Fxxxing caнсара

Меня больше беспокоила моя рутинность, я не мог справиться с ней. Может быть Джереми и Том правы, что мне нужно начать с чистого листа. Я уже перестал рисовать. Мне было откровенно похер на моё предназначение. Оно с самого начала не имело смысла, просто мне нравилось придавать большой смысл своему ремеслу. От того, что мне не удавалось себя куда- то деть, злость и раздражение накапливались, и я был готов взорваться. Но куда деть эту негативную энергию? Ведь я не мог ни спать, ни заниматься спортом, для меня не существовало теперь никакой разрядки. Я тупо лежал у себя в комнате и ничего не делал. Я слышал всё, что происходило вокруг, мысли атаковали меня, и я не мог им сопротивляться.
Я осознавал, что для большинства людей здесь начать с чистого листа означало освободиться от всех негативных эмоций, болезненных воспоминаний и ощущений. Но это также означало потерю всех приятных эмоций и чувства, которых здесь получить было практически невозможно. Теперь я понял, почему Ханна показалась мне такой неискренней в самом начале. Мне не хотелось становиться таким же, притворяться, что я живу жизнь. Я хочу жить. Я не готов сдаваться, во мне теплится надежда.
Вдруг в один из дней я услышал песню:
«Babe, baby, baby, I'm Gonnaе Leave You.

I said baby, you know I'm gonna leave you…»
Я спрыгнул с кровати и побежал в гостиную. Джереми сидел в кресле и постукивал ногой.
– Это что, Лэд Запелен? – в недоумение уставился я.
– Да, он самый. Хорошо получилось воспроизвести, – Джереми улыбался своей добродушной улыбкой. – Эх, Марк, сожаления о прошлой жизни нам не помогут! – Джереми растянул обращение, как будто был под кайфом. – Поэтому я использую храм воспоминаний только как библиотеку. Я туда прихожу музыку послушать или фильм посмотреть. Я с Эмили постоянно накуривался и залипал на всё подряд. Ох, я бы с радостью сейчас покурил бы, – он поднес воображаемый косяк ко рту и притворился что затянулся, после опрокинув голову назад. – Я за свою жизнь многое посмотрел, Марк.
– Отведешь меня туда? – спросил я у Джереми.
– Да, чувак.
*
Внешне храм не отличался от других сооружений, но внутренне был совсем другим. В центре помещения была длинная лестница, ведущая вниз. Вначале иллюминаторы были проводниками света, но потом стало абсолютно темно, и мы спускались наощупь. Ближе к земле я увидел маленькие фонарики.
– У нас есть наш оазис, здесь на поверхность выходят грунтовые воды, отсюда мы берем воду для наших комнатных растений, – прокомментировал Джереми. – Дотронься до стены, сосредоточься и представь себе ситуацию, которую ты хочешь вспомнить.
Я вспомнил, как в 5 классе колотил грушу от злости, потому что умерла моя кошка. Каждая частичка меня поместилась в тот момент, и на время воспоминания я действительно переживал это. Я закрыл глаза и представил, как меня обнимают мама с папой и желают мне сладких снов. О, это душевное тепло, мне так вас не хватает. Джереми ушёл, и я остался там совсем один. Мне хотелось этого. Это было невыносимо, я чувствовал безысходность. Я знал, что воспоминания затягивают меня и решил не вспоминать больше, но и возвращаться к себе в комнату совсем не хотелось. Я начал думать, как я могу отсюда сбежать. Единственное решение, которое я нашёл, это спрыгнуть с крыши здания и идти вперед. От столкновения я не умру и от жажды тоже. Это лучше, чем сидеть здесь. Но мне нужно было это сделать незаметно, чтобы никто не услышал о моих планах. Как же мне начать контролировать свои мысли? Ну же, Марк, соображай! Я начал пролистывать в своей голове фильмы, которые когда-то смотрел. В одном из них говорилось про медитацию, как про способ останавливать мыслительный поток. Да, это было как раз то, что мне нужно. Удалось вспомнить дословно:
«Медитация – твой инструмент, твоё спасение.
1. Садись в удобную позу с прямой спиной.
2. Закрой глаза и сделай пару глубоких вдохов и выдохов.
3. Следи за вдохом и выдохом в течение нескольких минут.
4. Если мысли постоянно тебя отвлекают, то начни произносить про себя или вслух мантру, произнося «ОМ».
Я начал следовать инструкции. Вначале было сложно удерживать внимание, мне постоянно хотелось отвлечься, но так как идти было некуда, я продолжал медитировать. Не знаю, сколько это длилось.
Сначала я почувствовал легкое покалывание в ногах, на кончиках пальцев. Затем, интуитивно направив внутренний взгляд на зону между бровей, я увидел сияние, почувствовав благостное состояние. Я понял, что поймал волну наслаждения в независимости от происходящего.
Меня резко прервал Том:
– Марк, я к тебе с новостями, сегодня будут выступать музыканты.
– Круто, Том, но я не пойду.
– Почему? Может, я не совсем тот, кого можно назвать другом, но …ты самый близкий мне здесь человек. Расскажи, что с тобой.
– Всё в порядке.
– Но я не слышу твоих мыслей. Пойми, Марк, лучше забыть прошлую жизнь, – Том подсел ко мне, – и начать жить по-новому.
– Но я не хочу забывать свой старый мир. Я хочу помнить свою семью и всё, что со мной было.
– Даже то, что причиняло тебе боль? Как Роуз тебя бросила?
Это было ужасно, на весь храм началось моё персональное кино: Роуз с короткой стрижкой и в кожанке подъезжает ко мне на машине. В этот день у меня был день рождения, мне исполнилось 24 года. Тогда я не предполагал, что это был мой последний праздник. Я безумно веселым сажусь к ней в машину, в предвкушении вечера.
– Марк…Мне кажется, что я попусту трачу свою жизнь. Мне так многого хочется. Я …, – её голос слегка дрожал, но тон, с каким она говорила, был решительным. Уже с первых слов я понял, о чём она говорит. Любой наш диалог заканчивался этой темой.
– Подожди, может быть, обсудим это в другой день? У меня для тебя сюрприз, – я замер с улыбкой на лице, в надежде что она сменит разговор.
– Я больше не могу ждать… тебя… ждать, когда ты решишься… У нас разные характеры, понимаешь?
Я отрицательно покачал головой.
– Марк, мы вместе со старших классов, я ни минуты в этой жизни не была одна. Я хочу пожить для себя, не хочу постоянно толкать тебя вперед. Я устала.
Я онемел. Её слова как будто оглушили меня.
– А как же… как же наши планы? Я делал всё, что ты говорила и теперь ты этим не довольна? – это было единственным, что я мог из себя выдавить.
Роуз взбесилась.
– Единственное, что я хотела, – она говорила сдержанно, сквозь зубы, но чуть ли не рыча, – чтобы ты перестал зависеть от меня. А сейчас я просто поняла, что ты никогда не изменишься!
– Хорошо, давай возьмем паузу, – ко мне вернулось мужество. – Ты можешь пожить одна какое-то время, понять, что тебе нужно?
– Нет, Марк. Я всё решила, – Роуз вынесла приговор нашим отношениям.