Первое правило дворянина

Она пропустила мои слова мимо ушей, посмотрела на букет, стоявший на столе в хрустальной вазе и улыбнулась.
— Это мне? Очень красивый. Обожаю белые розы! Как вы угадали?
Ну не то, чтобы я угадал... Кочетков сдал мне эту информацию за бутылку коньяка.
— Ну а что мы будем есть?
— Мне порекомендовали морские гребешки с тигровыми креветками и белым икорным соусом. Ну а десерт выбирайте сами, здесь я не рискнул брать на себя ответственность.
— Годится, — кивнула она.
Я махнул официанту, подзывая его к себе. Несколько минут суеты, после которой у нас в бокалах появилось вино, последние распоряжения насчет времени подачи блюд и нас оставили наедине.
Поначалу разговор не очень клеился, чувствовалась некоторая нервозность, но после пары бокалов вина Софья попросила рассказать ей про мой первый Портал, и мы понемногу разговорились.
Оказалось, что она тоже приезжая и родом из Тамбовского княжества, где у нее кроме родителей осталась еще младшая сестра. Сначала окончила Академию, ну а через несколько лет работы в местном отделении Департамента, ее перевели обратно — по мнению руководства, в учебном заведении она принесет больше пользы.
Ну, во всяком случае, так она мне сказала, возможно на то были более конкретные причины. Если захочет — позже расскажет, в конце концов, мне это вообще неважно.
Затем она пожаловалась на жандармов, которые им уже несколько дней спокойно жить не дают и в этом я был с ней полностью согласен — достали своим повышенным вниманием. Потом я спросил ее насчет знакомства с Бобровым, и она рассказала мне много чего интересного.
Самое главное из этого было то, что в работе с графом все-таки нужно быть осторожным. В целом он мужчина порядочный, но своего не упустит и лишних денег не заплатит, так что иногда их стоит попросить. Ну и к его заданиям стоит относится повнимательнее, чтобы не заиметь проблем с Департаментом. Некоторые из его сделок и партнеров все-таки сомнительны. Информация лишней не будет, учту на будущее.
В остальном все прошло просто отлично — ужин был прекрасным. Приятно поговорили, выпили чуть больше бутылки вина, расслабились...
Когда часы показывали около десяти вечера, Таганцева предложила поехать прогуляться по набережной. Почему бы и нет? После душного ресторана погулять на свежем воздухе будет очень полезно.
Я вызвал такси, расплатился по счету, заверил администратора, что все было на высшем уровне и нагоняй от Боброва он не получит. Ну а потом мы поехали к Волге.
С реки тянуло легкой прохладой, поэтому, чтобы Софья не мерзла я накинул ей на плечи свой пиджак. В одной руке она держала мой букет, второй крепко сжимала мой локоть, все просто отлично. Я был абсолютно доволен.
— Знаешь, Володя, все-таки я не могу привыкнуть к мысли, что согласилась ужинать с семнадцатилетним юношей, — сказала она, прижимаясь к моему плечу. — Для меня это немного необычно.
— Надеюсь тебе не кажется, что ты зря теряешь время в моей компании? — да, к этому моменту мы вот уже как несколько часов назад перешли на «ты».
— Разумеется нет. Тем более, что по тебе не скажешь, что тебе семнадцать.
— Неужели я так плохо выгляжу?
— Да нет, просто твои разговоры и поведение... Странный ты какой-то. Но мне с тобой интересно, это факт, — она посмотрела на меня и улыбнулась той самой улыбкой, от которой у меня в трусах появилось ощущение тесноты.
Я остановился, прижал ее к себе и поцеловал...
— Ну и кто тут у нас в гостях? — услышал я грубый мужской голос за своей спиной.
Вот кто бы там ни был — яйца вырву с корнем! Какая сволочь посмела лезть к нам в такой неподходящий момент?
— Володя...
Я увидел тревогу в глазах Таганцевой и повернулся посмотреть кто это там мычит, пряча девушку себе за спину.
Их было трое. Время позднее, поэтому на набережной кроме нас и этих нахалов, были только осветительные столбы и пустые лавочки.
Парням было лет по двадцать, может быть, немного больше и мне показалось, что все трое пьяны. Если так, то понятно — водочка в голову стукнула и на подвиги потянуло. Болезнь весьма распространенная, так что им повезло — я как раз хороший доктор и могу помочь с лечением.
— С кем имею честь, господа? — спросил я и поправил гербовый перстень на своем пальце.
— Господа! Ты слышал, Макар? — хохотнул самый крепкий из троицы. — Нам дворянчик попался.
— Люблю пинать этих маменькиных сынков, — осклабился тот, который был Макаром.
— Зачем пинать? Пусть нам только денежки отдаст и может валить на все четыре стороны, — сказал крепыш.
— И телку пусть оставит, — пожелал Макар, затем вытащил нож и стал демонстративно им поигрывать.
— Ну как тебе наше предлож...
Вот закончить я крепышу не дал. В таких случаях необходимо действовать на опережение иначе есть риск получить ножом в бок.
Быстрый рывок вперед и сокрушительный удар в нос. Попал очень хорошо — что-то отчетливо хрустнуло, и крепыш заорал на всю набережную. Через мгновение я ухожу в сторону и пропускаю мимо себя Макара, который пытается ударить меня ножом.
Он не успевает остановиться и его нож погружается в живот крепышу, он успевает только охнуть от неожиданности. Ну да, парень, бывает и так.
Третий ублюдок был самым молодым из этой троицы и видимо, самым нерешительным. Пока на его глазах бурно разыгрывалось кровавое представление он просто стоял и пялился на это все широко раскрыв глаза от удивления.
Я бью его ногой по яйцам, он сгибается пополам, а затем следует удар коленом ему в лицо. Это конечная остановка — дебил! Я даже не стал смотреть как он падает, мне было интереснее узнать, как дела у Макара и его кореша.
Вот здесь было веселее. Макар уже вытащил нож из тела крепыша и готовился воткнуть его в меня. Здесь ты не угадал от слова «совсем». Я замедлил его всего на секунду, но мне этого было вполне достаточно. Мощным ударом в ухо я останавливаю его, а затем бью с левой в подбородок, эффектно завершая спектакль.
Таганцева смотрела на все это раскрыв рот от удивления и прижав к груди кулачки.
— Все в порядке? — спросил я у нее.
— Он хоть живой? — она быстро оправилась от шока и смотрела на лежащее окровавленное тело.
— Сомневаюсь. Но в любом случае проверять не буду, мне на него плевать, — ответил я.
— Нужно вызвать полицию, — сказала она и посмотрела на меня взглядом той самой Таганцевой из Академии, которая была известна мне своей строгостью и решительностью. Ну вот куда подевалась нежная Софья, которую я целовал несколько минут назад?
— Какую полицию? Зачем? — обреченно спросил я.
— Пусть они арестуют их, а этого отвезут в больницу, — ответила она, глядя на крепыша.