Вперед к спасению души

И вообще, пусть Дарья сама растит свое дитя! Пусть одна покрутится. А то привыкла за чужой счет жить и на других свои заботы сваливать.
А мама достойна счастья, и без дочерей ей будет лучше. Ксения только сейчас стала понимать маму, та не выдержала измены отца и уехала, чтобы не видеть, как он счастлив.
Ксеша тоже не хотела видеть Дашу, которая напоминала ей о любимом. И его она не хотела видеть, убеждала себя она. Ой, нет, Ксения вздохнула, это неправда. Как бы ей хотелось хоть одним глазком посмотреть на него! Может, надо было укротить гордость и поговорить с ним? Объясниться… Нет, нет и нет! Она не может ему простить, что он променял ее на сестру.
Ксения тряхнула головой, прогоняя нечаянные мысли и возвращаясь в реальность. Что это она вдруг раскисла?
– Мама, все, дело решенное. Уезжай спокойно, думай больше о себе. Наконец-то тебе улыбнулось счастье, так не упусти его, – увещевала она.
– Ой, не знаю, – сокрушалась Наталья. – Душа не на месте. А как же ребеночек? Я так хочу на него посмотреть, понянчиться.
– Успеешь, – Ксеша нахмурилась, Дашиного ребенка ей хотелось обсуждать меньше всего. – Выйдешь замуж, отдохнешь от нас, а потом приедешь и понянчишься. И даже не думай брать на себя заботы о ребенке! У тебя слабое здоровье.
– Да, – согласилась Наталья, ей уже не справиться с новорожденным. – Ой, все равно, за Дашу я сильно беспокоюсь.
– Мам, что ей сделается? Мне кажется, она даже в аду не сгорит.
– Господи, прости! – перекрестилась Наталья. – Что ты говоришь, Ксеша? Нельзя так, вы же родные сестры, и ты не должна бросать ее. Ей и так досталось.
– Что досталось?! – Ксения даже повысила голос. – Может, ты хотела сказать «не досталось»? Жениха богатого упустила? Так ничего, она сейчас оправится, приведет себя в боевую готовность и снова в бой.
– Ксеша, ну помирись ты с ней! Ты же умница! Серьезная, ответственная, добрая! А Даша… Она же одна не справится.
– Не уговаривай, я же тебе не раз говорила, не хочу ее больше видеть!
– Ксешенька, ну что же между вами произошло? Ты все время молчишь, и Даша ничего не рассказывает.
– Мам, прекрати, – прервала неприятную тему Ксения. – Лучше скажи, куда вы поедете?
– Славик взял путевки в Турцию на две недели в свадебное путешествие, – счастливо улыбнулась мама и немного засмущалась, – а потом к нему на родину, в Крым.
Ксеша взгрустнула, это так далеко от Питера!
А мама снова запричитала:
– Но даже не знаю, как я поеду, когда тут…
– Поезжай себе спокойно. Поверь, мы не пропадем.
Ксения вспомнила, как несколько лет прожила без мамы. Скучала сильно, но ничего, справлялась. И в этот раз справится, уговаривала она себя. Хуже уже все равно не будет.
– Ладно, детка, – всхлипнула Наталья, – но обещай, что ты сразу позвонишь, если понадобится моя помощь. А я совсем скоро приеду.
***
На следующий день мама со Славиком уехали, а Ксения осталась совсем одна. Конечно, у нее были друзья, работа, но чувство одиночества не покидало. Она передвигалась, словно сомнамбула, не понимая, где находится, и что нужно делать. Мама не звонила, а Ксеша ее не беспокоила, понятное дело – медовый месяц.
Только верный друг Порохов, зная о всех ее бедах, всячески старался поддержать.
– Ксения, может, полежишь в больнице? – Станислав Яковлевич по обыкновению проявил внимание к девушке. – Ты в депрессии, как ты не понимаешь? И нервы у тебя на переделе. Тебе помощь специалистов нужна.
– Психиатра, что ли?! Вы предлагаете полежать в психбольнице? – с осуждением посмотрела на него девушка. – Вы считаете, я сошла с ума?
– Нет, конечно. И почему в психбольнице? Просто в клинике, отдохнуть, подлечить нервы. На тебя же смотреть больно.
– Не смотрите, – отрезала Ксения и отвернулась.
Ей не хотелось никого видеть, даже его.
А потом потекли дни похожие друг на друга своей монотонностью. Прошла всего неделя после маминого отъезда, а ей казалось, целая вечность. С Дарьей она не общалась и даже не знала, выписали ее или нет. Та тоже не давала о себе знать. Квартиру, как и собиралась, Ксения освободила и ключи сдала хозяйке.
На душе было скверно от одиночества и потерянности.
Ксении почему-то очень хотелось, чтобы сейчас на улице был лютый мороз. Выйти бы на улицу, сесть под дерево и замерзнуть. Совсем. Навсегда. Она подходила к окну, смотрела вниз на играющих во дворе детишек, тут же отдергивала взгляд и смотрела в мартовское небо. Такое голубое, уже весеннее. Ну почему светит солнце? Почему небо такое безоблачное? Так не должно быть! Все должно быть во мраке, как и ее душа.
«– Ксешенька, детка, – вспомнились слова мамы перед отъездом. – Пожалуйста, помоги Даше, позаботься о ребенке, не оставляй ее. Обещай… А я скоро приеду».
Ксения тогда промолчала, крепко обнимала ее и роняла слезы. Она так ничего ей и не пообещала, не смогла.
Настроения совсем не было. Вот родила Даша, и что дальше? Ее ребенок будет Ксеше племянником или племянницей. Она даже не поинтересовалась, кто родился. И это ребенок Стефана! Нет-нет-нет, она не сможет принять этого ребенка! Даже не хочет его видеть! Это она должна была родить ребенка от Стефана, а не Дашка! Ксения представила, как больно будет каждый раз видеть его. Нет, ни за что на свете! Она больше никогда не будет общаться с сестрой!
Из тяжелых, мрачных раздумий ее вырвал звонок. Она вздрогнула, оглянулась с непониманием, откуда этот ужасный, раздражающий звук, и наконец поняла, звонит телефон.
Взяла трубку:
– Да.
– Здравствуйте, это звонят из роддома. Вам необходимо подъехать, чтобы оформить документы.
– Какие документы?
– Вы Ксения Мельниченко?
– Да.
– Вы являетесь родственницей Дарьи Сергеевны Мельниченко?
– Да.
– Вы записаны у нее в карте, как ближайший родственник. И она оставила вам записку.
– Что? Оставила записку? А сама она где? – встревожилась Ксеша.
– А вы разве не знаете? Ваша сестра сбежала почти сразу после родов.
– Ка-ка-как это?
– Если она не вернется, мы будем вынуждены передать ребенка в дом малютки.
– Так отдавайте! – не выдержала Ксения. – От меня-то вам что нужно?
– То есть, вы тоже отказываетесь?
– А почему "тоже"!? – у Ксении вдруг забилось сердце, значит, Стефан и правда отказался?
Но женщина тут же пояснила:
– Поскольку мать не написала отказ, а попросту сбежала, мы обязаны найти ближайших родственников. По словам матери, отца у ребенка нет, но опекунство имеют право оформить ближайшие родственники. Отец Дарьи, Сергей Мельниченко, отказался, мать ее мы не нашли.