Небоскреб

– Пойдем? – я нехотя отстранился от мягких губ. Софи лишь кивнула.
В кафе было пустынно, утро пятницы не предполагало много народа в подобном месте. Мы заняли уединенный столик возле большой фрески с морским пейзажем, я нахмурился, вспомнив свой последний диалог с сеть-психологом на виртуальном побережье. Но картина ничуть не походила на мирный безлюдный пляж в разгар полуденного зноя, наоборот, она была пропитана таинственными событиями глубокой ночи: большой фрегат на полных парусах несется навстречу неизвестному – что ждет его впереди? Тихая гавань, ярмарка, полная купцов, а может, неминуемая битва? Такой же неизвестностью был пропитан и исход сегодняшнего дня. Пока мы делали заказ, я незаметно для Софи выяснил, что это была репродукция картины Айвазовского «Лунная ночь на Капри».
– Ну-у? – протянула Софи и глянула на меня исподлобья, занимаемая нераскрытой тайной моего вчерашнего исчезновения.
– Это будет долгая история, – со вздохом признал я. – Ты будешь удивлена некоторым… персонажам.
– Становится только интереснее! Ну же, Вэл, не томи!
Рассказ получился сумбурным. Я вкратце упомянул о Марте и ее самоубийстве, чтобы подвести к основному месту событий – небоскребу. Софи сочувственно кивнула, едва ли ей прежде были знакомы детали моего личного дела, вносимые эйчарами 38 при приеме на работу. О Лиане я рассказал в хронологической последовательности: за несколько дней она успела натворить в моей голове столько всего, что я старался изложить все скрупулезно и точно, хотя многое было почти фантастическим, в частности, особенности ее «виртуальной жизни». Софи смотрела на меня с широко раскрытыми глазами, но не решалась что-то спросить по ходу моего монолога. В какой-то момент я даже подумал, не делает ли она пометки пальцами, как обычно при разговоре с клиентом, но ее руки неподвижно лежали на столе. Почему-то этот факт меня слегка успокоил. Когда в мой рассказ вплелась история Валентина Олеговича, Софи лишь уточнила «Подожди. Валя – это наш Валентин Олегович?» Я кивнул и заметил беззвучное движение губ Софи с отчетливым «Вау».
– Вчера именно он вызвал меня для встречи с ним и Лианой. В реальности, – по ходу повествования я не раз ловил себя на мысли, не думает ли Софи, что я сошел с ума или выдумал все это. Но рассказ шел своим чередом и подходил к развязке. Я описал увиденную дряхлую старушку в небольшой квартире того самого небоскреба, мне вновь стало грустно, хоть плачь. – Сегодня я должен сделать для Лианы кое-что, встретиться с…
– Ее дочерью? – закончила Софи. Ее догадка была на сто процентов верной, я вновь кивнул и больше не произнес ни слова.
Софи будто опомнилась ото сна и непонимающе посмотрела на свой палец, ноготь которого кусала последние несколько минут. С неопределенным «хм» она опустила руку на стол и выжидающе подняла на меня глаза.
– Если ты назовешь это бредом, я не обижусь, – я сглотнул, страшась закончить фразу, – даже не обижусь и пойму, если ты встанешь и уйдешь.
Софи быстро замотала головой, оставаясь серьезной. Тяжелый камень в глубине моей груди будто испарился как после атомного взрыва, которым показался мне мой мучительный рассказ. Но волны-последствия могли быть еще впереди. Завтрак, принесенный ботом, уже давно остыл. Понимая, что теперь слово оставалось за Софи, я без аппетита принялся ковырять омлет местного производства: в виде большой рыбины с зеленым луком в качестве водорослей. «Мда, будто что-то из детского меню», – тоскливо отметил я, так и не решаясь поднять глаза на Софи. Она молча разрезала свои сырники. Долгий запутанный рассказ предвещал томительное раздумье.
– Куда ты направишься после? – вымолвила она. Один из трех небольших сырников так и оставался нетронутым на ее тарелке.
– По адресу, который дала Лиана, – я пожал плечами. – Ты пойдешь со мной?
Я не боялся ее ответа. Я, в принципе, не сожалел, что поделился с Софи.
– Хорошо, – тихо произнесла она. Я протянул руку через стол и сжал ее прохладные пальчики в знак огромной благодарности, которую не способен был выразить словами. А потом она сказала странное, – Я, кажется, поняла, кто может тебя там ожидать.
Я непонимающе уставился в ее вдумчивые серые глаза. Софи была умной и очень сообразительной, да и в людях она разбиралась в миллион раз лучше меня. Но могла ли она, действительно, выстроить всю цепочку по моим сбивчивым эмоциональным описаниям? Могла ли увидеть картину иначе, чем я? Либо я за своими переживаниями потерял способность мыслить логически и не улавливал очевидного?
– Кто? – мой голос сорвался и перешел в сип. Я смущенно прокашлялся.
– Нет, не скажу, – она облизала губы. В ее словах и жесте не было и толики высокомерия, скорее, она сама хотела проверить свою догадку, не желая показаться глупой.
– Софи… – только и вымолвил я, но она резко замотала головой «нет-нет-нет».
Странным вышло второе свидание. Хотя первое тоже было из ряда вон выходящим. Видимо, у нас не могло быть иначе, все не как у людей: то зашкаливающий адреналин, то непостижимые истории на грани вымысла. Когда мы вышли из кафе, я обнял Софи, а она чмокнула меня в щеку.
– Так, значит, Валентин Олегович, не станет писать на нас жалобу?
– Нет, я у него спросил еще в первый его визит ко мне.
– А мне даже не сказал, – обиделась Софи.
– Я тебе рассказал про его обнулившуюся невесту, про ее скитания в виртмире и поиск своего физического тела, про полеты на неоновых крыльях и мои неудавшиеся прыжки с небоскреба, – я тихо рассмеялся, – а ты обижаешься, что я забыл упомянуть о рабочих вопросах?
– Я же твой тимлид, – Софи виновато пожала плечами, но тоже улыбнулась. Как приятно снова было видеть ее улыбающейся!
– Ах, ну да, простите, – я притянул ее к себе и хитро укусил за ухо, так вовремя выглянувшее из-за волос.
– Эй! – запротестовала она. – С остальными деталями я просто еще не свыклась. Я же аудитор, пока не увижу своими глазами, не проверю сама – не поверю.
– Справедливо, – заключил я, и мы направились в больницу святой Марии, крепко держась за руки.
Нас встретили белые стены и пустые коридоры, медицинская стерильность и общая чистота. Здесь даже пахло иначе, а точнее – никак, словно любой запах вымывался вместе с ежедневной дезинфекцией каждого сантиметра лечебных помещений. Каблуки Софи звонко цокали по широкой белой плитке, и вдруг наступила абсолютная тишина: мы дошли до палаты 518.
– Я подожду тебя здесь, – Софи отпустила мою руку и слабо улыбнулась. Непрозрачная стеклянная дверь отделяла меня от новых разгадок.
– Что я должен ей сказать? Ума не приложу… – я, действительно, абсолютно не продумал диалог с дочерью Лианы. «Привет, я Вэл. Твоя мать нашла меня в виртмире и попросила встретиться с тобой», – странное представление.