В объятиях камня

Зря она так. Сейчас я не стала бы осуждать её замужество с простым человеком. Без магических источников наша магия истощилась – так чем теперь мы отличаемся от простых людей, кроме завышенного самомнения?
Когда во внутреннем дворике стал меркнуть дневной свет, слуги внесли большие подсвечники, каждый – на десяток свечей. Мерцание огня окрасило полумрак золотистыми оттенками. Стало уютно, не хотелось двигаться и что-либо решать.
- Леа, ты не думала освоить какую-нибудь профессию для обычных людей, пока живёшь здесь? – спросила Нилли. – Всё равно вокруг ни одного магического источника. А так будешь иметь маленький личный доход.
- Даже не представляю, чем бы я могла заниматься, кроме магии…
- Ой, ты не представляешь, сколько здесь интересных занятий! – Нилли даже подпрыгнула на своей подушке и начала загибать пальцы в такт перечислению. – Делать украшения, расписывать красками ткани, создавать композиции из сухих трав – а в гариге их столько, что не придётся нигде покупать! А ещё можно…
- Ты сама-то что хочешь попробовать? – перебила я.
- Уже начала расписывать шёлковые платки и вуали. Сначала не очень получалось, но после третьей вуали у меня даже соседка заказала сделать такую же. А там, глядишь, открою своё дело!
Глеон скептически усмехнулся, но ничего не сказал.
Мы допили чай, и сонное безделье почти полностью охватило нас. Кивая в ответ на реплики, обращённые ко мне, я углубилась в мысли.
Возможно, Нилли права: можно просто скучать, а можно заняться чем-то полезным. Но всякий раз, когда я думала о работе, не связанной с магией, мне становилось тоскливо. И даже Нилли я не могла объяснить это.
Мы как-то раз, в студенческие годы, уже обсуждали, что я не приспособлена ни к чему, кроме магии. И она тогда заметила с неодобрением: «Тебе легко говорить, что не хочешь заниматься немагической работой! Ты из богатой семьи, тебя кормят-поят родители! А мне приходится подрабатывать! Хоть немного поживи на одну стипендию, тогда посмотрим!»
Нет, Нилли сейчас не поймёт моих возражений, как не понимала их раньше.
- Хорошо тут у вас, но нам пора, - Глеон поднялся, и Нилли сразу послушно потянулась за ним.
Мы с ней расцеловались, и Нилли отошла, прикрепляя вуаль к причёске. Я повернулась к Глеону, но прежде, чем успела сказать что-либо или протянуть руку, он торопливо сообщил:
- Я не целуюсь!
- Да я как-то и не собралась целовать, - удивлённо ответила я.
- Ох, какой ты у меня, - рассмеялась Нилли, подмигивая мне.
Ах, да, она же говорила, что Глеон очень брезгливый! Но меня удивило, что эта черта в нём развита до странности. Что же, по крайней мере он точно будет ей верным мужем – во всём свои преимущества.
Без лишних комментариев я осторожно пожала руку Глеона… И почувствовала ответное рукопожатие.
Ладно, по крайней мере, его брезгливость пока не перешла в манию. Вдруг, отпуская мою руку, он едва заметно провёл кончиками пальцев по моей ладони и тотчас отвернулся к Нилли. В замешательстве я попрощалась с друзьями и начала бесцельно бродить по дому.
Может, из-за этой невыносимой жары у меня уже мозг плавится, и мне просто показалось? Да, пустяки всё это. Нужно сначала разобраться, что делать с собой.
    
Глава 27. Мышиный переполох
Пройдя до поворота галереи, я увидела открытую дверь, за которой суетились служанки. Судя по запаху – кухня. Войдя, я присела в уголке на небольшой бочонок, незаметная в общей суматохе.
На столе то появлялись блюда, то исчезали, быстрые руки сервировали сладости так, что хотелось немедленно вгрызться в хрустящую сахаром корочку. Но я словно отдалилась от всех ощущений, придавленная открывшейся истиной: у простых смертных своя магия.
Взгляды, недомолвки, едва заметные прикосновения… У всех свои интересы, и если они совпадают, люди на время сближаются. Или просто проходят мимо, как сейчас прошла миловидная служанка с коротенькой вуалью, открывающей всю шею, мимо уборщика, а тот улыбнулся ей вслед, показав отсутствие переднего зуба.
Мы, маги, слишком доверяем магии, не обращая внимания на силу обычных людей. Тут есть над чем задуматься…
В этот миг уборщик, думая, что его никто не видит, вытащил из кармана своего пёстрого балахона нечто маленькое и серое. Мгновенно рассмотрев зажатый в кулаке комок, я поняла, что это дохлая мышь, вернее – мышонок.
С грустью вспомнила своего шустрого мышонка-танцора – где он теперь? Манард обещал, что выпустит на свободе, в лесу, но кто знает…
А этого беднягу, наверное, уборщик прибил метёлкой. Но зачем тащить бедный трупик в кухню?
И тотчас же стало ясно, зачем он это затеял: уборщик незаметно подкинул мышонка на середину стола и отступил к стене, громко говоря на асхаинском и указывая на тельце.
Мгновенно раздался многоголосый женский визг, и служанки, проворно задирая юбки, повскакивали на бочонки, стоявшие вдоль стены. Их паника была поначалу вполне убедительной, но быстро начала стихать.
Расхохотавшись, уборщик забрал мышонка и сунул обратно в карман. Сообразив, что это шутка, служанки начали вопить, и даже без перевода было понятно, что сейчас в адрес уборщика звучат не самые лестные слова.
А в страхе служанок все больше проступала наигранность: увидев, что мышонок мёртв, женщины продолжали поднимать воланы юбок, показывая смуглые лодыжки плотоядно оскалившему щербатый рот уборщику. Ага, понятно, ещё одна игра для простых смертных…
Будучи магистром тверди, я в принципе не боялась мышей – слишком много раз я сталкивалась с ними на практических занятиях, да и негоже выпускнице Хальторна вообще чего-то бояться. Зато мне было жаль мышонка. Такой крошечный, даже пожить не успел, бедняга. Стал игрушкой для взрослых дураков. Где же его мама? Магическим взором я погрузилась под фундамент дома, проникла в глубину и увидела десятки ходов, прорытых грызунами в земле. Да тут немало мышей!
Внезапная идея повеселила меня.
«Что, повеселились? А вот теперь самое время испугаться…» – в предвкушении подумала я.
Положив ладонь на пол, я заставила каменную кладку вибрировать. Твердь послушно подчинилась моей магии, ходы под землёй сжимались, направляя грызунов. И результат не заставил себя ждать: через несколько секунд мыши начали покидать свои норы. Они выбирались на пол через малейшие щели, с писком выбегая в кухню. Пола не было видно – так кишели грызуны!
Теперь в воплях служанок слышался настоящий страх. Даже уборщик поддался общей панике и залез на стол, подвывая.
Тем временем мышки, повинуясь моим магическим импульсам, дружно полезли на столы и пустились в неистовый пляс, наводя еще больший ужас на перепуганных слуг.
Отлично, так вам и надо! Развлекайтесь!
Я вышла из кухни, спокойно ставя ноги на каменный пол в расступающемся потоке грызунов.