Кодекс Охотника. Книга VII
– Но как ты можешь такое говорить?! – вскинулся Дмитрий.
– Легко и непринуждённо, – грустно улыбнулся Хрулёв-старший.
– Если это так, то надо поднимать армию, надо что-то делать. В конце концов, это по моей прямой специализации. Хочешь, я вызову своих парней?
– Это не совсем так, – покачал головой Хрулёв. – Тут всё гораздо сложнее.
– Допустим, я тебе поверил. Но кто это мог сделать? Коронат, Китай, Монголия или наши милые друзья – Северное Королевство?
– Всё не так просто, – снова загадочно повторил Хрулёв. – Всё не так просто.
– А как же Центр?
– Ну, во-первых, я ненадолго. А во-вторых, за ними есть кому присмотреть. Ты же помнишь Архипа?
– Лавочник? – удивился Дмитрий.
– Непростой он лавочник. Самое главное – он мне должен, и я верю ему.
– Подожди… верить? – тут Дмитрия осенило. – То есть ты думаешь, что это кто-то внутри Империи?
– Я этого не говорил, – усмехнулся Хрулёв. – Пока не говорил. И ты не говори такое. В общем, на некоторое время я исчезну. Возможно, я буду не в доступе, но я обязательно позже отзвонюсь.
Раздался голос его гвардейца.
– Василий Петрович, к вам пришли. Говорят, вы ждёте.
– Да, запускай.
– Ничему не удивляйся, – предупредил Хрулев-старший своего сына.
Дмитрий Васильевич повернулся, дверь открылась, и зашёл худощавый человек неопределённого возраста, с не запоминающейся внешностью, без абсолютно всякого выражения на лице. Как-то слишком много «незначительного и безэмоционального».
– Здравствуй, Палач! – сказал человек, и впервые улыбнулся. – Давненько мы не виделись.
– Привет, Призрак. Что случилось такого, что ты решил лично встретиться со мной? Я уже понял, что ты выпал из обоймы. Скажу честно, это откровенно хреново, но ты имеешь на это полное право.
– Да, знаю, я действительно бесценный, – без улыбки, как само собой разумеющееся, ответил Призрак. – А увидеться с тобой захотел исключительно из-за нашего совместного прошлого. Я хочу лично рассказать тебе причину моего отказа.
– Это необязательно, – сказал Хрулёв.
– Да, я это знаю, но всё же. Я уже состою на службе у Рода.
Тут Хрулёв неверяще посмотрел на него.
– Ты? На службе? У Рода? Не верю! Твою душу захватила иномирная тварь? Где тот анархист, который не признавал авторитетов? И что за предложение тебе сделали, от которого ты не смог отказаться?
– Анархист остепенился, – пожал плечами Призрак. – А предложение… Это просто моя интуиция. Честно говоря, я даже не оговаривал денежный вопрос.
– Ну, это как раз неудивительно. Деньги тебя никогда не интересовали, – сказал Хрулёв. – Но что за Род? Я бы сказал, что это королевское семейство, если бы ты не был сейчас передо мной в Иркутске. А то, что ты к императорскому роду Империи не поступил на службу, я точно знаю. Да тебя бы просто убили на подходе. Так кто этот великий человек?
Призрак первый раз за всё время улыбнулся.
– Ну, великим его еще назвать нельзя. Пока нельзя… Но чувствую, он скоро им будет. В общем, я поступил на службу к барону Галактионову.
Хрулёв не выдержал, и хлопнул себя по лбу.
– Вот я старый дурак! Мог бы и сам додуматься.
Глава 17У меня было достаточно времени оценить Катю, как бойца и не только, пока мы проходили этот Разлом. Она оказалась довольно интересной в плане своих способностей. Первичная оценка была не совсем точной. Если я сперва думал, что ее Дар схож с моим, то теперь точно знаю, что это не так.
Она не складирует души, и даже не собирает их. Это что-то другое, и не совсем история из моего прошлого мира. Я бы даже сказал, что у нее Дар первостихий или что-то в этом роде. Она близка к смерти, однозначно являясь при этом живой.
Думаю, что если она сможет взять под контроль свой Дар, то сможет в будущем лечить. Но не так, как все остальные Андросовы, нет… Далеко не так… У нее будет узкий спектр лечения, и довольно редкий. Например, вылечить проклятие или порчу. Да-да, такое тоже существует и довольно часто использовалось в прошлом мире. Хотя и в этом тоже. Аристократы немало денег тратят на защиту и артефакты, что считается особо действенным против этой гадости.
С другой стороны, тут еще играет большую роль Дар у «задетого» человека. Чем сильнее Дар, тем быстрее он сжирает порчу. И действительно большие проблемы они могут доставить только простым людям без Дара и способностей.
Вся специфика Дара Катерины заключалась сейчас в том, что она временно забирала в плен души и выпивала эманации смерти, которые испускал человек или существо перед кончиной.
Неплохой Дар, и душам не вредит. Даже можно сказать, очищает их, делая чище перед отправкой дальше. Ну, а что при этом человек помирает? Так-то побочный эффект «лечения души». Зато там, на небесах или в другой жизни спасибо скажут. Ха-ха! Но при этом они будут все равно сопротивляться, ведь очищение – это боль для душ, и им это не нравится.
А вот это самое «очищение» – даёт Катерине силы, и хорошо дает! То есть она перерабатывает боль и страдания, «забирает» их и превращает в чистую энергию, которая усиливает её саму.
Если с иномирными тварями всё происходит легко и просто – очищение, усиление и «лети птичка в свой загробный мир!», то с людьми у неё возникают проблемы. Так просто человеческие души не очистишь, ей бы Учителя толкового, вот только, похоже, в этом мире считают этот Дар проклятием и воспользоваться им никто не умеет. Вот и страдают. Нужно подумать, короче. Крепко подумать!
А вообще… Гхм… А ведь Катя-то получается в перспективе натуральная ИМБА! В этом мире привыкли письками меряться, в смысле – «видимым и осязаемым». То есть физические драки, силовые техники и вот это вот все. И в почёте – силовые «решалы».
Тех же, кто наводит порчу, проклятие и прочую лабуду, во-первых, ненавидят, а во-вторых – боятся! И противодействия им почти нет. Даже Лекари не всегда могут справиться с насланным проклятием, особенно, когда оно поражает душу. Хотя нет вру… Читал что порчи выжигают силой, вот только лечить укус комара раскаленной кочергой через задницу – такое себе… А вот Екатерина… Она просто «сожрет» проклятие, усилиться а затем сожрет и незадачливого автора проклятия! Очень удобно иметь такую рядом с собой… Так, стоп, Сандр! Не торописька! Размечтался тут…
– Сейчас бы ризотто… – вздохнула девушка, присаживаясь на камешек.
– Ага! – не мог не согласится с ней. – Вискаря со льдом тоже не помешало бы.
– Пффф… – наморщила он свой носик, – шампанского холодного…
О том, что сейчас бы еще провести ночь с одной или двумя прелестницами, я решил не говорить. А то вдруг захочет меня прибить. Конечно, я ничем ей не обязан, но ведь женщины очень нелогичные существа. Да и не выйдет у нее ничего. Не хочу разрушать ее мир и показывать, что не способен умереть от ее Дара.