Небо цвета лазурита
– Ладно, я согласна. Только при одном условии. Нельзя отвечать просто «Да» «Нет» «Не знаю». Если вопрос задан, то надо описать всю историю, пока ответ не будет ясен вопрошающему.
– Хорошо, сама напросилась. И раз уж ты добавила условие, то и я могу. Мое главное условие – не обижаться на ответы.
Марианна кивнула и, по просьбе Селдриона, встала с дивана, чтобы пожать руки для шутливой клятвы играть на десять вопросов. Уселась напротив него на табуретку. Он дал ей право начинать.
– Так… мой первый вопрос. – Она пыталась отыскать достойный вопрос, но было как-то стыдно. Тут вопрос сам вбежал в голову помахивая флажком. – Ты убивал людей, или нильдаров или еще каких-то крупных существ?
– Да, конечно. – Ответил он как-то сухо, поджимая тонкие губы Алисы. Лицо навострилось как у птицы. – Нильдаров, нагов, любых противников на войне. Неоднократно.
– Какой ужас, какой кошмар! – Марианна запричитала, подняв брови жалобным домиком, спросила. – И тебе было их не жалко?
– Так, это уже второй вопрос.
– Так ужасно, так ужасно.
– Подожди, мы договаривались не обижаться и не расстраиваться. А ты с первого вопроса уже начинаешь. – Строго заметил Селдрион. – Совсем не умеешь играть. Мы только начали, а ты уже нарушаешь правила. Давай, отключай эти ненужные эмоции. Что было, то было. Нечего причитать.
– Хорошо. – Марианна поникла, сгорбившись на табуретке.
– Мой вопрос. Ты в последнее время получала сообщения от Харши, Фислара или Аймшига?
– Нет. Ты мог меня и так это спросить, без игры. Я ничего не получала. Мне никто не пишет. – Алиса спокойно смотрела на нее в ожидании следующего вопроса, оперши подбородок на кулак. Повисла тишина. Марианна с грустью думала, что вот она – мгновенная расплата за глупый интерес. Любопытной варваре как говориться… Решила не спрашивать про жалость к врагам. – Как получилось, что ты стал должен Харше клятву? Точнее желание.
– Она спасла мне жизнь. И я сгоряча ляпнул – пусть просит все что хочет. Она запомнила эти слова, а потом еще многие годы напоминала, лишь бы я не запамятовал. Это было не в такой игре, если ты хотела знать.
– Ничего себе! Не тогда ли, когда русалка плюнула?
– Что прости? – Алиса аж закашлялась.
– Я слышала, как солдат рассказывал про вашу историю с русалкой. Что-то там про колье с изумрудами как орех. И про её… – Она резко затормозила пытаясь не рассмеяться, потому что едва чуть не сболтнула столь часто употребляемое в рассказе слово «сиськи», которые так приворожили солдата.
– Ну, ну… – Он подался вперед с интересом с нетерпеливой усмешкой кивая головой. Марианна так явно почувствовала, что сиди перед ней в тот момент не маленькая худощавая блондинка, а он сам, собственной персоной, то она бы никогда, никогда в жизни бы не разговаривала бы так раскованно. – Дак что там дальше-то? Что он говорил?
– Я не могу сказать. Он много чего говорил, я не помню. – Марианна скромно опустила глазки в пол, а он смотрел на нее и задавался вопросом, как же у них женщин это получается? С детства их что ли учат этим жестам и позам? Таким жестам и таким позам, чтобы мы беззащитные сразу теряли голову.
– Не помнишь или не хочешь сказать? – Продолжал он надавливать.
– Ну что ты, в конце-то концов? – Она возмутилась, взбрыкнувшись как молодая кобыла, и деловито интеллигентно ответила, чуть закатив глаза, – Он говорил о ее прекрасных рыжих волосах. А то знаете, что, стоит мне хоть что-то не то сказать, как вы опять сочтете меня за развратницу какую-то. Это у вас что, в природе заложено? Свои проекции на людей перекладывать.
Он отвел в сторону взгляд понимая, что ходит по краю. Стоит чуть сильнее надавить и она снова выскользнет как рыба, психанет, встанет и уйдет, замкнется в себе. Но как она не могла устоять перед своим любопытством, так и его, неведомая сила толкала непременно пошутить как-то пошло, чтобы посмотреть, как она краснеет. Поэтому сделав вид, что задумался, он продолжал.
– Я помню, как этот дурак на нее слюни пускал. Полнейший шут. Не знаю, что было со мной в тот вечер, и почему я взял с собой именно его, не кого-то другого, но после того случая он у меня больше не служил. Надо же было купиться на эту тварь, просто удивительно… – Он оставил фразу недоговоренной словно специально, чтобы понаблюдать как ее будет распирать любопытство. И рыбка проглотила приманку. Марианна сидела, прокручивая в уме заковыристую фразу, чтобы парировать. Ей показалось, что удастся повести в разговоре.
– Владыка Селдрион, – обратилась она нарочито официально. Улыбка растянулась на его губах, – почему же вы называете красивую женщину, будь она хоть сто раз русалкой, так грубо? Из того разговора я поняла, что она, хоть и не имела… ног, но была довольно приятной наружности.
– Моя дорогая, – тут она покраснела, – ты же не знаешь ничего об этих существах. И он тоже не знал. И по незнанию своему принял ее за красотку. Я не спорю, ее обнаженное тело ровно до пояса, где начинается рыбий хвост, очень заманчиво выглядит, особенно для вечно тоскующих юношей. Но стоило бы ему нырнуть к ним под воду, и он бы увидел их истинный облик. Это просто жуткие ведьмы и не всегда и не все из них женского пола, хотелось бы отметить. Но когда появляются на поверхности – все прекрасны. Не буду спорить. Но это лишь уловка. Средство охоты.
Марианна поджала губы в раздумьях. Вопрос сам собой просился сорваться, поэтому она сдерживалась. Он не торопил, да и не стал бы, потому что просто обожал такие разговоры. Какое удовольствие можно испытывать просто от общения. Если встречаешь открытого партнера, способного и готового, как и ты подбрасывать в костер разговора новые дрова, искреннего, какой всегда была Марианна, то все слова, даже те, за которые могло бы быть стыдно в других обстоятельствах, медом ложились на душу. В этом была особенная тонкая близость. Некая игра.
– Так все-таки ты считаешь русалок красивыми, хоть и опасными. – Марианна словно хотела поставить этой фразой точку, кивнув головой.
– Да, они красивы, – Алиса медленно проводила пальцем по бортику стола, – особенно в женской форме. Но ты намного, намного красивее. – Он наконец поднял на нее взгляд, – Да. Это так. – И тем самым обратил ее точку в запятую. Марианна же была опять недовольна. Цокнула и отвернулась.
– Так, мы остановились на том, что ты ответил на мой вопрос о том, как ты задолжал Харше клятву. Поэтому теперь твоя очередь спрашивать. – Она пыталась вернуть разговор в нужное русло, но Селдриону было на это наплевать.
– Ты думаешь, что я с тобой из-за внешности, да?
Марианна занервничала. Ее сердце стучало сильней и хотелось вдохнуть больше воздуха, но не ясно было как это незаметнее сделать. Поэтому она опять прикинулась недовольной, вздыхая.
– Конечно. – С глубоким вздохом полной напускной усталости отвечала она. Эти слова словно совсем его не тронули. Он остался сидеть, опершись локтем о край стола, задумчиво поглаживая подбородок.