Магическая Академия, мой бывший ректор-дракон и я
— Нет, — отрицательно качаю головой.
— Аристократки негласно ввели этот термин, чтобы оправдать свое нежелание заниматься детьми. Минимум, которые они готовы тратить на собственное потомство, к примеру, драконов воспитывают до первого оборота, — хмыкает, — Селина и с этим не справилась. Артефакты важнее сына. Сын не будет восхвалять и превозносить, в отличие от публики, — дядя Ангарет кивает на толпу, что рассаживается по местам внизу, — толпа любила и восхваляла Селину.
Не такой матерью я себе представляла бабушку, она всегда казалась умудренной и серьезной.
— Вечер безбожно испорчен, и возможно, мои слова тебе покажутся жестокими, милая племянница, но не строй иллюзий начнёт Селины, она никогда не придет тебе на помощь, в отличие от нас, — дядя Ангарет показывается на себя и на Северина.
Никогда не вспоминала о том, что пока был жив отец, наша семья редко общалась с бабушкой. Я знала, как она выглядит, я принимала подарки, которые она дарила на праздники, но делала она это без заинтересованности и без улыбки.
В мой четвертый день рождения, бабушка подарила мне плюшевого медведя, он был огромным, больше меня ростом, только сделала она это не глядя на меня, словно… я пустое место, впихнула его в руки и пошла к столу за бокалом вина.
В голове всплывает воспоминание, почему мама злилась в зоопарке, у нас не хватало денег, бабушка была богатой, жила в огромной роскошной квартире, а мы еле сводили концы с концами. Отец отказывался просить у матери денег, сказал, что лучше найдет с десяток подработок, чем обратится к ней.
Поджимаю губы. Воспоминание за воспоминанием заполняют мой разум, словно слетел магический блок.
— Я уже была в этом мире в детстве, — приходит осознание, — бабушка привела меня к огромному особняку, говорила, что у нее нет желания со мной возиться, но обо мне позаботятся. Мы сделали несколько шагов, но словно увязли в болоте, не могли сделать и шага, стало резко холодно, повалил пар изо рта, от земли стал подниматься туман. Не знаю сколько прошло времени, может минута, может весь день, невозможно было осознать происходящее, затем вокруг все завертелось, и вместо особняка снова предстала бабушкина квартира. Бабушка злилась, кричала, разбила вазу, один осколок попал в меня. Я стояла и ревела, по ноге текла кровь, а бабушка только сильнее злилась, кричала, что это моя вина, мир отказался меня принять и выкинул. Но, — закусываю губу, чтобы не заплакать от открывшейся правды, — почему я этого не помнила?
— Артефакт, — отвечает Северин, — Селина жила и дышала своим увлечением. Среди созданных ею артефактов, были и ментальные. За манипуляции с чужими воспоминаниями ее преследовала Инквизиция, но доказать причастность не оказалось возможным, — и добавляет уже тише, — но пост в Инквизиции я потерял.
— Селина вечно все портит, — цедит сквозь зубы дядя Ангарет, — мне пришлось доказывать лояльность, чтобы не потерять звание, а она даже не извинилась.
На сцене зажглись магические огни и голоса резко смолкли. Представление начинается. Молодую девушку выводят под руки на сцену, где уже приготовлен стул с высокой спинкой и крепким подлокотниками, приковывают ее и зачитывают обвинения в колдовстве. Одеяние обвинителя отдалено напоминает одеяния католических священников, а само действо…
— Суд над ведьмой? — спрашивает Эрик шепотом.
— В очень вольной интерпретации, — пожимаю плечами.
Девушку закрывают в клетке, где к ней является Дьявол и соблазняет на сделку. Обещает свободу, богатство, влиятельность в обмен на сущий пустяк…душу. Девушка же сопротивляется и молится, стоя на коленях. Три дня пыток и три ночи соблазна. На четвертый день девушка признается в связи с Дьяволом и ее сжигают на костре.
— Миленько, словно дома побывала, — допиваю вино из бокала и отставляю в сторону. — Вы не подумайте, ведьм давно не сжигают.
— И Дьявол выглядит очень натурально, — кивает Эрик.
— Почему демон предлагает блага за душу? — недоуменно спрашивает дядя Ангарет.
Как объяснить драконам Дьявола, если демоны для них обыденность?
— Это очень сложно, — отмахиваюсь, — просите у постановщика. — Показываю на кланяющегося на сцене демона.
Но шутку оценила, демоническое королевство поставило пьесу о суде над ведьмой и сделке с Дьяволом. Значит, земной мир не такой уж и неизвестный.
Глава 26. «Как умирают миры»Мы в моей спальне, здесь нам не помешают. И любопытные слуги не подслушают разговор. В стене спрятан специальный артефакт, когда его активируешь, то исчезаешь для окружающего мира.
— О чем говорил лорд Северин? Чьими воспоминаниями манипулировала бабушка? — поворачиваюсь к Дамиану.
— Один из советников моего брата, — он сидит на диване, закинул ногу на ногу. — Леди Селина создавала мощный артефакт по заказу императора, подробности держались в строжайшем секрете, когда же за ним отправили советника Лассена, то он пропал. Его нашли спустя неделю на краю империи в какой-то мелкой деревушке, по рассказам очевидцев, советник выпал из портала. Артефакта при нем не оказалось, как и воспоминаний. На допросе леди Селина клялась, что советник до поместья Дарргар добрался благополучно, забрал артефакт и отбыл во дворец, а что приключилось с ним по дороге, она не знает. Любопытно, что слуг она уволила. И угадай, что случилось с их воспоминаниями?
— Они оказались стерты?
— Они оказались стерты, а дворецкий был найден мертвым в собственном доме, как и все его домочадцы.
— И куда на самом деле делся артефакт?
— Никто не знает, Инквизиция перерыла весь Дарргар, но не нашли и следа артефакта, словно леди Селина его никогда и не создавала, но Северин и Ангарет на допросах клялись, что лично видели, как она над ним трудится.
— Она его кому-то передала?
— Но кому, знает лишь леди Селина.
— Или не знает, — сжимаю переносицу, — она могла оказаться такой же жертвой. В немагический мир просто так не сбегают, ты так не думаешь?
— Я не знаю, что и думать, Кати, но нам нужен этот артефакт, — голос Дамиана уставший и какой-то обреченный.