Дороги богов
Глава 3. Мариус Гайос.Мир – он твой, Ты же в нём – изгой,
Заблудившийся, гордый и слепой.
Стоит повернуть,
Изменить свой путь –
Птицы вслед закричат,
Люди вслед замолчат.
(Балашова А. – "Пока боги спят")
На разорённых землях Оринберга свирепствовала болезнь. Люди страдали от лихорадки, заходились кашлем, отхаркивая кровь и умирали на пятый день.
Все это – заслуга Мариуса Гайоса. Истинный дотошно изучал живые организмы, в его замке находилась самая большая библиотека существ. А в подвалах хранились заспиртованные образцы всего, что могло дышать, двигаться и жить.
Лихорадку Мариус поселил в водоем Изумрудной реки. Болезнь распространилась быстро и дала свои плоды: люди умирали еще до того, как армия Кейна добиралась до того или иного города.
Больше половины страны уже лежало у ног захватчиков. И черные василиски, что все чаще давали отпор и удерживали рубежи Оринберга, гибли от болезни точно также, как все смертные.
– Это жестоко, вы не находите? – Альберт Свейн обернулся к своему спутнику, зажимая рот платком.
Невысокий жрец в серой рясе аккуратно переступил через труп.
– Кейн пойдет на все ради своей цели. Мы ищем лекарство, ваше величество. Но люди должны соблюдать правила, чтобы не заразиться. И не выходить из домов.
– Как они могут сидеть по домам, уважаемый Джаред, когда на них движется армия верийцев? Лихорадка косит как крестьян, так и аристократов. – Альбер окинул взглядом полупустые улицы города: на дороге валялись мертвецы. Жрецы Лорин и добровольцы сгружали тела в телеги и увозили за стену, где сжигали.
Горожане прятались, на ставнях некоторых домов висели красные флаги. Это означало, что кто-то болел и входить было запрещено.
Уныние царило в столице. Пока что болезнь добралась только до нижнего города, полного нищих и беженцев. Но страх загнал всех в угол от господ до лавочников.
– Сколько еще понадобится времени, чтобы справиться с болезнью и Кейном? – Спросил Альберт Свейн.
– Не все сразу, ваше величество. – Аметистовые глаза жреца сверкнули и сменили цвет на зеленый. – Наш с вами общий друг сейчас в Вересе. Его последнее сообщение указало место, где мы встретим врага. По моим подсчетам, неделя-две и безумный Кейн будет предан и побежден.
– Верийцы устали от своего бога? – усмехнулся Альберт.
– Он разозлил их, это точно. – Кивнул жрец.
Король и жрец, наконец, дошли до конца улицы, где их ждала карета.
– Чем же?
– Любопытство?
– Отнюдь. На чужих ошибках не грех поучиться, хотя я и не бог.
– Он женился. – Рассмеялся уродливый жрец. – На смертной. На существе третьего сорта.
– Да, кажется, князь Гевальт бесконечно зол из-за этого. Брак должен быть по расчету. – Альберт Свейн иронично покачал головой.
– А он и так по расчету. – Ничуть не смутился Джаред. – Просто его подданные не понимают и не скоро поймут, в чем здесь выгода.
– А она есть? – Усмехнулся Альберт. – Жанна, хотя и прелестная девушка, но на этом все.
– Вы не знаете всего, дорогой друг. Интуиция у Кейна отменная: красота интересует его в последнюю очередь. Жанна де Стрейн нужна нам не меньше, чем веийцам.
Альберт Свейн удивленно поднял брови.
– Что же такого особенного в графине де Стрейн? Ее семья достаточно обеспечена, но скромна. Никаких ярких талантов, ни громких побед.
– Именно поэтому Лорин обратила свой взор на них. – Загадочно улыбнулся Джаред. – Неприметные, добропорядочные и милые люди никогда не привлекут внимания.
Мужчины приблизились к воротам, ведущим в Средний город, где обитали зажиточные и обеспеченные лоринцы. Стража пропустила их, оттолкнула в сторону пару нищих, что попытались прошмыгнуть незамеченными за тяжелые высокие створки.
– Совет богов не одобряет действия Кейна, как и его право на Верес не признано до сих пор. – Продолжил Джаред. – Последняя, кто хотел дать ему шанс – Лорин. Она разочаровалась в нем после войны с Невеккет.
– Вы ловко прибрали к рукам бразды правления. – Не без зависти отметил Свейн, поглаживая подбородок. – Почему боги прислушались?
– Несколько манипуляций, – Джаред улыбнулся. – Архнос готов к любым действиям, если намечается кровопролитная заварушка. Лорин всегда была верна мне, Балга не спешил сдавать позиции: самодостаточный, изворотливый.
– И как вы справились с ним?
– Он отчаянно нуждался в помощи. Его мир живет лишь благодаря поддержке. Моей поддержке.
– Ваши игры более масштабны и все же, я все больше убеждаюсь, что боги не многим отличаются от людей. – Альберт задумчиво потер подбородок.
– А почему должно быть по-другому? – Жрец тихо рассмеялся. – Разве не сделаны вы по нашему образу и подобию? Или вы воображаете, что бог – некое беспристрастное существо, что вершит справедливость?
– Все религии говорят об этом. – Отозвался Альберт.
– Все религии вам нагло лгут! – Жрец сверкнул глазами. – Если бы это было так, на земле не было бы ни войн, ни боли, ни счастья. Одни серые и скучные тени. Мы перенесли наши пороки и достоинства в ваши души не потому, что хотели просто развлечься. Мы сами не идеальны.
– Но зачем? Чтобы наблюдать, как снова и снова побеждает зло или добро в каждой душе?
Джаред задумался.
– В этом что-то есть. Так же говорила сестра Сахрезейя.
***
Она всегда считала себя совершенной. Джаред смотрел на Сахрезейю и невольно сравнивал ее с Лорин и Карией. Кто бы ни создал их, Сахрезейя явно уступала двум другим богиням в красоте, как они ей в интеллекте.
– Кария, успокойся. – Грудным голосом произнесла Сахрезейя, протягивая богине свой платок. – Объясни все по порядку. Мы выслушаем тебя и постараемся помочь.
Кария вытерла покрасневшие глаза, благодарно приняла от Невеккет стакан воды.
«Да, когда уже она закончит свою истерику!» – Раздраженно подумал Джаред.
– Вы можете смеяться надо мной, можете считать глупой и недальновидной. – Плаксивым голосом начала Кария. – Но это может случиться и с вами.
Кария вскинула свои большие голубые глаза и уставилась прямо на Джареда, будто намекая, что он – следующий.
– Никто не смеется над тобой дорогая. – Ободряюще поддержала ее Лорин и больно пнула под столом Архноса, который собирался сказать что-то язвительное. – Мы все – одна семья.
– Спасибо, Лорин. – Богиня была готова снова разрыдаться, но Сахрезейя крепко сжала ее руку в своей.