Самая желанная

Алек посмотрел на воду.
— Ей нравится учиться. Поэтому она должна иметь свободу и возможность завершить образование. Она умна, моя сестричка.
Любопытство Хестер распалилось.
— А что бы ты сделал, будь у тебя такая же свобода выбора, как у Фиореллы сейчас?
Его улыбка стала отстраненной.
— У меня никогда ее не было, Хестер.
Звякнул телефон Алека, и он прочитал сообщение.
— Прибыли дизайнеры свадебного платья.
Ох, она совершенно забыла об этом. Но тут обнаружила, что с нетерпением предвкушает предстоящее.
— Какому стилю моего платья ты бы отдал предпочтение? — кротко спросила она.
Принц несколько мгновений взирал на нее, прищурившись, и наконец ответил:
— Уверен, ты будешь выглядеть потрясающе в любом наряде. — Неожиданно на его щеках вновь появились ямочки. — Хотя мне интересно, осмелишься ли ты хотя бы раз выйти за пределы обыденного.
— Перья и кружева?
— Почему нет?
Он повел Хестер обратно в ее апартаменты, где уже ждали женщины. Хестер глубоко вздохнула и призвала себя к терпению.
 
Спустя четыре часа Алек уже чувствовал себя смертельно уставшим от свадебных приготовлений, больше напоминавших подготовку к военным действиям. Журналисты уже начали стекаться к дворцу. Новость о свадьбе принца волной прокатилась по всему миру. Самые пронырливые репортеры пытались раскопать жареные факты о прошлой жизни Хестер. Это им не удалось, потому что ее семья уже находилась в пути и не имела возможности дать какие-либо комментарии, поскольку Алек позаботился, чтобы в самолете не работал Wi-Fi.
Алек узнал информацию о невесте из коротких заметок, которые все-таки были опубликованы, а не от нее самой. Хестер явно предпочитала не говорить о своем прошлом. Теперь он знал голые факты, но как насчет настоящей правды?
Она была настолько сдержанна, что даже ему приходилось вытаскивать из нее каждое слово. Что случилось с ее родителями? Почему она так одинока? Что она хранит в сломанной коробочке, которую все время держит рядом с собой?
Он моргнул и вернулся к реальности. Он не мог терять время, гадая, чем объясняется ее поведение, — какие тайны и обиды она хранит, — ему надо управлять дворцом, отвечать на приглашения, прояснить наконец положение Трискари на новой европейской сцене и решить бесконечное количество других бытовых вопросов.
Все так, но он не мог не думать о Хестер, волноваться о том, как она справляется с дизайнерами и какие решения принимает. Ему хотелось понять ее, проникнуть глубоко в ее душу и быть уверенным, что он действительно доставил ей удовольствие.
В конце концов, Алек послал помощника, чтобы выяснить, где находится его невеста, и несколько минут спустя узнал, что все это время она провела в своей комнате. Поморщившись, Алек вернулся к бумажной работе. Перспектива брака подавляла его, замедляла обычно стремительное мышление, не давала принимать решения. Поэтому вся работа шла медленнее, чем всегда. Прошел еще час, и он уже был готов бежать в комнаты Хестер, желая убедиться, что ее не удушили под грудами шелка и парчи.
— Хватит! — воскликнул он, когда его советники подняли очередной сложный вопрос.
Он раздавал инструкции уже много часов и чертовски устал.
Будь это обычный день, он бы отправился на верховую прогулку, чтобы проветрить мозги, но сегодняшний день был далек от обычного, и он не мог покинуть пределы дворца. Уставший и раздраженный, он направился в свои покои. Ему необходимо было побыть одному — это же очевидно. И Хестер Мосс здесь совершенно ни при чем.
Он скрипнул зубами, когда приблизился к ее двери, и прошел мимо. Но, оказавшись в своей комнате, он услышал плеск воды через открытые окна. Кто-то плавал в бассейне?
Он выглянул в окно. То, что он увидел, едва не покончило с его мозгами, потому что вся кровь хлынула к паху. Практичные мешковатые брюки и футболка весьма удачно маскировали ее фигуру. Почти то же самое делали два платья, несмотря на тонкую, летящую ткань. Потому что сейчас, в простом черном практичном купальнике, Хестер Мосс оказалась даже более соблазнительной, чем можно было ожидать. Она действительно была богиней, и, возможно, этот брак — не такая уж плохая идея. Ему очень нравилось поддразнивать ее, а уж прикасаться к ней — с этим искушением мало кто мог бы справиться.
Впервые в жизни он был доволен, что отец позаботился о защите сестры. Бассейн был расположен так, что никто не мог видеть, кто там плавает — кроме обитателя этих личных апартаментов, конечно. На самом деле весь дворец был крепостью. Никто посторонний не мог туда проникнуть, а учитывая ограничения на полеты, над ним не мог пролететь ни один вертолет с камерами на борту. Алек открыл дверь на балкон и легко сбежал по ступенькам во двор.
Хестер плавала с явным удовольствием и, судя по всему, не заметила его появления. Только перевернувшись на спину, она его увидела и тут же камнем пошла ко дну. Правда, через несколько секунд она, с громким всплеском, вновь появилась на поверхности воды. Как же ему хотелось погладить ее шелковистую кожу, сексуальные округлости. Желание кружило голову, туманило разум. Но теперь она изменила стиль плавания, и над водой была видна только ее голова.
— Что ты делаешь? — Ее золотистые глаза казались огромными.
Раскованный и пребывавший в приподнятом настроении, Алек начал расстегивать пуговицы на рубашке, даже не подумав о приличиях. Теперь, взглянув на ее перепуганное лицо, он рассмеялся.
— Расслабься. Это всего лишь кожа. А это — бассейн.
— Ты не можешь плавать голым, — заявила Хестер.
— Я уже говорил тебе, что бассейн полностью изолирован от посторонних взоров. Сюда можно попасть только из наших частных апартаментов — моих, твоих, Фиореллы.
— Все равно ты не можешь плавать голым, — буркнула она.
— Расслабься, Хестер. — Алек рассмеялся, позабавленный ее возмущением.
— Ты всегда делаешь то, что хочешь?
— Не всегда. И не все.
Пока Хестер напряженно соображала, как себя вести, Алек снова почувствовал непреодолимую тягу к этой женщине. Он оставил на себе черные боксеры, но очень быстро нырнул, чтобы вода скрыла, какое влияние невеста оказывает на него.
— Как дела с платьем? — спросил он, вынырнув. Его не могла не занимать мысль об этой богине в фантазийном свадебном платье. Каким же будет платье невесты? Главное, чтобы оно его не убило.
— Все хорошо.
Разумеется, она должна была ответить именно так. Это была ее дежурная фраза для сокрытия настоящих чувств и эмоций. Но ему хотелось спровоцировать настоящую реакцию — мощную, интуитивную, неконтролируемую.
— Алек? — проговорила она.
Несмотря на неуверенность ее тона, принц почувствовал внутреннее удовлетворение, заставившее все его мышцы напрячься в предвкушении. Этот маленький успех будет первым из многих. И он понимал причину ее неуверенности. Она производила такое же впечатление на него.