где живёт Милана? Просто… — я мнусь, не зная, как объяснить, что телефонного номера Нели у меня нет, но Алина опережает.
— Конечно, скажу. Иначе ты Нельку до понедельника не найдёшь. Эта дурочка вечно телефон отключает. Типа за независимость свою борется.
Я показываю ей карту, но Алина от неё отмахивается и многословно, но довольно понятно объясняет, как дойти до дома Миланы. Вежливо поблагодарив, я прощаюсь и уже спускаюсь по лестнице, как Алина окликает:
— Эй, Москва!
Останавливаюсь внизу пролёта.
— Ты симпатичный.
— Спасибо.
Чувствую, что смущаюсь и скрыть этого не могу.
— Только ты это… Джинсы хотя бы почисти, а то там знаешь какой у них дресс-код. Встречают по одёжке и провожают тоже.
Бросаю взгляд на забрызганные грязью штанины, и на ходу тут же созревает план.
— А где у вас здесь можно купить одежду?
До торгового центра несколько остановок на автобусе. Еду, глазею в окно. Уже совсем темно, но, если представить, что заехал на задворки Москвы, то немного похоже. Только нет такой кучности домов и высоток. Но улицы узкие и машин намного меньше.
Немного странно, что после столь неприятного видео и гадкого розыгрыша Артёма Неля всё равно осталась у Миланы. Зная её, в это сложно поверить.
А что, если они держат её у себя насильно? Заперли и не выпускают? Продолжают глумиться и издеваются?
Гоню эти мысли подальше. В любом случае, для начала мне нужно как-то туда попасть, ведь они просто могут захлопнуть перед моим носом дверь и сказать, что Неля не хочет со мной разговаривать или что её у них нет. От таких, как Артём и Милана можно ожидать чего угодно.