На голубом глазу
– В гареме? – опешили мы с Линой, слушая его историю, как аудиокнигу с детективным сюжетом. – Диана во дворце в гареме?
– За двенадцать попыток проникнуть туда, меня и объявили в розыск, приписав мне тез двадцать освобожденных. Только заявили, что я выкрал их из семей, что я преступник – выкрал дочерей и жен! – подскочил он с дивана, – у пяти из них были отрезаны уши, понимаете?! У одной не было носа. И все они прошли через женское обрезание, а я преступник! Я похититель людей!
– Сядь, Марк, успокойся, – припорошила Лина своими валерятновыми бадами его третий коктейль. – Выпей, полегчает.
– А эти покровители, которые вытащили вас, они кто? – запомнила я главное.
– С нами общался их представитель, по телефону. Он здесь в Турции служит в местном ОМОНе, в Чевик Куввет. Он устроил меня в аэроклуб, а Диане предложили должность в маркетинге крупной отельной сети, но разве ее прикуешь к офисному стулу! Она прознала про Букет невест и курдского олигарха, укравшего двести девушек и больше ни о чем думать не могла.
– Ты его имя знаешь? Есть контакты этого покровителя?
– Нет, я не видел его ни разу. Он только звонил всегда. Взрослый мужик под тридцать, говорит с акцентом, может из местных. Он вытащил меня из тюряги двенадцать раз, но я не перестану туда попадать, пока не вытащу Диану!
– И ты решил позвать нас? – дошло до Лины, в чем суть идеи Марка. – Меня и Еву? Я бады продаю, а она вазелин.
– Лина, – выдохнул он, – академия номер ноль. Это ничего не значит, разве?!
– Значит, – встряла я, – вот только не все получили распределения на Ближний Восток спасать всех угнетенных женщин мира, Марк! Мы с Линой обучились другому!
– Но это была военная академия, Ева! Военная! У вас база такая же, как у меня и Дианы! Не притворяйтесь офисным планктоном!
– Только кто-то оказался «ниже ожидаемого», Марк! И вынужден работать планктоном. Иначе сдохнут все на свете киты!
– Чо?
– Забей… Я хочу помочь Диане и вытащить двести похищенных девушек, но не с помощью вазилина и бадов!
– Ева, ты же знала стратегию и планирование лучше всех! Ты единственная, чью работу приняли. Помнишь? На тему, как с помощью подсолнуха, открывашки, репродукции Джоконды и ластика захватить Ватикан! Ты единственная разработала правдоподобный план!
– А, я помню! – рассмеялась Лина. – Первое «отлично» из тысячи неудов до нас!
– Твоё эссе у них теперь эталон для новичков, – пытался Марк сыграть на моем самолюбовании, —Ты немного подредактируешь мою задумку, и готово! Мы вытащим Диану и остальных. Я знаю, вы с Линой можете.
– Это не эссе, это по-настоящему. Я бред тогда написала! Легко рисковать кем-то, печатая их имена на машинке, а в жизни? Думаешь, я рискну Линой или тобой? Ну и собой ни в последнюю очередь…
– Марк, – рылась Лина в сумочке наверняка пробуя отыскать свои успокоительные бады. – все это слишком опасно и сложно. Мы с Евкой не такие, как вы. Если я могу сесть на шпагат и ударить кого-то пяткой в лоб еще не значит, что мы сможем захватить резиденцию курда с армией стражи и жён! Нет, я в шоке, я настоящем шоку́!
Она достала пакетик и проглотила его залпом, выдувая из ноздрей белый порошок на глазах официанта, что принес новые напитки и забрал пустые фужеры.
Я подскочила с дивана: один в гарем курдского бандита внедриться собирается, вторая пыхтит белым носом!
– Я в туалет!
Выбежав из вип комнаты, спустилась обратно, прокладывая дорогу в лабиринте тел. Мне нужен был свежий воздух, и тишина, и что-то привычное. Я хотела обнять подушку, выпить ромашкового чая и потупить в стену с цветочным орнаментом обоев. Какие наложницы, какие букеты невест, какие захваты Ватикана с помощью Джоконды! Он с ума сошёл!
– Ева! Эй, Ев! Привет!
Один из танцующих, кого я огибала, отодвигая тела то влево, то вправо, оказался Костей. Он веселился среди коллег – девушек и парней, который вели аэробику, мини клуб и спортивные соревнования. Некоторых я видела в отеле – таких же загорелых, с такими же поддельными именами «Ванесса» или «Матильда».
– Костя… прости… я бегу. Я спешу… мне нужно спешать и бежить, то есть бежать и спешить!.. – пятилась все дальше от него и все ближе к выходу.
– Подожди, – догнал он меня.
Мы стояли среди дрыгающейся толпы, все задевал нас, все вокруг бушевали и без умничали, а мы продолжали стоять, подергиваясь обезьянками с почти сдохшими батарейками внутри.
Я осторожно смотрела на балконы второго этажа, и Костя настороженно смотрел на меня.
– Идем.
Он вывел меня из клуб. Мы обошли пару зданий, потом отелей и оказались у моря. Спустились на берег, где я села на три сложенных горкой шезлонга.
Костя накинул мне на плечи свою джинсовку. Она была теплой внутри. Чувствуя его объятие без прикосновений, я поежилась – что может быть лучше этого? В руке у меня все еще была пустая банка газировки с розовой трубочкой.
– Тебя никто не обидел?
Меня давно никто не спрашивал о таком. Никто не собирался защищать меня, потому что я сама не давала. Я так привыкла быть сильной, казаться сильной, пытаться быть сильной, учиться быть сильной или притворяться, что никому ни на что не жаловалась.
Я должна быть сильной, чтобы спасать всех женщин планеты хотя бы своим поведением, поступками и образом жизни. Подписывать петиции, голосовать, водить машину, трактор и трамвай, уметь пользоваться паяльником или домкратом.
– Все хорошо, – трясла я головой, не в силах сорвать маску, на ценнике которой значился артикул и название: «маска человеческая женская с названием – Я в полном порядке» – Просто… Лина с бадами под носом. И еще Марк с гаремом.
– С чем?
– Я не знаю, что мне делать, Костя? Я не такая, как он думает!
– Он дурак, если думает о тебе как-то плохо.
Если бы Костя сидел поближе, мы бы скорее всего сейчас поцеловались. Но мое приключение в Турции переставало быть мелодрамой с легкой романтической интрижкой, еще немного и начнется детективный боевик.
– Он моя первая безответная любовь. Марк, – кивнула я в сторону Ауры. – Весь институт по нему страдала. И ненавидела Диану. Его девушку. Такую красивую… умную, веселую… идеальную и лучше всех подходящую ему. Я бы и сама в нее влюбилась, будь мужиком. Это у нее свадьба, помнишь, я говорила? Марк просит нас с Линой помочь.
– Устроить девичник?
– Украс… – осеклась я, вспомнив, что говорю с незнакомцем (и неважно, что пару минут назад я была готова поцеловать его), – украс…ить зал. Просит помочь украсить зал.
– Ева, – заправил он мой кудрявый локон за ухо. – Можешь сказать, как есть.
– Не могу. Не нужны тебе эти проблемы, Костя!