Мамба в СССР. Черный курсант (СИ)
— Да, папа.
* * *Утро вечера мудренее и, проснувшись, я уже располагал планом действий на сегодняшний день. Фарах поделился со мной всей имеющейся у него информацией, отдал деньги и показал, куда мне идти. Ну, не туда, куда вы сразу подумали, а в нужную сторону. Недолго думая, я направил свои стопы в сторону министерства здравоохранения.
В трёхэтажном здании колониального стиля мне предстояло найти мужчину, которого спасло одно из моих зелий. О нём мне рассказал Фарах. Звали спасённого Мара Тан, и встретил он меня очень доброжелательно. Этот высокий и очень худой человек занимал в министерстве небольшую должность.
— Так это вы делаете эти чудодейственные зелья?
— Да, именно я.
— Я и моя семья благодарим вас от всего сердца, — мужчина приложил к сердцу правую руку и даже поклонился. — Моё чудесное исцеление поставило в тупик всех докторов, лечивших меня прежде.
— Мой долг помочь каждому страждущему, — смиренно произнёс я. — Однако теперь и мне понадобилась помощь. Редкие лекарства требуют редких трав и частей животных. Я много путешествую, но одному тяжело и собирать нужные ингредиенты, и готовить из них снадобья. Учитывая это, в настоящее время мои средства очень дорогие. И продать их в Эфиопии я могу лишь единицам, способным потратить огромные деньги на своё лечение.
Мара Тан покивал головой: уж кому-кому, а ему об этом хорошо известно. Прикрываясь благой целью (ну, и чтобы не рассказывать мелкому клерку всю подноготную), я вещал:
— Я мог бы помочь огромному числу больных, но понадобится много сырья и целая команда помощников, которая освободит меня от траты времени на поиск трав. Ведь чем больше я буду делать лекарств, тем более дешёвыми они станут. Для оплаты помощников мне необходимо финансирование, и только министр сможет мне помочь.
— Я помогу вам, но на самого министра очень трудно выйти, а вот на его заместителей можно. Мой родственник работает одним из его помощников, и я сведу вас с ним. Надеюсь на вашу благодарность лекарствами.
— Конечно! Вы получите её, как только у меня всё сложится, как надо. Мамба всегда помнит добро и никогда не забывает зла.
Мара Тан кивнул, не акцентируя внимание на пафосе фразы, и повёл меня за собой. Пройдя по коридору, мы зашли в одну из дверей. За дверью оказалась большая комната, в которой сидели трое мужчин и пожилая мадам, укутанная в цветастую одежду вольного покроя без традиционного платка на голове. Видимо она исповедовала коптское православие.
В другом конце помещения виднелась ещё одна дверь. Туда мы и направились, поздоровавшись со всеми. На этот раз мой проводник постучался и, получив разрешение войти, мы вошли.
Комната оказалась совсем небольшой, в ней располагался один крепкий стол посередине и большой шкаф позади него. За столом сидел коренастый эфиоп, кожа которого казалась даже светлее, чем у меня. Он что-то сосредоточенно писал в большую тетрадь амбарного вида. Едва мы вошли, мужчина поднял на нас глаза.
— Господин Кофи Негаш, я привёл человека, о котором вам рассказывал.
— Да? Спасибо. Мы с ним поговорим, можешь идти, Мара. Спасибо.
Мара Тан поклонился и тут же вышел, аккуратно прикрыв за собою дверь.
— Мне родственник рассказывал о вашей аптеке. Но он говорил, она принадлежит некоему Фараху Рабле.
— Официально — да, но фактически аптека принадлежит мне. Кроме того, я автор всех производимых ею эликсиров, снадобий и микстур. Рецепты этих лекарств я храню у себя в голове и постоянно придумываю новые. У меня к вам предложение, подкупающее своей новизной.
Кофи Негаш заинтересованно посмотрел на меня, удивившись такой витиеватой фразе, а я продолжил:
— Я хотел бы расширить производство, но для этого необходимо финансирование. И его можно получить совсем не от правительства или министерства, а если продавать мои лекарства среди местной элиты или за рубеж. Однако у меня вряд ли получится самому, без помощи министра выйти на мировой фармацевтический рынок. А к министру я не попаду без вашей помощи. Однако я готов прилично заплатить, причём за ваше посредничество — сразу, — и в доказательство своих слов я вынул и положил на стол хрусткую пачку новеньких быров, которая сразу же приковала к себе взгляд моего собеседника. — Разумеется, вам будет выплачиваться некий процент с будущей прибыли, если всё пройдёт гладко. Вам остаётся только прорекламировать мои снадобья заместителю министра или даже самому министру. Уверяю вас, вы не пожалеете и будете не только здоровым, но и богатым.
Слова всегда надо подтверждать делами, а намеренья — действиями. Свой шаг я сделал, теперь посмотрим, какой шаг сделает данный товарищ. Живописно разбросанные по большому столу банкноты словно гипнотизировали помощника заместителя министра. Чиновник с трудом оторвал от них взгляд, посмотрел на меня и спросил, одновременно протягивая руку и сгребая деньги в ящик стола.
— Откуда у вас ранение на лице?
— У меня не одно ранение. Откуда? Я воевал с сомалийцами в повстанческих отрядах. Там и получил очередь из автомата. Выжил, вылечился и вот сижу теперь перед вами. А вылечился я при помощи своих лекарств.
— Да, я наслышан об аптеке Фараха. Не думал, что не он является её хозяином, но, поговорив с вами, я понял, это действительно так. То есть, вы предлагаете мне взятку за сотрудничество?
— Нет, я не предлагаю взятку. Я предлагаю вам стать посредником. И если вы сможете добиться большего, то я могу помочь вам стать одним из самых богатых людей Эфиопии, а впоследствии, возможно, и министром здравоохранения. С помощью заработанных в сотрудничестве с вами денег, разумеется…
— Да? Интересно. Я принимаю ваше предложение, но мне нужны большие деньги. Мне предстоит разговор с заместителем министра, и его нужно кровно заинтересовать в этом. Кстати, с кем мне поддерживать связь на этот случай?
— Связь будете поддерживать сначала со мной, а потом с Фарахом. Деньги замминистру вот, — и я выложил ещё бо́льшую пачку купюр из бумажного пакета, с которым пришёл сюда.
— А с вами приятно сотрудничать, — едва ли не замурлыкал чиновник.
— Да, я всегда отвечаю за свои дела и поступки, но и вы должны приложить все усилия, чтобы мы смогли выйти на зарубежный рынок.
— Можете не сомневаться, — сгребая и эту пачку в стол, заверил меня Кофи Негаш, — это теперь в наших общих интересах.
Глава 17 Младший лейтенант
Прошла неделя, в ходе которой я активно налаживал связи и увеличивал товарооборот аптеки. Отправил чиновникам пару пробников мужской и женской силы (как наиболее востребованных), а также пробники тонизирующих лекарств и средств, поддерживающих сердечную деятельность. В общем, суетился, вспоминая свой прошлый опыт.
И вот, наконец, ржавые шестерёнки аппарата местного минздрава, скрипя и кряхтя, сдвинулись с места. Денежное масло прекрасно смазало все детали капризного механизма. Ну, а людская молва довершила начатое, сработав по принципу сарафанного радио! И чёрный поезд выгоды и дармовщины, дав первый гудок, пока медленно, но зато верно устремился в нужном мне направлении.
Ещё неделя ушла на раздачу взяток разным полезным людям, оплату курьеров и походы по посольствам с предложениями халявных пробников, аналогичных тем, которые я раздавал в Джибути и чиновникам. И уже через неделю после начала активных продаж все потраченные на взятки средства окупились. Локомотив наживы быстро набирал ход! Начали поступать первые серьёзные заказы. Пришлось даже нанять несколько работников в помощь к Фараху: как в лабораторию, так и в аптеку. Теперь я мог переложить всё на него и заняться своими делами.
Однако мою душу грызли сомнения: я слишком много знал, но чувствовал себя так, словно не знал ничего. Этот мир оказался для меня чужим, я только слышал о нём в общих чертах, но не понимал. Прошлый мир был моим миром, а это прошлое моего первого времени. В общем, прошлое, но другое. Поэтому стоило всё детально обмозговать и уже после этого решить, как быть дальше.