Планета миражей
В пункт назначения конвой прибыл по расписанию. Суматоха по прибытии Рэда не коснулась – экипажи кораблей не участвовали в двухдневной программе пребывания. Им было приказано не покидать причальную галерею космопорта, чтобы избежать ненужных контактов. Дождавшись конца высадки пассажиров, Рэд вышел из ходовой рубки и с верхней платформы трапа безразлично взирал на роботизированную суету внизу и дирижировавших ею представителей служб обеспечения.
– Так что не понравилось вам в системе резервного запуска подпространственных ускорителей, капитан? – присоединился к нему начальник внутренней охраны Юджин Фэйвер.
– Разбираетесь в устройстве звездолетов, господин майор? – обернулся Рэд.
– Не настолько, чтобы предложить вам свою помощь. Говорят, вы обладаете чуть ли не даром предвидения, Рэджинальд, – доверительно улыбнулся Юджин.
– Если ваше ведомство уменьшит количество микрофонов в барах, всем станет легче жить, – усмехнулся Рэд.
– Но что-то заставило вас рискнуть и залезть в техблок двигательного отсека на маршевом участке?
– Риск невелик, – ответил Рэд, подивившись терпению собеседника. Времени на такие дружелюбные разговоры у него должно было быть в обрез. Конечно, Рэд не мог сказать, что его бывший звездолет, названный именем погибшей подруги, пытается предупредить его об опасности, будучи мертвым дважды. Он самому себе боялся в этом признаться, после того, как тесно пообщался с Мартином Клайном. Но перестать отмахиваться от настойчивости человека, кровно заинтересованного в безопасности рейда, было в его силах.
– Со звездолетом все в порядке, Юджин. Мои опасения не подтвердились. Повторная предстартовая проверка за четыре часа до старта. Больше мне, в самом деле, нечего сказать.
Майор кивнул и ушел. И как раз за четыре часа до старта с Рэдом связался Малич.
– Ты уже слышал, капитан? СБ перестраховывается.
– В смысле?
– Нам меняют номера и пассажиров. Я иду первым, ты ведомым. Везешь обслуживающий персонал и журналистскую братию. Шумная компания, должен признаться.
– А причина? – поинтересовался Рэд.
– Без объяснений, – сказал Малич.
– На них похоже, – пробормотал Рэд.
Он прослушал сообщение от Службы безопасности и включил внешний обзор.
От зоны паркинга к его звездолету пестрой волной подкатилась взбудораженная толпа. Рэд увеличил масштаб. В центре одного из островков стояла Клэр Адамс. На полупрозрачных шпильках, в узкой юбке чуть ниже колен и приталенном жакетике она казалась больше моделью, чем сотрудницей отдела информации. Она укоротила волосы и изменила прическу: темно-каштановые пряди перемежались со светло-желтыми и полукольцами ложились на плечи. Слегка отстав от остальной группы, Клэр что-то говорила на камеру, на фоне причальной галерии.
– Вот черт… А я так надеялся не сойти с ума в этот раз, – сказал Рэд.
Повинуясь команде, «Гранит» переключился и показал космос на всех обзорных экранах.
– Не сойдешь, капитан, – заверил Малич, остававшийся на связи. – Хорошие ребята, веселые. Только в кабину все время ломились, то снять нас пытались, то напоить. С ними еще организаторы шоу, которые великосветский банкет развлекали, так что с музыкой поедете.
Малич отключился. Экипаж занял свои места.
– Я Лидер, – раздался голос генерала Литтона. – Старт авангарду группы сопровождения. Отсчет первому с десяти минут. Отсчет второму с пятнадцати минут. Пилотам звездолетов-спутников интервал три минуты. Диспетчеру орбитального космопорта обеспечить проход правительственного кортежа.
Рэд не успел закончить подтверждение, как включилась внутренняя связь с помещением для стюартов.
– Джентльмены, представьтесь, пожалуйста. Я Блейз, «Центральный канал», вы разрешите нам снять старт из кабины?
– Началось! – рассмеялся Нико Дэвис. – Отвечай, командир. Сочувствую.
Рэд в полголоса выругался, назвался, перечислил регалии своих подчиненных и напомнил, что доступ в кабину пилотов посторонним запрещен.
– Можно задать вам несколько вопросов, господин капитан?
– Нет.
– А членам вашего экипажа?
– Нет.
– Появление четвертого полноценного Аналога – важный этап в развитии человечества. Вы согласны?
– Без комментариев.
– Не приведет ли это к новому витку политической напряженности и конфликтам в космосе? Вы, как простой пилот…
– Я не простой пилот. Освободите служебный уровень моего звездолета!
– Я рассчитывал на более дружеские отношения между людьми, оказавшимися на одном корабле, – капризно сказал Блейз.
– Вы просчитались, – злорадно заявил Рэд, – до старта четыре минуты. Хотите домой – убирайтесь в каюту.
– Мальчики, какого черта вы пустили господина Блейза «на кухню»? – как можно строже спросил штурман Тим Гилберт у двух стюартов, занявших место журналиста у терминала связи, и хором залепетавших оправдания. Ничего стоящего они, конечно, не сообщили.
– Где Служба собственной безопасности, когда она нужна! – посетовал Гилберт.
– СБ слишком часто от них достается, – сказал Нико. – Стоит оттащить их от нашей двери начнется истерика на тему свободы слова, милитаризации Вселенной и попрания прав человека. Они не станут связываться с Блейзом. Забаррикадируемся, господин капитан?
– Хорошая мысль, – подтвердил Рэд. – Все готовы?
– Да, сэр.
– Нико, на старте спарринг, виртуальный контроль, я – первым. Дальше двенадцать часов мои, потом меняемся.
Убедившись в бесплодности попыток разговорить командира экипажа, журналисты прекратили осаду кабины пилотов. Но около полуночи по корабельному стандарту вызов включился с монитора у самого входа в рубку.
– Можно мне войти, господин капитан? – спросила Клэр. – Это частный визит.
Сказать ей «нет» Рэд не смог. Он открыл дверь и развернул кресло.
– Здравствуйте, мисс Адамс. Здесь запрещена видеосъемка.
– Доброй ночи, господин капитан.
Клэр инстинктивно пригнулась, шагнув под ушедший вверх люк. За ней закрывалась диафрагма, отделявшая служебный отсек. Журналист отдела новостей космоплавания уже успела переодеться в брюки и свободную блузу. Волосы были забраны в массивную заколку. Она выглядела уставшей и какой-то беззащитной, в нерешительности остановившись посреди пилотажной рубки.
– Ну вот, – она огляделась, – ты был у меня на работе, а я у тебя еще нет…
– Как ты сюда проникла?
– Ты открыл мне дверь.
– Я имею в виду как ты попала в служебный отсек?
Клэр загадочно улыбнулась, всем своим видом показывая, что благодетеля она не сдаст даже под пытками и страхом смерти. Кто-то из стюардов ее пустил или из безопасников, которых на обратном пути на борту было не в пример меньше, оставалось только гадать.