Всегда в декабре

Джози фыркнула, тут же устыдилась этого и поморщилась. Она еще не сказала Лоре, что попала под сокращение – возможно, и у нее с карьерой ничего не выйдет.
Лора поджала губы, изучающе глядя на Джози, а затем бросила взгляд поверх ее головы.
– Мальчики направляются к нам. – Она наклонилась чуть ближе. – Кстати говоря… Не теряй времени.
– Это не то, это… – Она повертела за ножку стоящий на столике бокал с вином. – Я не знаю, что это.
– Когда вы познакомились?
– Три дня назад, – призналась она.
Лора недоверчиво посмотрела на нее.
– И он оказался свободен в канун Рождества, чтобы пойти на вечеринку с той, которую едва знает?
– Он застрял в Лондоне в ожидании рейса, – в оправдание сказала Джози. – Пожалуйста, не нагнетай.
– А он эффектный. – Лора посмотрела на Макса поверх плеча Джози.
– Разве в наши дни так говорят? – Джози удивленно подняла брови.
– И, похоже, приятный – продолжала Лора, игнорируя ее замечание.
– Да, – согласилась Джози. Он действительно приятный, думала она, хотя поначалу так не показалось, потому что он старательно скрывал от нее это.
– И смешит Джона, хотя, надо признать, это совсем не сложно. – Джози понимала, что Лора куда-то клонит, поэтому ничего не говорила, ожидая продолжения. Обе посмотрели на Джона с Максом, которые остановили официантку, чтобы взять еще вина. Джон был крепче, но Макс почему-то казался более видным. Это потому, что он так себя держит, решила Джози, он движется так, точно у него есть цель, и люди расступаются перед ним.
– Тогда в чем подвох? – понизила голос Лора.
– А что, непременно должен быть подвох? – выпалила Джози.
– Он женат?
– Нет, – рассмеялась Джози.
– Откуда ты знаешь?
– Ну, во-первых, у него нет обручального кольца.
– Разумеется, потому что его никто никогда не снимает.
– Он не женат, – стояла на своем Джози, хотя на память ей пришли слова тетушки. Макс солгал насчет места работы – может, еще в чем-нибудь наврал? Не отдавая себе отчета, она дотронулась пальцами до сережки, которую он подарил. Лора следила за ее движениями.
– Симпатичные серьги.
– Спасибо.
Она решила не говорить о том, что это подарок Макса, учитывая, что они с Джоном были совсем близко. Джон мимоходом коснулся руки Лоры и сел рядом, протянув ей бокал просекко, а Макс поставил другой перед Джози. Она улыбнулась ему, возможно, с преувеличенной радостью, и он тотчас улыбнулся ей в ответ.
– Мне надо перезвонить в авиакомпанию, они оставили сообщение, – он показал на телефон. – Я мигом.
Джози кивнула, стараясь не замечать многозначительного взгляда Лоры, и, прежде чем та снова завела свою песню – присутствие Джона ей не было помехой, – Джози спросила, как идет подготовка к свадьбе. Лора тотчас пустилась в рассуждения о том, что местный менеджер по организации мероприятий – полная чума (речь шла ни больше ни меньше о шотландском замке), что в выходные на железной дороге, как пить дать, будет забастовка, и тогда из Лондона никто не приедет. К столику подошел официант с канапе, Джози взяла шарик аранчини [4] и понемногу откусывала от него, слушая Лору и стараясь не терять нить повествования, вместо того чтобы искать в зале двух мужчин, которые занимали ее мысли.
Макс вернулся через десять минут и сел рядом, слегка пахнув на нее лосьоном после бритья – дорогим, судя по всему.
– Что они говорят? – спросила она.
– Говорят, есть рейс на 26-е. – Он отпил из бокала и пожал плечами. – Ну, посмотрим.
Джози кивнула и улыбнулась, потому что такая реакция представлялась ей уместной, но прежде чем она успела спросить что-то еще, типа, как долго он будет в отъезде и планирует ли по возвращении наведаться в Лондон – со сцены послышался звук настраиваемого микрофона, после чего гомон в зале сразу стих и все посмотрели на человека на сцене, судя по всему, техника.
– Торжественная часть? – поинтересовался Джон.
– Я думаю, они хотят быстрее с этим покончить и пить вместе со всеми, – сказала Лора.
Макс одобрительно улыбнулся, когда на сцене, представлявшей собой небольшое возвышение, появился генеральный директор, мужчина лет шестидесяти с хвостиком, которого Джози за четыре годы работы в компании видела лишь однажды. Он кашлянул, поправил очки и кивнул технику в черном, подстраивавшему микрофон под его рост.
– С вашего позволения, я хотел бы сказать несколько слов, прежде чем мы перейдем к неофициальной части.
В зале возникло оживление – народ усаживался за столики или хватал напитки, после чего все внимание было обращено на сцену.
– Спасибо, что пришли сюда в этот вечер и согласились в рождественский сочельник поддержать нас в нашей благотворительной миссии. – Он указал на стол поодаль, на котором стояли бутылка шампанского, подарочная корзинка, фотографии с вертолетом и Эйфелевой башней и еще много чего. – Пожалуйста, примите участие и делайте ставки – в конце концов, дарение – это суть Рождества.
Лора насмешливо хмыкнула.
– Весь этот цирк с благотворительностью был затеян, чтобы привлечь внимание прессы, – шепотом пояснила она им троим. – Потому-то все и проходит в рождественский сочельник – правление решило, что тогда об этом упомянут в газетах и напишут в журналах, чего, разумеется, не случилось, потому что все было организовано из рук вон плохо. Я пыталась донести это до Джанис, но, вместо того чтобы поверить здравому смыслу и многолетнему опыту, она предпочла проигнорировать меня.
– Это был хороший год, – продолжал генеральный директор, – мы наблюдаем определенный рост, и это отличная новость. Но нам есть куда расти, мы ищем способы расширять и реструктурировать компании, чтобы оставаться сильными игроками на рынке. – При слове «реструктурировать» Джози стиснула зубы. Вот он рассуждает о том, что год, мол, был хорошим – но если он был настолько хорошим, то почему тогда идут сокращения?
– Сейчас я дам возможность каждой компании рассказать о достигнутых успехах. Начнем с «Павлин PR» и очаровательной Джанис Эвергрин.
Джанис тотчас вспорхнула на сцену, и Джози поняла, что начальнице страшно нравится стоять на виду у всех и демонстрировать, какая она важная птица. Джанис тоже заговорила о том, что год выдался позитивным; Джози сделала глоток просекко и посмотрела на Макса, который сохранял на лице вежливое выражение, но явно сожалел о том, что пришел сюда.
– Но самой волнительной нашей новостью, – продолжала Джанис, – которой мы рады наконец-то поделиться, является то, что в начале следующего года мы открываем офис в Нью-Йорке, и возглавлять его будет не кто иной, как наш Оливер Бертон.