Сильвия идёт ко дну

– Заткнитесь обе, – сказала Сильвия тихо и разборчиво. – Прекратите лаять.
Морриган в мантии смиренно кивнула. Другая, знакомая, посмотрела на Сильвию с явным недовольством.
– Малышка выросла, я погляжу, – бросила она с презрением. – Смотри, дитё. Я тебя предупреждала.
– И об обратном мне тоже говорила ты. Разве нет? – парировала Сильвия. Она провела рукой по бедру. Подол легкого цветастого платья скрывал клинок. Если он поможет, то появлялся неплохой шанс раздобыть себе еще и знакомый арбалет. Руки налились силами от одного желания взять его в руки.
– Не приравнивай это восьмое чудо света по старости ко мне. Она древнее даже ила у нас под ногами, – Морриган в костюме даже не бросила взгляд на близнеца.
Течение усилилось, и Сильвию снесло влево на несколько метров. Когда она наконец вернула равновесие, ни той, ни другой Морриган уже не было. Не было и океана вокруг. Только кожаная обшивка автомобиля.
– Открывай глазки, спящее чудовище, – отозвался Эллиот глухо.
Сильвия попыталась пошевелиться, но поняла, что провалилась плечом следом за собственным рюкзаком, который сейчас подпирал бедро. Она попыталась пошевелить ступней, но не вышло. Потрогала – нога холодная.
– Класс, – буркнула она. Сначала рука, потом нога. Потом, видимо, всё сразу. Привет, старость. Неожиданно ты подоспела.
Еле-еле выбравшись на сидения, Сильвия отобедала еще одним батончиком. Или это уже ужин?
– Который час?
– Половина понятия-не-имею-какого, – ответил Эллиот. – Еще пара часов, и я не смогу заходить в лифты всю свою оставшуюся жизнь.
– Молись, чтоб ты вообще получил возможность заходить туда, – Сильвия осмотрелась. Она понимала его. Атмосфера душного контейнера где-то посреди Бермудского треугольника давила и на неё, не то, что на свободолюбивого брата. – Ты же знаешь, что в год тонет от сорока до двух сотен судов?
– И к чему мне сейчас эта информация? – едва ли не закричал Эллиот. Сильвия пригляделась – он сложил руки на груди. Интересно, а он помнил, что в детстве, когда боялся, делал так же?
– К тому, что мы здесь почти в безопасности, дурак, – Сильвии пришлось говорить громче. Прямо как с обеспокоенными посетителями, которые увидели на стене пятнышко, ужасно похожее на таракана. – В безопасности. Перелезай сюда.
– Я улечу, – ответил он коротко.
– Не улетишь, мы в закрытом контейнере. Может, покатаешься, будто с горки, не больше.
Немного подумав, Эллиот так и сделал. Осторожно, накрепко, до побелевших костяшек он цеплялся сначала за одну дверь, потом за вторую, пока наконец не бухнулся на заднее сиденье. Сильвия не стала болтать, просто обняла его. Может, он и стал почти на две головы выше сестры, но всё еще оставался младшим братишкой. Тем самым мальчиком, который впадал в ступор каждый раз, когда кричала мама и бросался защищать сестру, когда в дело вступал отец. Который обнимал сестру, когда она была не в духе. Который приходил к ней и молча протягивал руки, когда у самого дела шли не очень хорошо. И в этот раз он обнял Сильвию и положил голову на плечо. Она не удержалась и поцеловала его в лоб. Раньше, когда они еще жили вместе, она постоянно так делала, потом он уже стал взрослым и крутым парнем, который не мог позволить себе телячьи нежности. Не на виду у остальных. И все же позволял чмокнуть себя в щеку, когда мог оглядеться и удостовериться, что вокруг никого.
– Осталось немного потерпеть, и мы будем дома, – сказал он тихо.
Успокаивался. Предплечьем Сильвия могла почувствовать, что пульс брата, быстрый, будто сердце делало разминку перед прыжками из груди на дальность, и вправду замедляется.
– Зуб даю, мы уже в водах штатов, – Сильвия улыбнулась, хоть брат и не мог этого увидеть. Заряд батарейки на фонарике садился, он светил всё тусклее и тусклее. Даже мягкий огонь свечи светил ярче, но одно дело разжигать его в фермерском доме, когда отключают электричество и совсем другое – в контейнере среди сотен таких же контейнеров в океане. И не факт, что кислорода останется столько, сколько нужно, чтобы дышать. Глупая идея.
– Если ты не права, повешу этот зуб на шею кулончиком, – Эллиот выдавил из себя нервную усмешку. Сильвия провела рукой по его волосам.
– Какой выбираешь?
– Клык, – ответил он без заминки.
– Я почти забыла. У тебя так и не отросли Вампирские клыки Чемберзов.
– Даже детишек не напугать в Хэллоуин.
– Бедняга. На следующий нарядись отцом, точно всех распугаешь.
Эллиот прыснул.
– А если я тебя укушу? – вдруг предложила Сильвия. – Вдруг, тогда вырастут?
– Ты мне разве что Орлеанское бешенство передашь. Буду бегать вокруг мастерской, закидывать бусы на все, что выступает из стен и земли хотя бы на сантиметр и танцевать что-то богохульское.
– С последним у тебя никогда проблем не было, – заметила Сильвия, за что получила ощутимый, хоть и шуточный удар локтем в бок.
– Не напоминай, будь человеком, – Сильвия слышала, как брат улыбался. Миссия выполнена. Но теперь он дал ей другую
«Будь человеком». Сложно им быть, когда ты однажды побывал кем-то еще. Когда поверил, что ты мертв и почувствовал, насколько сильным можно быть, лишившись жизни.
Контейнер увело в сторону, Сильвия почувствовала, как руки брата сжали её сильнее. Она сделала то же самое. Их качнуло, как на качелях и понесло вниз. Когда контейнер коснулся земли, затрещала даже машина. Сильвия и Эллиот облегченно выдохнули в унисон. Эллиот резко отстранился и отодвинулся ближе к двери.
– Прости, – пробубнил он.
– Уже забыли, – ответила Сильвия. – Главное, мы на земле, и мы живы.
Подумав еще немного, Эллиот вернулся на переднее сиденье.
– Мартину ни слова, – сказал он, едва уселся.
– Ты меня сейчас почти оскорбил, – Сильвия и вправду почти обиделась. Чтобы она рассказала что-то старшему брату? Она пробовала, будучи совсем еще малюткой, и больше не испытывала судьбу. Связаться с ним – все равно что рассказать отцу, что она специально бросила камень прямо ему в лоб.
– Да? – Показалось, Эллиот и вправду удивился. – Сейчас ты похожа на него почти как двойняшка.
– Что?! – выкрик оказался слишком громким, Сильвия сама подпрыгнула, испугавшись своего же голоса. И поняла. – Черт. Лучше бы она меня убила.
– Не говори ерунды, – Эллиот посмотрел сестре прямо в глаза. – Ты – не он и тем более – не отец. Ты никогда не причинишь вреда тем, кого любишь.
– Какая разница, кому причинять вред, если это – вред?
– Судьба всегда возвращает людям то, что они отдали в мир. Иногда она будет делать это твоими руками, – он замолчал и, подумав, добавил. – Я помню того парня. Хадсон, да? Поправишь, если ошибаюсь. Видел, как его сажали в полицейскую машину, а потом тем же вечером он уже ходил у дома тетушки Джули… Нет, Брайсон. Да, точно, Брайсон. Или нет?..