Попутчики

— Сын мой… — укоризненно произнёс приор и наваждение пропало.
— Ты ему подчиняешься! Но почему?!
— Ты так ничего и не поняла, Большеногая? — снисходительно ответил Липп. — Ты говоришь с человеком, серьёзней которого ты никогда не видела. Ты угадала, когда говорила с этим… Пнём, понимаешь это?
— Я беспокоился за брата Полди, — объяснил приор. — Так получилось, что я смог выйти на ваше братство и смог поручить вам его защиту.
Липп засмеялся.
— Ты бы хоть спасибо сказала, Большеногая! Без меня, думаешь, тебе бы удалось втереться в доверие к монаху? Он же от тебя шарахался!
— Сын мой, тебе не стоит так говорить, — укоризненно посмотрел на вампира приор. К огромному изумлению Врени, тот… смутился. Святоша перевёл взгляд на цирюльницу. — Ты очень нам помогла, дочь моя.
— Но… — не укладывалось в голове у Врени, — зачем?! Если у тебя столько денег, зачем было продавать Книгу?! Зачем было посылать Полди, из него торгаш, как из меня монашка!
— Чтобы братья-заступники не ломали голову, откуда у меня деньги, — пояснил приор. — Им полезней пока пребывать в неведении. Святейший Папа получил подарок, равного которому ни у кого ещё не было… жаль, что ты с ним незнакома. Он очень ценит украшенные рукописи. А братьям-заступникам придётся обходиться без Книги, что тоже приятно.
Врени показалось, что про Святейшего Папу она когда-то уже слышала… что-то ей говорил Ржаной Пень. Что-то… неясное. Какие-то намёки. Сначала должно было быть высшее посвящение. А перед ним — убийство младенца.
— Зачем вы мне всё это рассказываете? — рассердилась она. — Мне нет дела до ваших тайн!
— А ты хотела бы и дальше играть вслепую? — будто даже удивился приор. — Раньше было нужно, чтобы ты не понимала, что происходит. Ты суетилась. Ошибалась… Это не вызывало ни у кого подозрений — даже у тебя самой. А уж у наших врагов…
— У нас с тобой враги разные, монах, — не выдержала цирюльница.
Приор покачал головой, словно бы и не замечая, что уважения у собеседницы заметно убавилось.
— Я же сказал: я расследую преступления братьев-заступников. А ты защитила брата Полди от тех, кого они наняли, чтобы избавиться от него. Брат же Полди отвлёк внимание от меня. Всё очень удачно складывается. Так что? Я думаю, ты сможешь больше, чем морить клопов по ночлежкам.
— Ты следил за мной? — спросила Врени у Липпа.
— Немного, — развёл руками вампир. — Поначалу. Надо было убедиться, что у вас всё сладилось.
Врени снова перевела взгляд на приора.
— Вы что, перекупаете меня?
— Как ты — Ржаного Пня? — ласково улыбнулся приор. — Нет, конечно. Я знаю как найти твоего… как вы это называете?.. Старшего брата. Ты не должна будешь мне служить, ты будешь по-прежнему подчиняться своему братству. Просто знать ты будешь больше, задания будут посложнее. И оплата повыше.
— Если доживём, — вставил вампир. Ему досталась ещё одна ласковая улыбка.
— Слово за тобой, — сказал приор цирюльнице.
— Давайте доживём сперва, — буркнула Врени. Придраться вроде было не к чему, но всё равно не верила хитрому святоше ни на медяк.
— Чтобы это получилось, ты должна в самом деле пойти завтра к этому человеку и передать ему деньги, — терпеливо объяснил приор. — Мы дадим достаточно, чтобы он поверил во что угодно.
— Я не пойду к нему! — вскинулась Врени. — Я не самоубийца! Что ему помешает прирезать меня и забрать деньги? Нашёл дурочку — идти в засаду!
— Предпочитаешь, чтобы тебя зарезали, когда ты этого не ждёшь? — холодно бросил вампир.
— Ты пойдёшь не одна, — заверил приор.
— С ним?! — кивнула Врени на Липпа.
— Посмотрим, — уклончиво ответил приор. — Но ты будешь защищена.
— Что вам мешает договориться с Ржаным Пнём без меня? Наняли бы его, денег у вас хватит.
Приор вздохнул.
— Я всё-таки не Создатель, я только один из Его служителей… Да простит меня Заступник, я готов дать этому человеку золото, много золота, если он расскажет то, что позволит спасти многих хороших людей или пойдёт на пользу делу Церкви. Но я не могу его не спасать, ни прощать, ни даже иметь с ним дело постоянно. Мне противно.
— Чистоплюй, — проворчала Врени. — Держись от меня подальше со своим спасением.
— Не ершись, Большеногая, — сказал Липп. — Ты знаешь этих людей. Ничего хорошего ни от них, ни от братьев-заступников ты не дождёшься.
— Враг с вами, — махнула рукой цирюльница. — Я согласна.
 
* * *
Липп вывел и цирюльницу, и сумасшедшую, на улицу и повёл обратно к дому Фирмина. Врени пыталась понять, как с ней могло случиться… такое.
— Ты продался святошам и продал меня, — горько сказала она вампиру. — Нас убьют на первой же встрече.
— Нет, — жёстко ответил вампир.
— Да уж, конечно! Твой святоша попросит за тебя и все расплачутся от умиления!
— Не кричи, — оборвал её вампир. — Тебя никто не убьёт. Я позабочусь.
— Ты?!
— Не обижай меня, сестричка, — дурашливо улыбнулся вампир. — Я ведь могу и обидеться.
— Тебе нравятся мои серёжки? — подёргала её за рукав Марила.
Врени снова почувствовала, что сходит с ума.
 
* * *
Вампир дошёл с ними до дома Фирмина и любезно попросил слугу позвать госпожу Вейму. У него-де есть что передать советнице баронессы по делу, которое они уже обсуждали. Марила ускакала в глубину дома, показывать новое ожерелье людям Фирмина, а Врени вампир удержал рядом с собой.
Вейма пришла довольно скоро и, увидев Липпа рядом с Врени, изменилась в лице.
Она посмотрела в глаза собрату, потом повернулась и махнула проклятым рукой, чтобы следовали за ней. Врени уже и не пыталась сопротивляться. Они поднялись по лестнице и вошли в небольшую комнату, где стоял стол и изящное кресло.
— Это таблиний, — пояснил для Врени вампир. — В таких комнатах знатные господа занимаются счетами и другими важными делами.
— Заткнись, — бросила ему вампирша, запирая дверь. — Что тебе надо, говори.
— Как ты брата встречаешь, сестрица, — засмеялся вампир. — Врени, расскажи ей, что знаешь.
— Дай я лучше посмотрю, — потребовала Вейма. Врени отвернулась.
— Нет, — сказал Липп.
— Нет?!
— Хватит с неё, — жёстко произнёс вампир. — Я уже всё посмотрел. А ты словами послушаешь.
— Ты, что же, мне приказываешь? — удивилась Вейма.
— Нет, сестричка, — усмехнулся Липп. — Рассказывай, Большеногая.
Врени послушно рассказала, что с ней произошло — начиная с гильдии и заканчивая разговором с приором. Пока она говорила, Вейма напряжённо принюхивалась и мрачнела прямо на глазах.