Полуночная ведьма

Через рассветный осколок Морриган видела и чары Орлы, и нити жизни Клио. А толку? Да, для целителей магия истины необходима: как сращивать сломанные кости, сшивать порванные связки и заживлять раны, не видя их? Целители обладали способностью обнаруживать тайное благодаря особому видению, подаренному им Дану, тогда как Морриган и ей подобные искали истину через зеркала. Но одного этого дара оказалось недостаточно. Она видела чужие нити жизни, но не могла касаться их, а значит, не умела и исцелять. Единственным человеком, чьи раны Морриган могла излечить, была она сама – лишь потому, что чувствовала собственные жизненные нити.
До рези в глазах вглядываясь в тело сестры, она раз за разом видела одно и то же. Одна из нитей порвана и, что бы ни делала Орла, восстановиться не могла.
Клио оставалась слепа.
Теперь правду от нее не скроешь. Не объяснишь ее блуждание в мире теней клинической смертью или комой, на что Морриган надеялась до последнего. Иначе как оправдать внезапно возникшую слепоту? Хуже всего, что потеря зрения стала не единственным побочным эффектом воскрешения.
– Клио не сможет вернуться в Кенгьюбери, – глухо проговорила Морриган, опуская полуночный осколок. Упавшая рука повисла вдоль тела безвольно, как плеть. – Может, когда-нибудь, но… не сейчас.
Дэмьен непонимающе вскинул голову.
– Ты о чем?
– Тэна, окружающая ее тело… Я думала, она развеется, как только закончится ритуал. Но она не исчезает.
– Клио сейчас – сосуд полуночной магии, и только полуночная магия, магия вуду, позволяет ей жить, – сказал Ганджу. – В тот миг, когда рассеются чары, перестанет существовать и она.
Морриган вонзила ногти в ладонь. Почему она не подумала об этом раньше? Как могла так сильно ошибиться в том, что касалось Клио? Не зря же ее собственная мать, обитательница мира мертвых, всегда появлялась в гуще тэны, словно фокусник в туманно-дымном облаке.
Значит, сейчас в Верхний город, как здесь называли Кенгьюбери, для Клио вход закрыт. Первый же попавшийся на пути агент Трибунала или Департамента, первый же охотник распознает в ней источник тэны. И тогда Трибунал навсегда ее заберет. Как и ту зомби. Куда? А кто его знает?
Клио придется остаться в Пропасти. Возможно, навсегда, если Морриган не найдет способ все исправить. Придется забыть о друзьях и школе, о поступлении в институт и карьере врача.
«Она никогда меня не простит», – обожгла едкая, словно кислота, мысль.
– Я могу постоянно накладывать чары, которые будут развеивать окружающую ее тэну, – с жаром произнесла Морриган, ни к кому конкретно не обращаясь.
Дэмьен смерил ее скептическим взглядом.
– Ты хоть представляешь, сколько энергии на это потребуется?
– Кажется, не так давно ты не хотел пускать меня в Пропасть. Говорил, что я опасна. А опасна – значит, сильна, – парировала она.
– Ты же понимаешь, что тебе придется оставить в прошлом кочевую жизнь охотницы и постоянно находиться рядом с сестрой? – подала голос Бадб.
– Если это позволит Клио жить нормальной жизнью и исполнить ее мечту, я пересмотрю свои приоритеты, – холодно отозвалась Морриган. – Разве ты не пошла бы на это, будь у тебя такая возможность?
Леди Ворон предпочла промолчать.
Когда Доминик, Дэмьен и жрецы вуду ушли, оставив семью Блэр наедине друг с другом, Морриган бросила матери:
– Тебе нужно вернуться в мир теней. Я же вижу, как тебе тяжело.
Бадб с видимым усилием кивнула. Она выглядела изможденной, дышала часто, прерывисто. На бледной коже лба проступили бисеринки пота. Долгое нахождение здесь не могло не сказаться на ее самочувствии – толща мира живых давила на плечи тяжелым грузом. Даже сила Леди Ворон не была безграничной.
– Я ни на шаг не отойду от Клио, – заверила Морриган.
Успокоенная ее словами, Бадб обратилась в ворона. Спустя мгновения в комнате не стало и его.
Какое-то время Морриган сидела на краю постели сестры и любовалась умиротворением на ее милом личике. Мысль ударила по нервам: как скоро эта умиротворенность разобьется, как скоро Клио начнет ненавидеть себя, сестру и весь окружающий мир?
Спустя несколько часов от тщательно сохраняемого самообладания не осталось и следа. Морриган то подходила к окну, замирая, но не видя ни силуэтов, ни лиц, то вновь возвращалась к сестре, чтобы услышать ее размеренное дыхание. Просто убедиться, что она жива.
Ресницы дрогнули, глаза цвета морской волны распахнулись.
– Привет, – тихо проговорила Морриган. Подошла к сестре и осторожно взяла ее за руку. – Я рядом.
– Мои глаза…
– Все еще не видят? – возродившаяся надежда снова рассыпалась в пыль.
– Нет, – хрипло сказала Клио. – Что со мной случилось?
Морриган рассказала ей все – уже не видела другого пути. Оправдания не помогут. Мягким тоном и уклончивыми фразами зрение не вернуть. Клио – ведьма, она – Блэр, и должна принять правду, какой бы тяжелой та ни оказалась.
– Значит, я воскрешенная…
– Ты такая же живая, как я, Ник или кто-либо еще. Ты не лич, как мама, в твоих жилах течет кровь, а сердце бьется. Просто…
– Просто я слепа, – тихо закончила Клио.
Ком в горле помешал произнести фразу с первого раза. Морриган попыталась еще.
– Прости меня.
Светлые брови удивленно приподнялись.
– Тебя? За что?
– Ты знаешь, за что. Ритуал воскрешения всегда непредсказуем. Бадб говорила, что это слишком большой риск… но я все равно отдала твои тело и душу в руки бокора.
Веки устало опустились, полностью закрыв сине-зеленую радужку с застывшим зрачком.
– Ты хотела как лучше, я знаю. Морри… я не хочу уходить в мир теней навсегда.
Только одному-единственному человеку на всем белом свете Морриган позволяла называть себя так. Мать всегда звала ее полным именем – легендарная Леди Ворон к нежностям не привыкла.
– Понимаю, этого не избежать, но… сейчас не хочу. Я пока не готова.
– Я понимаю, милая.
– Я что хочу сказать… – Клио взволновано, прерывисто вздохнула. – Главное, я все еще жива. Благодаря тебе. А то, что я стала слепой… я научусь жить и с этим.
– Это еще не все. – Морриган прикрыла глаза. – Из-за того, что бокор воскресил тебя, в твоей крови слишком много полуночной магии. Ты источаешь ее, ты – ее вместилище. И это значит…
– Что в Кенгьюбери мне не вернуться, – обреченно произнесла Клио.
Морриган яростно покачала головой.
– Я не сдамся, Клио, и ты не должна! Я найму для тебя лучших целителей, всю Ирландию обойду, но придумаю, как вернуть тебе зрение. Обещаю. И тэна… я думаю, есть способ ее развеивать. Нужно только понять, как.