Система-Самоцветы 4: Танец серебра

Я позвонил ему и сказал, что через сорок минут заеду в гости. Не могу сказать, что наставник был очень рад меня слышать, но похоже вариантов как мне отказать он просто не нашел. К тому же, мне кажется, с некоторых пор он чувствовал передо мной некоторую вину.
— Макс, ты что, соскучился? — хмуро спросил Витя, когда я расположился в знакомом мне кресле. — Мы же только недавно виделись.
Должен сказать, что с момента моего последнего визита к нему, в квартире многое изменилось, теперь здесь было чисто и больше не пахло лекарствами. Приятные изменения, которые наводили на еще большие размышления — если дело не в наркотиках, тогда что с ним происходит?
— Вить, слушай, у меня в последнее время от всяких неприятностей голова пухнет, поэтому давай я прямо спрошу, хорошо?
— Валяй.
— У тебя почему рожа все время побитая? Ты вроде бы секцию бокса не посещаешь, гоп-стопом по вечерам не занимаешься или я чего-то не знаю? Я просто переживаю, что ты опять с этими придурками связался из «Синтез-Секты».
— Нет, с ними я не связался, хотя отношение они к этому имеют самое непосредственное.
Ну вот, начинается. Я так и думал, что здесь не все гладко — как в воду смотрел. Все-таки мое шестое чувство не обмануло: неладно что-то в Датском государстве.
— Тогда рассказывай, что сидеть? — сказал я. — Или будем ждать пока тебя совсем убьют?
— Макс, давай так: лично тебе я об этом расскажу, вопросов нет, но только даже не думай предпринимать какие-то действия по решению этого вопроса, договорились? — спросил Витя и посмотрел на меня с полуулыбкой. — Это просто не твой уровень. Извини, если что.
— Да нет, все нормально. Манией величия я пока не страдаю, — ответил я. — В таком случае, расскажи для общего развития, просто чтобы я был в курсе. Это можно устроить?
— Без вопросов, — кивнул Витя. — Тем более, ты все равно не отцепишься, так что… Как ты думаешь, сколько стоит наркота, которую я употреблял?
В смысле — думаю? Ты че, Северов? Да я уже знаю, что она стоит просто до хрена и больше, вот только тебе я говорить об этом не хочу!
— Думаю много, — ответил я.
— Не просто «много», Макс, а очень много. Как ты думаешь, где я брал деньги на это дерьмо?
— Вообще без понятия. Я чужие деньги не люблю считать, так что я об этом не думал, — вполне честно сказал я. — У тебя вполне могли быть какие-то сбережения. В Системе ты давно, к тому же наставник, а выполненные задания вам, наверное, оплачивают получше чем нам… В общем, я как-то не замечал, чтобы ты особо бедствовал.
— Ну я и не бедствовал, тут ты прав, — усмехнулся Витя. — Но на «эйфорию» моих сбережений не хватило.
— Допустим. Продолжай.
— Продолжаю, — устало вздохнул наставник. — Ты знаешь, что такое «Синдикат»?
— Знаю, само собой. Это парни, которые занимаются баблом в Системе.
— Все верно, за исключением одного, ты забыл только упомянуть одну важную вещь — это очень плохие парни.
— Может быть, я с ними не сталкивался. Но если ты об этом знал, тогда какого хрена ты к ним обратился?
— Макс, ну что за детские вопросы? — с несчастным видом простонал Витя. — Ну понятно же даже ребенку! Причин ровно две. Первая: потому что я дебил. Вторая: потому что мне нужна была «эйфория». Понятное дело, что если бы мне не нужна была эта долбаная наркота, то я бы не стал к ним обращаться! Еще вопросы будут?
В ответ я лишь покачал головой. Какие уж тут вопросы если и так все понятно?
— Ну и что, с этим «Синдикатом» никак нельзя договориться? — спросил я после некоторой паузы.
— Пытаюсь. Пока, не получается, как видишь, — усмехнулся Северов. — Ты только не думай, что можешь мне как-то помочь, окей? Мы же договорились. Самое главное ты знаешь — это не «Синтез-Секта», я не начал заново торчать, так что давай на этом остановимся.
— Идет, — я встал с кресла. — Тогда до завтра.
Все что я хотел услышать — я услышал, а больше мне у Вити делать было нечего. По крайней мере это не Матвей Шестаков со своими идиотами, а что касается «Синдиката», то об этом я пока думать не собираюсь. Может быть потом, после решения вопроса с «Синтез-Сектой», но точно не сейчас. Да и вообще, не зря же Северов мне настойчиво рекомендовал не соваться в это дело. Ну, а что тогда делать? Ждать пока он сам все решит? Так его могут и прибить к тому времени. Ладно, пока мне точно не до них, поживем увидим.
Я не спеша ехал по вечерним московским улицам и словил себя на мысли, что так и не позвонил Вике сегодня. Настроение у нее, понятное дело, не самое лучшее — все-таки погиб старый друг, но позвонить нужно было, слова поддержки в этот момент от меня ей точно не помешают. Я набрал ее номер и стал ждать ответа. Долгое время никто не отвечал, а затем я услышал в трубке незнакомый мне мужской голос:
— Слушаю вас?
Бля, че за херня происходит? Ты кто, сука такой?
— Где Вика?
— Кем вы ей приходитесь?
В этот момент меня пробрал озноб. Что за тупые вопросы? В нормальной ситуации такое не спрашивают?
— Я… ее муж. Что случилось? Где Вика?
— Она сейчас в реанимации.
Охереть просто!
— В какой больнице?
— Если вы ее муж, то знаете в какой, — сказал чувак и отключился.
Я с ненавистью посмотрел на телефон — вот урод! Так, ладно, включаем мозги, от эмоций сейчас толку никакого. Он сказал, что если я ее муж, то я должен знать в какой она больнице, правильно? Что это может значить? В каком случае я по-любому должен был бы об этом знать?
Ну, разумеется! Вот я идиот! Это значит, что он не хотел напрямую спрашивать у меня знаю ли я где находится больница для самоцветов, вот и весь ребус! Он не знает самоцвет я или нет! Твою мать! Она в нашей больнице, а значит еду в Китай-город! Ну, давай, «Тойота», не подведи, вперед родная!
 
Глава 11
Я даже не помню, когда я вообще последний раз так быстро ездил по загруженным городским улицам, а учитывая еще и погоду, то понятное дело, что вообще никогда. Один раз мне наперерез выбежал гаишник, размахивая жезлом — ну оно и понятно, на правила дорожного движения мне точно было плевать, но я тупо проехал мимо. Какое-то время я поглядывал в зеркало заднего вида опасаясь погони, что было бы очень некстати в данный момент, но парень забил на это дело, чем несказанно меня порадовал.
В больницу я прилетел примерно через полчаса, вот только дальше ресепшена меня один хер не пустили. «Архангелы» меня выслушали, покивали гривами, но и все на этом. Единственное чего я смог добиться, так это разговора с тем самым чуваком, который ответил по телефону Латуниной. Однако никакой хоть сколько-то полезной информации у него выяснить не получилось, он смог меня порадовать только тем, что ее жизнь уже вне опасности и утром я смогу с ней поговорить. Вот собственно и все. На этом мой визит на сегодня в больницу был и окончен.