Проклятый поцелуй

– Что, черт возьми, на тебя нашло? – прорычал знакомый голос.
У меня перехватило дыхание, и все мысли о коварных волшебных созданиях развеялись.
Роберт наконец-то обратил на меня внимание!
– Если не хочешь скандала, я советую тебе немедленно отпустить меня, – прошипела я и ударила его по руке.
Неужели он не видит, что на нас косятся парочки, сидящие за десертным столом?
Роберт лишь сильнее сжал пальцы на моей руке.
– Чтобы ты и дальше позорила себя?
Мы оказались на террасе, где холодный ночной воздух коснулся моих горящих щек. Серебристый диск луны сиял в просвете между облаками.
Я вырвала руку из хватки Роберта и резко повернулась к нему. О чем он только думал, когда тащил меня сюда? Неужели ему все равно, что подумают люди?
– Ты бы лучше беспокоился о своей невесте, а не обо мне.
Роберт сделал шаг в сторону от дверного проема и скрылся в тени.
– Моя невеста не позволяет мужчинам лапать себя у всех на виду!
– Ты прав. Наверное, следовало попросить Эдварда полапать меня в саду. Ты ведь не понаслышке знаешь, что я просто обожаю шалить в саду. Или это неправда, Роберт?
Его глаза блеснули яростью в свете луны.
– Ты больше не позволишь ему и пальцем к себе прикоснуться. Ты моя!
Я решительно направилась к нему, шурша юбками. Да, мои душа и тело принадлежат лишь ему, и я отчаянно цепляюсь за надежду быть с ним подобно плющу, что тянется вверх по каменным стенам нашего старого фамильного особняка.
– Нет. Я больше не твоя.
Он набросился на меня, и я ударилась спиной о шершавую каменную кладку. Знакомые властные губы увлекли меня в страстный поцелуй со вкусом меда и безудержного желания.
Нас могут увидеть, но будь что будет. Ради Роберта я готова рискнуть всем.
Я отдала ему всю себя в поцелуе. Может, Роберт уже успел позабыть обо всем, что между нами было. Но я заставлю его вспомнить. Проклятие, если бы не наша одежда, мы бы уже слились в единое целое и он бы чувствовал, насколько сильна моя любовь.
Роберт завладел моими чувствами и разумом. Я люблю его всем сердцем. Я люблю его так сильно, что не могу представить свою жизнь без него.
Но он, судя по всему, готов с легкостью отказаться от меня.
– Довольно, – выдохнула я, разрывая поцелуй. – Я не могу так поступить с Эйвин.
Роберт уже сделал свой выбор, и он выбрал не меня.
– Что ты хочешь, чтобы я сделал? – простонал он. Его пальцы запутались в моих локонах, и он припал ненасытными губами к моей шее. – Если я не женюсь на ней, отец лишит меня состояния.
В моей опустевшей груди вспыхнула надежда.
– Нам не нужны его деньги. – Я обхватила ладонями идеально выбритое лицо Роберта, заглядывая ему в глаза. – Моего приданого будет достаточно.
Моя семья – не самая богатая в Грейстоуне, однако мы вовсе не бедствовали. Роберт опустил руки и недовольно поджал губы.
– Твое приданое – сущие гроши по сравнению с приданым Эйвин.
Всего одной фразой Роберт разрушил мой мир и растоптал мои чувства. Эйвин унаследует дом и земли отца – или, точнее, унаследует ее муж. Мне же не достанется ничего.
– Так вот оно что. Ты намерен жениться на моей сестре ради наследства? Я ведь отдалась тебе, Роберт!
Я выплюнула его имя ему в лицо, словно ругательство, и ударила его в грудь. Мне было страшно и неловко, и я попыталась уйти, но затем Роберт сказал, что любит меня, и я подарила ему свою невинность, чтобы доказать, что тоже люблю его.
– Неужели у тебя нет ни совести, ни чести? Любишь ли ты меня вообще или то были просто слова?
Как жаль, что я недостаточно сильная, чтобы толкнуть его за перила террасы.
Роберт закрыл глаза и потер переносицу.
– Кейлин…
– Лучше молчи, бессовестный обманщик. Я больше не хочу тебя видеть!
Его лживые слова преследовали меня до открытых дверей, пока я не оказалась среди невыносимого шума бального зала. Здесь слишком громко. Слишком ярко. И слишком людно.
Эйвин смеялась у десертного стола вместе со своей подругой леди Мариссой.
Темнота коридора манила меня к себе, а голова продолжала кружиться от шампанского и навязчивых мыслей.
Я обошла компанию пожилых мужчин, которые пили портвейн и обсуждали недавнее появление русалки, а затем протаранила кучку девиц, которые завистливо смотрели на танцующие парочки.
Рядом с кабинетом моего отца стоял Эдвард. Его статная фигура утонула в лунном свете, льющемся в коридор через широкое эркерное окно.
– Я уже начал думать, что вы передумали, – сказал он с понимающей улыбкой. Его пальцы скользнули по золотистым кисточкам драпировки.
На подоконнике за спиной Эдварда стояли бокалы шампанского.
– Не сегодня, – прошептала я и, обняв его за шею, прижалась губами к его губам, чтобы мгновение спустя ощутить вкус шампанского и вишни.
Когда я попыталась добавить в наш поцелуй страсти, Эдвард отстранился, хватая ртом воздух.
– Вы невероятно красивая, – хрипло прошептал он, покрывая легкими поцелуями линию моего подбородка.
– Льстец.
Это Эйвин красивая. У нее круглое лицо, вздернутый носик и огромные голубые глаза, полные надежд и жизнелюбия. У меня же лицо слишком худое, с острыми скулами. Роберт как-то сказал, что взгляд моих серых глаз может убить подобно клинку.
Я почувствовала улыбку Эдварда на своей шее и представила, что это Роберт целует меня. И именно его руки скользят по моим плечам, спине, бедрам…
Роберт. Меня обнимает Роберт.
Только вот на него это совсем не похоже.
Роберт властный, настойчивый и страстный. Эдвард же слишком медлительный, осторожный и нереши- тельный.
Что я делаю? Я ведь не хочу здесь быть. Не хочу этого мужчину.
Губы Эдварда коснулись моего уха, когда я отвернулась от его поцелуя.
– Я передумала. Мне нужно вернуться, – сказала я, упираясь ладонью в его широкую грудь. Его руки на моих плечах внезапно показались мне слишком тяжелыми. Я попыталась сделать шаг назад, но Эдвард меня не отпустил.
– Минутку.
Он потянул меня за рукав, обнажая мое плечо.
– Что вы себе позволяете? – Я ударила его в грудь, но он не двинулся с места.
– Я же говорю, дайте мне минуту. – Эдвард выругался, когда я снова ударила его. – Перестаньте меня толкать. Моя запонка…
Я заехала локтем ему в живот, и Эдвард невольно отступил назад. По темному коридору эхом разнесся звук рвущейся ткани.