Эхо шторма. Обитель отверженных магов

— Ладно. Откуда берется энергия?
Экс-лучшая ученица потерялась, ведь точно знала, что ответа на этот вопрос нет.
— Она… просто есть. Есть вокруг тебя.
— Потому что откуда-то пришла.
Рот Аи приоткрылся, а сама она замерла, ожидая, когда Левин продолжит.
— Есть источник силы. В тебе, во мне, в нем, — мужчина кивнул на мальчика. — Из источника сочится энергия, но она задерживается, как ты сказала, вокруг тебя. Почему?
Учитель этого не объяснял, и в академии никто уж точно. Растерянная девочка сказала первое, что пришло в голову:
— Ее привлекает… жизнь?
— Это и есть жизнь.
Вокруг сиял полумрак, будто он всегда был ярче безвкусных городских вывесок. В нем Ая видела зрачки мориона, спокойные, сосредоточенные. Он ждал чего-то.
Где-то в больнице послышались звуки едущей тележки, стало явственнее тихое жужжание приборов, чей-то кашель далеко за стеной.
Голос мориона вновь сконцентрировал на себе:
— Без энергии тело увянет, как и сознание.
«Как цветок», — почему-то Ае вспомнился праздник, потрепанные бутоны на площади. Так бессмысленно, зацвести, чтобы быть растерзанными и брошенными.
— Ее можно возместить? — спросила Ая, но уже знала ответ. Магия всегда возвращалась.
— Медленно. Энергия копится капля за каплей. Все равно, конечно, выбирается наружу, но и в сосуде остается достаточно.
— В сосуде?
Ая посмотрела на свои руки: все-таки Иван был прав, в этом наполненном кровью механизме что-то было?
— Не здесь. В твоем втором, незримом теле. Поэтому она задерживается. Поэтому вокруг тебя.
Втором…
Со своих тонких рук Ая перевела взгляд на больного: в отличие от нее, его бледность и худоба никак не вязались с жизнью. Можно подумать, мучился от какой-то болезни, но это было связно с магией?
— Очевидно, свойства этих тел разные, — Левин склонился набок, посмотрел в сторону. — Поэтому одни легко овладевают энергией, подчиняют, задают направление, другие же не могут снискать таких талантов. А кто-то, — он перевел взгляд на ребенка. — Имеет настолько прочную структуру….
Морион провел большим пальцем по одному из своих колец.
— Как алмаз, — выдохнула Ая.
Левин вновь утвердительно моргнул и продолжил:
— Настолько прочную, что практически все остается внутри. А если источник продолжает источать энергию…
— Ее становится очень много.
Ае стало не по себе. Если кого-то использовали для выкачки магии, должно быть, ее было в достатке. Мальчик был полным сосудом, из которого кто-то решил отхлебнуть?
Левин не дал представить жуткую картину:
— Энергия должна выходить наружу в любом случае, иначе… Как ты думаешь, что происходит, если долго не давать ей выхода?
— Она… сгущается?
— Да, постепенно становится все плотнее. Иногда ее называют темной.
В голову сразу пришел образ черного кота, частички которого развеивались в воздухе.
— Метаморфы…
— Верно. Форма, переходящая в реальный мир — крайнее проявление энергии.
— Значит, переполненный сосуд может превратиться в зверя?
— Нет, куколки и метаморфы — разные вещи. Я бы сказал, противоположные.
На некоторое время Ая зависла, путаясь в своих догадках.
— Бедная птичка, — Левин рассматривал ее, будто нечто любопытное. — Этот корм слишком велик для твоего клювика.
Ая разозлилась: он хотел ее оскорбить?
— Ты близко подобралась, давай пойдем через них. Энергия может стать существом в крайнем виде, переступить барьер. Но до этого не дойдет, раньше духовное тело просто разорвется. Уплотняясь, энергия становится нестабильной, опасной и для самой куколки, и окружающих. Для нее в первую очередь.
— Но если это «куколка», то что тогда финальная стадия?
— Смерть.
Стало очень тихо, даже шепот больницы утих. Никто не дышал, ни единая душа вокруг, будто все погрузилось вдруг в пустоту. Но Левина, казалось, это не смущало, лицо не выражало ничего. Он прорезал опустошение своим голосом:
— Духовное тело окружает жизнь куколок самой прочной оболочкой, защищает от изъянов этого мира. Боли, жестокости… — глаза мужчины заскользили вниз с лица Аи на шею, плечи. — Но полноценная жизнь взаперти невозможна. Нужно дышать. Выпускать и давать место новому. Самой своей природой куколки обречены на смерть, собственная жизнь душит их. Посмотри, это проявляется даже зримо.
Пятно на лице мальчика очерчивалось неровной каймой и красноречиво говорило о том, что он нездоров. Казалось, готово разрастись и поглотить его всего.
— Он умрет?
— Теперь нет. Энергии прорубили выход, но… это грубая работа, очень.
— Но получается, те, кто сделал это, спасли его?
Левин вздохнул и сделал невнятное движение ртом:
— Лишь невольно. Его вскрывали не для этого. Рыбу помещают в аквариум, чтобы временно дать возможность дышать — можешь ли ты назвать это спасением, если ее планируют позже выпотрошить?
Внутри у Аи все свело, она сжала свое запястье:
— И кто…
— Все. Начинка слишком привлекательна.
— Зачем?
— Энергия прилипает, — Левин вновь посмотрел на ее руку. — Ее можно использовать.
— Стать магом.
— Да, временно. Пока позаимствованное не кончится.
Ая резко поднялась. Стояла на коленях у кровати, упиралась в матрас и ошарашено таращилась на мориона:
— Те эсперы, у которых не обнаружили задатков… Но они использовали ее! Они…
— Да, вовсе не маги. Лишь были рядом в процессе и впитали немного чужой силы. Побочный эффект. Энергии слишком много, она предназначалась не для них.
— А для кого?
— Того, кто готов платить, — Голос Левина стал игривее, но глаза — жестче, — Или имеет власть.
Власть? Ая вспомнила, что тогда на стадионе они с полицией должны были искать «объект», неужели речь шла о куколке? Ая думала, что этим занимается мафия, но, получается, под «все» морион имел в виду буквально всех? И сам Левин был между ними.
— Вы тоже хотели, правда? Вскрыть куколку.
— Ты ведь не веришь словам, забыла?
Ая снова опустилась на пол. Хотела ли она знать ответ, нет, хотела ли его услышать? Что могло вырваться из уст мориона: искусно сплетенная ложь или провокация? Или правда. Могла ли Ая поверить?
Но собеседник не ждал ответа, он снова смотрел на мальчика: