Феникс. Труболесье

– Вот дрянь… – произнесла Брин и выругалась на эльфийском. – А что если забить на девицу и просто грохнуть урода?
– Тогда он, вероятнее всего, попытается забрать её с собой, – проговорил Хэйян и нахмурился. – Не знаю как вы, а я бы не хотел видеть Феникса в бешенстве. И когда он узнает, что мы могли спасти девицу, а сами решили этого не делать…
Брин не стала дослушивать слова ученика и чертыхнулась:
– Ты прав… Что тогда будем делать?
В разговор вдруг влез гном:
– Девушка? Когда он с бабой-то связался?! – Олекх чертыхнулся. – Всегда говорил, что все беды из-за баб! Надо было его этому научить! Чёрт!.. Ладно… тут и ежу понятно, что её надо спасать, иначе худо будет. Где она сейчас находится?
Неожиданно, разговор прервал громкий и визгливый голос Хромаса. Он стоял на балконе своих апартаментов и держал одной рукой Лизу, приложив второй рукой кинжал к её горлу. На его лице читались бешенство, безысходность и безумие.
– Здесь! – прокричал он и попытался с силой сжать девушке руку, но она едва ли что-то почувствовала. – А вы, уроды, скоро будете гнить в земле!.. Сложите ваше оружие, если хотите оставить её в живых! И я обещаю, что ваша смерть будет не такой мучительной! Сейчас же!

[1] Моргион – бог тлена, гниения и болезней. Противостоит безболезненной смерти, безопасной жизни и здоровью.

 
Глава 25. Битва за Труболесье. Часть вторая
 
Я очнулся в холодном поту, накрытый какими-то тряпками. Аккуратно приподняв ткань, я осознал, что нахожусь в тени, и солнце мне не угрожает. Скинув бесполезную накидку, я мотнул головой и встал на ноги, оглядываясь по сторонам. Зрение не сразу вернулось в норму, сильно мыля всё вокруг. Зато я отчётливо мог слышать, но звуки не давали мне внятного представления происходящего. Кто-то постанывал, что-то фыркало, а где-то в отдалении слышались сильные порывы бушующего ветра.
Вдоволь проморгавшись и протерев глаза руками, я вгляделся в окружение и невольно замер. Вокруг была самая настоящая кровавая баня. Поляна была буквально залита кровью и разбросанными вокруг останками тел. Во главе всей этой бойни находился вервольф собственной персоной. Я впервые видел его под солнечным светом. Моё тело онемело, волосы встали дыбом, а дыхание сбилось.
Даже находясь от меня в десятке метров, он возвышался над поляной как трёхметровый исполин. Его длинные и мускулистые передние лапы касались земли острыми когтями, местами впиваясь в мягкую плоть мёртвых эльфов. Он стоял над чьим-то трупом и тяжело дышал, скосив красные глаза в мою сторону. Сделав шаг назад, я споткнулся о чью-то оторванную руку. Дёрнувшись, я быстро пополз назад, пока не упёрся спиной в толстый ствол гигантского дерева. Повернув голову вбок, я увидел оторванную голову одного из эльфов, сопровождавшего Хромаса. На застывшем лице эльфа отражался неподдельный страх и ужас, но говорить он уже не мог.
– Какого хрена…

За десять минут до этого…

Брин с остальными товарищами Феникса стояла на поляне и слушала монолог безумца, возомнившего себя Богом. Выкрикивая бесчисленное множество оскорблений и не стесняясь упрекать настоящих Божеств в гнусности и меркантильности, он активно жестикулировал и плевался с балкона желчью. Стоящая рядом с ним Лиза держалась достойно, стараясь не шевелиться, чтобы лишний раз не подставиться. Лезвие, приставленное к её горлу, было настолько острым, что малейшее колебание могло привести её к быстрой и неминуемой гибели.
Неожиданно появившийся на поляне Кернун слегка отодвинул этот момент, но лишь для старого гнома. Он остановил время и был виден только Олекху, пожелав не показываться никому на глаза.
Проявившись в самом центре рядом с бессознательным Фениксом, Бог устало вздохнул и посмотрел на гнома:
– Снова всё через одно место, да?.. – Бог с силой сжал губы. – Ладно… теперь мы хотя бы знаем, что у его способностей есть ограничения. Очень хорошо…
Опешивший от неожиданного Божественного проявления, гном не сразу осознал, о чём говорит Кернун, и вопросительно уставился на Божество. Переведя свой взгляд на старика, сатир поспешил объяснить смысл своих слов:
– Видишь ли… мы с моим товарищем, совсем недавно обсуждали возможные варианты развития событий… Мы знали, что у Феникса есть возможность совладать с болезнью и перенимать силу светила. Но мы не знали, получится ли это у него, и если вдруг получится… Мы не понимали, как долго он сможет этой силой пользоваться, – Кернун наклонился к Марку и аккуратно приподнял рубашку, чем заставил гнома дёрнуться. – Не переживай, смерть ему не грозит… теперь. Когда время стоит на месте, солнечные лучи не могут ему навредить… Признаюсь, до этого момента я не знал, как правильно поступить, и даже продумывал ситуацию, где мне приходится убить бедного парня…
– Убить? – гном шагнул вперёд. – За что?
– Если бы он стал слишком силён, у нас бы попросту не осталось иного выхода. Эта тварь… Эреба… Она и так имеет в своём подчинении слишком сильного жреца. Даже он один даёт ей столько сил, что она в буквальном смысле стоит намного выше многих Божеств пантеона. С одним последователем являющимся её жрецом! Представляешь!? Один, мать твою, жрец! И дарует столько Божественных сил, сколько не даруют десятки тысяч обычных последователей! Второй такой… может стать для нас непосильной угрозой. Но пока что… всё идёт своим чередом, и трогать его я не намерен. Безусловно, он опасен, но точно не стоит прямого вмешательства кого-то из нас…
– Эреба? Богиня тьмы? Ты говоришь про неё? – Олекх посмотрел на Марка и мотнул головой. – Он всё-таки заключил с ней контракт?
– Ох, дорогой Олекх, ты слишком многое пропустил, пока спал. Скажу так, она плетёт свои сети слишком искусно, и даже мы не можем ей помешать, – вздохнув, он выпрямился и потянулся. – Советую тебе приглядывать за учеником, иначе… В общем, не важно… Лови!
Дёрнувшись, гном не сразу осознал, что за предмет в него летит и поймал его далеко не с первого раза. Он скакал между его ладонями словно «горячая картошка», и только на десятый выпад у гнома всё же получилось поймать причудливую штуковину, брошенную Богом. Нахмурив брови, Олекх с сомнением посмотрел на чёрный коготь, подвешенный за верёвочку.
– Что за диковинный амулет? На кой чёрт он мне сдался?
– Когда станет худо, сломай коготь, и, возможно, вам это поможет. Когда ты его сломаешь, у тебя будет ровно пять секунд, чтобы смыться от места активации как можно дальше. Советую тебе сделать это сразу, не мешкая. Всех последствий активации даже я не знаю, но точно понимаю, что… Тварь, которая оттуда вылезет, будет быстрее вас всех и значительно сильнее. Я думаю, ты уже догадываешься, о ком я говорю.
– Вервольф? – гном тяжело сглотнул слюну. – Но ведь он… мне подчиняется?
– Когда ты сломаешь амулет, с него спадут все печати. Он снова выберется на свободу, и тут уже даже я не знаю, что произойдёт потом. Используй его только в самом крайнем случае, ведь это может привести к необратимым последствиям. Эта тварь способна заставить весь континент захлебнуться собственной кровью. Конечно же, при самом неудачном стечении обстоятельств. Под солнцем он будет ослаблен, но в бой с ним лучше не вступать, – Кернун вдруг стал растворяться в пространстве, но на мгновение задержался, решив дополнить свой монолог перчинкой. – И да… тебе стоит помнить! Нужно спасти не только мальчишку, но и тех эльфов. Насчёт девушки решай сам, но я не думаю, что Феникс будет рад её гибели…