Тайна Моники Джонс

После чего она тепло улыбнулась и скрылась в толпе.
Я продолжила свой путь. «Бетти Буп», заправка мистера Тони, Изумрудный лес, заброшенный колодец, величественные глыбы камней, синяя листва, цветущая сирень. И вот он – вход в шахты, будто все это время тут и стоял. Я ощутила первобытный страх, когда ступила в тусклый туннель, введя пароль. И непонятно, чего я боялась больше: подтверждения случайно вскрывшейся правды или одиночества, в котором следовала к самой крайней двери слева перед завалом в туннеле. Всего мгновенье – и я уже в комнате, где время застыло не только на часах.
Все та же разруха, перевернутые столы и стулья, кипы бумаг, разбросанные по всему полу, стеклянный куб в углу комнаты. А рядом с ним та, ради кого я пришла.
Я так отчаянно искала ее, а она на самом деле все время была рядом.
– Зря ты пришла сюда, – грустным голосом сказала Моника.
– Тебе предстоит многое мне объяснить.
Она отошла в сторону на пару шагов, я пожирала ее взглядом. Такая красивая, родная и совершенно не та, кем я ее считала всю свою жизнь. Только сейчас пелена вокруг человека, которого я люблю, рябью осела на пол, являя лицо Моники.
– Как? – на мои глаза навернулись слезы, я едва сдерживалась от громких рыданий.
Глаза Моники тоже стали влажными, она тоскливо покачала головой.
– Всему виной моя импульсивность.
И она мне все рассказала.
– В тот день, для тебя это было девять месяцев назад, я услышала, как отец с мамой обсуждают, как бы сложилась их жизнь, сделай она тогда аборт. Услышав это, я вспылила так, как никогда раньше. Высказав все, что накопилось во мне за пятнадцать лет, я убежала из дома. Думала как обычно отправится к тебе, а потом решила проверить внезапную теорию, возникшую у меня в голове. Безбашенность и адреналин не позволили испугаться безумной идеи отправиться ночью в сердце леса, когда город истекает кровью от убийств, что обрушились на него. Позвонила тебе и прибежала сюда, чтобы удостовериться: моя теория правдива. «Наблюдай внимательно за природой, и ты будешь понимать все лучше», помнишь? Природа Эмброуза – это еще и бесконечные дожди… Вступив в Изумрудный лес, я направилась за сиреневыми светлячками, они не дали мне сбиться с пути. Когда добралась сюда, увидела, что все вокруг стало иным. Как и капсулы, что находились в этой комнате, – Моника махнула на уже пустой стеклянный куб, – а дальше… я увидела, как они переливаются свечением, похожим на саму магию. Куб был открытым. Поддавшись какому-то искушению и не думая, что делаю, я взяла одну капсулу, но не рассчитала силу. Вернее, я просто не ожидала, что она будет такой хрупкой. Капсула раскрошилась у меня в руках. В следующую секунду я погрузилась во тьму, меня затянул черный водоворот… а очнулась я в одной из подворотен Эмброуза. А потом… помнишь, мы всегда возмущались, как в фильмах весь мир подстраивается под героев? Оказывается, такое случается и в реальной жизни. Иначе как объяснить, что стоило мне выйти под свет фонарей из переулка, как к моим ногам прилетела газета? Свежая газета того дня. За 2002 год. Меня отбросило на семнадцать лет назад.
Эмброуз был таким же… но и другим одновременно. Страх, который я испытала, был сродни животному ужасу. Что делать? Куда идти? Ведь все мы на тот момент еще не родились, мои мама с папой даже не переехали из Сиэтла. И тут меня осенило – твоя мама. Я побежала в сторону дома, но получила удар по затылку, а потом снова отключилась.
Пришла в себя в какой-то маленькой замызганной комнатенке. Рядом на тумбочке лежали поддельный паспорт, немного денег и записка, в которой было сказано, что я должна пожить под фальшивым именем, пока решается, что делать со сложившейся ситуацией. Мне велели ни в коем случае не покидать Эмброуз, так как я уже напортачила, да и им не составит труда меня найти. Я понимала, что теперь нахожусь под властью «Красного маяка» и нужно что-то придумать. Не знаю, на что они рассчитывали, но сама мысль оставаться в городе пугала, ведь я всю жизнь мечтала сбежать отсюда. В общем, я рискнула пуститься в бега, наивно полагая, что смогу разобраться, во что вляпалась.
Семнадцать лет назад дороги еще не были перекрыты полностью, в Сиэтл и обратно ходил автобус. Но стоило мне на нем проехать мимо таблички «Вы покидаете Эмброуз», как из носа и ушей полилась кровь, да так, что я едва сознание не потеряла. Заставила водителя остановиться, побежала обратно к знаку о выезде. Кровь тут же остановилась, но я успела отключиться. Так я поняла, что теперь заложница города и 2002 года.
В сознание вернулась все в той же комнате. Рядом со мной сидел он. Человек без лица. Парализованная паникой, я слушала, как он говорит мне, что если я не хочу, чтобы ты пострадала, то должна вести себя хорошо и впредь не делать глупостей, а там, глядишь, все и наладится. Его бежевый плащ, вкрадчивый голос, пустое лицо… в общем, сомневаться в его словах у меня повода не было, а рисковать тобой я не посмела бы даже под угрозой собственной смерти.
Я приняла решение быть покладистой и не злить «Красный маяк», надеясь, что когда-то меня вернут обратно. Начала посещать вечернюю школу, не боясь встретить того, кого буду знать в будущем: Человек без лица рассказал, что туман скроет мое истинное лицо. Так, например, в Эмброузе живут особые люди, нужные проекту, кого давно считают погибшими, но они лишь инсценировали свою смерть, чтобы быть полезными «Красному маяку».
Бывали дни, когда я так скучала по тебе и боялась за наши жизни, что чуть на стены не лезла. Спасла меня музыка. Тайком ошиваясь около музыкальной школы, я слушала пение юных девушек, и мои грезы были о том, чтобы вновь сесть за рояль. Тогда директором школы стал мистер Вульф. Меня обнаружили под окнами в тот же день, но не прогнали, а наоборот, пригласили стать первой ученицей на только что основанных бесплатных благотворительных курсах по вокалу и игре на рояле. Впервые за несколько недель я улыбнулась, когда перебирала знакомыми движениями родные клавиши.
К тому времени деньги, оставленные мне «Красным маяком», уже заканчивались, несмотря на то, что я экономила, как только могла. Человек без лица пообещал мне конверт с наличными раз в месяц или чаще, если потребуется, но я, всей душой ненавидя их за то, что тогда переживала, отказалась быть от них зависимой и пошла на работу. Подозревала ли я тогда уже хоть что-то? Не знаю.
Меня взяли певицей в обшарпанное заведение, где было неважно, что мне еще далеко до совершеннолетия. Зрителям я полюбилась, и вскоре бар вышел на совсем другой уровень, пьяницы уже не могли напиваться у нас вдребезги.
Шло время, я все ждала, надеялась на что-то. Так прошел год. Возможно, я бы потеряла рассудок в один из тех дней, но тут я встретила Его. Или Он меня. И я полюбила. Так сильно и неистово, что порой задыхалась от чувств к Нему. Забыла ли я тебя, Кэтрин, Анну, Эмбер? Нет. Просто появился человек, ради которого стоило жить, когда я поняла, что уже никогда не вернусь домой.
Наш роман продлился полгода. Я повзрослела, изменилась. Когда Он внезапно пропал, страдала недолго, ведь узнала, что беременна. Я не испугалась. Я, больше всего боящаяся одиночества, теперь понимала, что уже никогда не буду одна.