Возвращение

– Это не только в Москве, – сказал отец. – Друзья пишут из Белоруссии, что там то же самое.
Мы с час посидели за столом, потом посмотрели концерт, а когда он закончился и всё убрали со стола, позвонил Келдыш.
– Здравствуйте, Мстислав Всеволодович! – ответил я на приветствие. – Поздравляю с праздником! Сто лет вас не видел и не слышал. Чем обязан?
– Мы сейчас это исправим, – пообещал он. – Вы с Люсей не за столом?
– Нет, только что закончили праздновать.
– Тогда собирайтесь, я за вами приеду минут через пятнадцать. Форма одежды – парадная. – И положил трубку.
– Собирайся, – сказал я жене. – Келдыш хочет нас куда-то вытащить. Скоро подъедет, поэтому лучше подождать на улице.
Мстислав Всеволодович приехал даже раньше, чем обещал.
– Я уже отвык от «Волги», – сказал я, помогая Люсе сесть в салон. – И куда вы нас повезёте?
– На моей квартире собрались друзья, с которыми хочу вас познакомить. Мне неудобно перед тобой. Благодаря тебе мы в ближайшие годы совершим рывок во многих областях, а ты незаслуженно забыт. Мне уже осталось немного. Уйду, и никто не узнает, кому этим обязаны. Поэтому хочу вас кое с кем познакомить. Такие знакомства могут пригодиться. Заодно нам что-нибудь споёте. Но это только повод.
– Зря вы себя так рано хороните, – возразил я. – Медитации выполняете?
– И медитации делаю, и боярышник пью.
– Когда запустите в производство те сердечные препараты, которые я описал, обязательно пройдите курс лечения, продлите жизнь на много лет. И переживаете зря. Я получил всё, что просил, а известности и так хватает. Когда окончим институт, так сыграем, что все премии будут у нас.
– Не скажешь, почему именно кино? Ты же в прошлой жизни занимался техникой. Значит, были желание и способности? Или нет?
– Были, – подтвердил я, – и сейчас есть, но тяга к кино сильнее. Нам всегда приходится выбирать что-то одно, жертвуя другим. Вы ведь тоже пожертвовали авиацией.
– Откуда знаешь? – спросил он.
– Где-то вычитал. А почему кино… Я смотрел сотни фильмов, многие из которых никогда не создадут. А мы сможем кое-что вернуть, да ещё вложить в интересный сюжет правильные мысли.
– Тогда вам нужно было поступать на режиссёрский факультет.
– Это необязательно. Можно снимать фильмы, имея готовый сюжет и те знания по режиссуре, которые нам дадут, а вот сниматься в них самому без учёбы у Герасимова или кого-то другого будет уже трудно.
– А вам дадут снимать?
– В моё время актёры становились режиссёрами и наоборот. Да и сейчас есть такие, например, Бондарчук. А с моими связями…
– Сейчас мы их увеличим, – пообещал он, останавливая машину у подъезда.
У Келдыша мы пробыли до позднего вечера. Познакомились с его гостями, среди которых были несколько ректоров московских вузов, спели им под гитару с десяток наших песен и к концу вечера стали в этой компании своими.
– На сцене рассказываешь анекдоты, – когда прощались, сказал ректор МГУ Иван Георгиевич Петровский, – а нас не порадовал ни одним.
– Вы и так весело провели время, – засмеялся я, – но если хотите… Но только один, потому что я уже вызвал машину. Слушайте. Учёные изобрели новое атомное оружие. После испытаний корреспонденты спрашивают на конференции: «Скажите, какая, по вашим оценкам, была мощность взрыва?» «От 10 до 100 килотонн». «А почему такой большой разброс?» «Ну, мы сначала думали, что 10 килотонн, а оно как бабахнет!!!»

– Докладывайте, Ричард, – сказал президент. – Мы ждём.
«Мы» состояло из самого Ричарда Никсона, государственного секретаря Уильяма Роджерса и министра обороны Мелвина Лэйрда.
– С вашего позволения, господа, я не буду касаться истории вопроса, которую вы прекрасно знаете, а сразу же перейду к фактическому материалу, – сказал директор ЦРУ Ричард Хелмс. – Прежде всего скажу о тех документах, которые в разное время попали в наши руки в результате оперативных мероприятий в рамках операции «Проект». Это различные сведения о будущем ряда стран Азии, Латинской Америки и Соединенных Штатов. Самые дальние по времени события датировались семьдесят третьим годом. За прошедшее время часть этих событий исполнилось в точном соответствии с записями в документах, часть показала неполное соответствие по характеру или времени происшествия, и некоторые не произошли. Расхождения, скорее всего, вызваны действиями русских или нашими собственными. Все природные катастрофы сбылись абсолютно, в том числе совпали и цифры потерь. Специалисты нашего Управления пришли к однозначному выводу о том, что русским удалось каким-то образом получить информацию из будущего. Такое нельзя вычислить или предсказать никакими прогнозами. Косвенно это подтверждают разведывательные данные о взрывном характере успехов Советского Союза в электронике и ряде других областей техники. В рамках уже проводимой реформы промышленности и сельского хозяйства будут внедрены отдельные рыночные механизмы и перестроена вся система управления и планирования экономикой. Во многих институтах уже три года ведутся работы по разработке технологий создания интегральных микросхем и других компонентов радиоэлектроники. Некоторые из этих работ уже запущены в производство. Работы проводятся комплексно, и их масштабы поразительны для экономики Советского Союза. Большинство достижений внедряется не только в продукцию военного назначения, но и в гражданскую, что для них нехарактерно. В СССР даже собираются выпускать цветные телевизоры с использованием микросхем. Такие успехи в столь короткие сроки нельзя объяснить ничем, кроме одного: они откуда-то узнали, что и как следует делать, а в институтах только отрабатывали технологии. Кстати, три года назад у некоторых наших компаний было куплено высокотехнологичное оборудование, предназначенное для полупроводниковой промышленности. Видимо, закупки велись русскими через подставных лиц, так как нам не удалось найти ничего из проданного. Нужно принять меры к тому, чтобы в дальнейшем такое не повторилось.
– Как соотносятся наши уровни развития в области электроники? – спросил президент.
– По объёмам мы по-прежнему многократно опережаем, а по уровню можем отставать лет на пять–семь. Но русские только начали внедрять свои новшества в промышленность, и я не знаю, что у них в рукаве.
– А в области вооружений? – спросил министр обороны.
– Запущена реформа армии, но её содержание узнать не удалось. По косвенным признакам можно заключить, что планируется сокращение личного состава с одновременной модернизацией вооружения, в первую очередь тяжёлого. Наверняка используют свои наработки в электронике. Всё только началось, поэтому рано делать выводы.
– Я уже могу сделать вывод, что нас обошли! – сказал Никсон. – Выяснили что-нибудь новое о причинах?
– Ничего нового, сэр, помимо умершего старика, нет. Другого следа наши информаторы не дали. Но мы продолжаем работать.