Безнадежно влип (СИ)

– Не смей со мной разговаривать, как с умалишенной и давить своим авторитетом. Ясно?
– Вау, я почти впечатлен. Но это ты вообще к чему?
– К тому, что не надо здесь командовать. Я могу завтра прийти к папе и рассказать, что ты водил его за нос столько времени. Как думаешь, он скажет тебе спасибо?
– Ясно. Прежде чем угрожать своей невыросшей угрожалкой, надо сначала все обдумать, Мария. Ну скажешь ты ему, что я предпочел свои интересы и желания и что? Он запишет меня в предатели? Возможно, так и есть. И начнется между нами, вместо многолетней дружбы, конфликт. Что из этого вынесешь лично ты? – молчу, не зная, что ответить. – А я тебе скажу: ничего. Более того, ты только проиграешь. Сразу станет ясно, где ты жила все это время. И кого ты подставишь при этом? Правильно, Медведева. Знаешь, что было в прошлую встречу между Гришей и пока еще твоим Мишей?
– Нехороший разговор?
– Почти. Его немножко побили. А знаешь почему немножко? Потому что Гриша был уверен, что между вами ничего не было на тот момент. И то, благодаря тому что у твоего бородача была постоянная девка. Но твой Медведев немножко выдал себя, когда начал тебя искать. А это уже попахивало чем-то. Так попахивало, что вызывало сомнения. Не доводи до греха, его же могут и отметелить. У твоего отца есть одно жуткое качество. Он упрямый, как баран. И если что-то втемяшил в свою голову, то все, пиши пропало. Твой образ жизни – тому яркий пример. Когда-то он решил растить тебя как оранжерейный цветок, так и по сей день эта херня не выходит из его головы. Но по секрету всему свету скажу, что, возможно, в скором времени кое-что изменится.
– Ты уговоришь его?
– Я общаюсь с ним пятнадцать лет и мне никогда не удавалось поменять его мнение о чем-либо. Хотя, признаться, в отношении тебя я особо и не старался, потому что мне это было до определенного момента не особо интересно.
– Тогда почему что-то может измениться?
– Он встретил женщину. А они, как известно, приносят не только проблемы в жизнь мужчины. Вдруг подобреет мужик, а может, и поглупеет. Так вот, со мной, Мария, надо дружить, а не воевать. Союзник в моем лице в доме твоего отца, куда лучше, чем его отсутствие. На этом давай закончим наш разговор.
– Стой. Миша говорил, что ему сказали, что у нас была якобы свадьба. Это подтвердил не только его знакомый, но и сам папа. Нас что расписали без моего согласия? Мы женаты?
– Эту фикцию было решено сделать, когда твой отец еще не нашел того, кто так яростно пытался истребить вашу уже немногочисленную семью. Разуверять в этом других после того, как ты снова сбежала, тем более твоего Медведева, уже не было никакого смысла, учитывая, что он догадывался о ваших странных отношениях. Все, Мария, иди, а то бородатый и без того бесится.
***
Если у папы появилась женщина, которая ему дорога, он тоже может изменить свое отношение к происходящему. Проблема в том, что я совсем его не знаю. Раз он с легкостью мог избить Мишу, то, что мешает ему сделать куда более гадкие вещи?
Выискав взглядом знакомую машину, подбегаю к ней и сажусь на переднее сиденье.
– Это что сейчас было? – все так же грубо произнес Миша, нахмурив брови по самое не могу.
– Что?
– С кем ты вышла из подъезда под руку?
– Да парень какой-то. Я всегда так делаю, где есть камеры. Меня же одну ищут, а не девушку с другими волосами и каким-то мужчиной. Привычка с тех пор, как сбежала от тебя. Но уже, наверное, не стоит так делать.
– Ясно. Поговорила с женихом?
– Поговорила. Органами не дружила, слюной не обменивалась, как ты со своими девушками. Ну, чего стоим? Поехали, – радостно снимаю парик. – Я кушать хочу, ты же даже суши не дал нормально поесть.
– Дома поешь. Нормальной еды, а не сырую рыбу, слепленную с рисом, не пойми чьими грязными руками.
– Ну, Миша! Вот зачем ты это сказал?
– Что думал, то и сказал, – как ни в чем не бывало бросил Медведев, трогаясь с места.
– Лучше расскажи, о чем ты говорил со своим будущим зятем.
– Чего? – метнул на меня такой взгляд, от которого моментально по коже прошла волна мурашек.
 
– Того. Муж сестры, если я не ошибаюсь – это зять.
– Если кто-то с кем-то трахается и этот кто-то задаривает цветами с вонючей рыбой – это не значит, что впереди маячит свадьба. Ты когда вообще повзрослеешь и перестанешь быть такой наивной?
– Когда стану женой и матерью.
– Только комбо? А если матерью стать не суждено?
– Значит навсегда останусь такой. Ты ж в меня в такую влюбился, как и я в тебя такого. И очень даже суждено, я же сказала, что у на… меня были дочка с кошкой во сне. Так что когда-нибудь перестану наивничать. Ну так что, о чем говорили?
– Ни о чем, – буркнул себе под нос и перевел взгляд на дорогу.
Попытки разговорить Медведева успехом не увенчались. Немногочисленные фразы, вытянутые из него со скрипом, разговором назвать сложно. Однако обижаться из-за этого на него не хочу. Особенно, осознавая, что из-за меня его избили.
Желание сделать что-то такое, несвойственное мне, к середине пути настолько прочно поселилось в моей голове, что я, не раздумывая, стала воплощать это в реальность.
– Сверни, пожалуйста, куда-нибудь в лес.
– Зачем?
– Я хочу в туалет. Очень хочу.
Поворот, к счастью, долго ждать не пришлось. Как только Миша остановился, я не мешка стала снимать куртку.
– Что ты делаешь?
– Хочу поэкспериментировать.
А вот с дальнейшим воплощением эксперимента вышло трудно. Залезть на Мишу оказалось почти непосильной задачей. Господи, кто вообще придумал заниматься сексом вот так? Почему в кино это показывается так легко? Я же худая!
– Маш, на меня опорожняться не надо. Я против экспериментов.
– Какой же ты зануда. Как еще с девственностью расстался при таком характере непонятно. Молчи, иначе буду сейчас тебя насиловать.
На удивление, Медведев подобрел, о чем свидетельствует его едва заметная улыбка. Расстегиваю ремень безопасности и начинаю стягивать с него куртку. И, как ни странно, у меня это получается. Избавившись от верхней одежды, изрядно вспотев, я наконец перевела дыхание. Ужас. И что дальше. Места для маневров нет!
– Не хотелось бы показаться занудой, но это не лучшая идея. Это, как минимум, неудобно. Да и, Маш, у меня нет с собой резинок, – грустно подытожил Миша, сжав через джинсы мою попу.
– А смотри, что есть у меня, – тянусь за сумкой, открываю молнию и достаю оттуда упаковку.
– Ммм… сало. Так мы сейчас жрать, что ли, будем? Я люблю с чесноком и хлебом.
– Ой, нет, не то, это для синичек. Будем их кормить, они оказывается сало любят. Вот, я купила в аптеке, – достаю
– Ты и купила резинки? Две упаковки. Ты точно Маша?
– Ну да, я покупала не их. На самом деле, я шла за таблетками. На форуме прочитала, что девочки пишут. Начну принимать их как можно раньше, с ними будет удобнее, да и это… приятнее, говорят. А презервативы на кассе увидела, там было написано один плюс один и коробочка красивая, я не удержалась.
– Ох, уж эти акции, – тихо произнес Миша, не сдерживая смеха.
Боже, его улыбка – это что-то сродни мощной дозы эндорфина. Обхватываю ладонями его лицо и тянусь к его губам. Проникаю языком в его рот и понимаю, что Медведев снова курил. Плевать. Потом отучу. Хотя, этот запах меня даже чуточку возбуждает. Ненормальная. Отрываюсь от его губ, когда ладони Миши цепляют края моей кофты.
Стянув ее с меня, Медведев уставился на мою грудь в черном кружевном бюстгальтере. Да, да, ну красивый же. Скажи это. По глазам вижу, не скажет. Ну и ладно. То, как он смотрит, гораздо красноречивее слов. Закрываю глаза, как только чувствую его ладонь на своей груди. Не сдерживаю стона, когда Миша прикусывает сосок сквозь ткань кружева. Сумасшествие какое-то. Ну почему мне это так нравится?
Я не сразу уловила момент, когда Медведев начал смеяться. Тихо, но вполне себе слышно. Открыла глаза, поймав взглядом его улыбку. Одной рукой он пытается расстегнуть мои джинсы, второй откатить сиденье назад.