Фрекен Мод просила ее не беспокоить

– Ну надо же! Ведь это я! А на другой картинке – бедняжка Питер! – воскликнула Мод, держа обе фотографии в руках перед собой.
Она поспешно просканировала изображения. Питер шел широкими шагами, и камера поймала его уже на границе области обзора. Еще пара секунд – и на этом фото его уже не было бы.
Ее собственное изображение было достаточно четким, и смысла отрицать очевидное не было. Однако камера сфотографировала ее с левой стороны, а трость Мод держала в правой руке. На фото тросточки вообще не было видно. Из чего можно сделать вывод, что полиции неизвестно о наличии трости. Этот факт немного успокаивал.
Комиссар заговорил любезным тоном:
– Да, на одной из фотографий запечатлен Питер Бут. А на другой, через двадцать секунд, появляетесь вы. Вы следили за Питером?
– Следила? С чего бы мне за ним следить? Он водил группу в музей бриллиантов… или они собирались пообедать? Я уже точно не помню…
– Почему же вы не пошли вместе с остальными? – оборвал ее комиссар.
Мод ожидала этого вопроса. Она уже поняла, что лучшая стратегия сейчас – говорить правду.
– Я навещала подругу, Сизи Мотланте. Несколько месяцев назад она потеряла мужа, и теперь ей приходится выставить на продажу их с Джоном чудесный маленький отель. Хотя теперь это не отель, а студенческое общежитие… но только для девушек… Когда я сама сдавала комнаты, у меня проживали одни студенты – семинаристы…
– Как вы познакомились с госпожой Мотланте?
– Когда я в последний раз прилетала сюда, то жила у них в отеле. Очень уютно. Вкусные завтраки. Мы с Сизи подружились. С Джоном, конечно, тоже, только он, как я уже сказала…
– Когда вы посещали Кейптаун в прошлый раз и жили в этом отеле?
Чтобы выиграть немного времени, Мод притворилась, что вспоминает, и чуть погодя ответила:
– Пять лет назад. В две тысячи восьмом. Ровно пять, кстати говоря. Тогда я тоже прилетала в январе, только в конце месяца. Все время стояла прекрасная погода…
– Где находится этот отель?
Вместо ответа Мод снова принялась рыться в сумочке. Это отняло у нее много времени, и Мод успела продумать дальнейшую стратегию. Наконец, Мод извлекла на свет Божий карточку, полученную вчера от Сизи. Слегка дрожащей рукой она протянула карточку комиссару со словами:
– Только попрошу вас мне ее вернуть. Мы договорились встретиться завтра. Сегодня она угостила меня прекрасным обедом. Цыпленок-гриль с овощами. Даже успели выпить по чашечке кофе, но потом у Сизи была запись к парикмахеру, так что мы не успели поболтать обо всем. У Сизи изменился номер телефона, поэтому мне и понадобилась карточка, и…
Комиссар отдал карточку инспектору Дламини. Тот выудил из кармана брюк свой мобильник и просто сфотографировал ее, а потом протянул карточку обратно Мод. В ответ она выдавила из себя слабую улыбку, но инспектор начисто это проигнорировал.
– Все ясно. Обедали с подругой, Сизи. Но как вы очутились возле торгового ряда?
– Заблудилась, – коротко ответила Мод.
– Заблудились? – переспросил комиссар.
– Да, так глупо получилось… Я собиралась купить укрепляющий эликсир для Мортена Йенсена и для себя. Видите ли, комиссар, у него рак, а я как-то угостила его этой «Силой жизни», и он считает, что эликсир действует! А сама я уже старовата, поэтому тоже время от времени отхлебываю глоточек. Впервые я попробовала это средство, когда была здесь в прошлый раз, и примерно запомнила, как найти аптеку. Но сейчас я, бестолковая, прошла мимо нее и не заметила. Я долго кружила там, пока не нашла вход.
Мод замолчала, и повисла долгая тишина, которую в конце концов прервал комиссар.
– Вы видели Питера Бута?
– Нет, конечно не видела! Он ведь должен был быть в Вотерфронте, так что я и не ожидала его увидеть… Кстати… а что он там делал?
Полицейские быстро переглянулись. Мод решила, что оба они подумали о расстегнутой ширинке Питера. Зашел ли он в тот переулок по малой нужде? Или в деле замешан секс? Каким бы ни был мотив, следователи вряд ли могли представить, что почти девяностолетняя женщина могла быть причастна к преступлению. Преступление было слишком жестоким, чтобы старушка могла иметь к нему хоть какое-то отношение. Мод пришлось напрячься, чтобы ненароком не улыбнуться, когда полицейские собрались на выход.
Когда они снова подошли к туристам в баре, инспектор Дламини направился прямо к Мортену Йенсену и спросил, получал ли тот бутылку лекарства от Мод. Сопя от натуги, Мортен наклонился, достал коричневый бумажный пакет, а оттуда извлек бутылочку с эликсиром.
– Да, наша милая прекрасная малышка Мод купила для меня бутылочку этого фантастического лекарства, благодаря которому я смог выдержать все это путешествие. Мод – добрейшая душа, нельзя и представить себе человека добрее ее! – воскликнул Мортен, отправляя Мод воздушный поцелуй.
Полицейские поблагодарили всех, и покинули отель через главный вход. Лишь тогда Мод позволила себе издать вздох облегчения, да и то – очень тихий.
Ровно в три часа пополудни на следующий день Мод переступила порог маленького домика. Там снова аппетитно пахло свежими сконами. За кухонным столом сидели Бантуна, Зенсиль и Саку. Последняя тут же подскочила со своего места, и кинулась к Мод. Взяв Мод за руку, девочка просияла всем лицом.
– Мы вам так рады! Садитесь здесь, миз Мод, – воскликнула девочка, указывая на стул, на котором только что сама сидела.
– Благодарю, – ответила Мод.
Прежде, чем сесть на предложенный стул, Мод вручила Саку сверток.
– Немного черного кенийского чая, – пояснила она.
– Ой, – Саку сделала большие глаза.
Да, черный сорт Кения Милима стоил дорого, но случай был особенный. Возможно, наступил самый важный день в жизни Мод.
Поболтав немного, выпив чашку чая и угостившись свежими сконами, Мод решила, что настало время перейти к делу. Она не придумала, с чего начать, и решила рассказать все, как есть.
– Я вам не так уж много рассказала о себе. Как вам уже известно, я стара. Я здорова и бодра, но мне уже восемьдесят восемь, а скоро исполнится восемьдесят девять. В свое время я много путешествовала, и успела посмотреть почти весь мир. Кейптаун пришелся мне по душе больше других городов. Здешний климат в весенне-летний сезон подходит мне идеально. Здесь можно многое посмотреть, и найти множество интересных занятий. Этническое многообразие меня тоже очень радует. И люди здесь тоже очень милые. Конечно, здесь полно проблем – высокий уровень преступности, к примеру, но те же проблемы существуют и во многих других городах на свете.
Прежде чем продолжить, Мод сделала глоток остывающего чая.
– Я живу совсем одна. У меня не осталось родственников, которые могли бы унаследовать мои деньги. Но у меня возникла мысль, как я хотела бы провести свои последние годы.