Дядя самых честных правил

Он захлопал глазами.
— Понимаете, мы с Василием Фёдоровичем… Вернее, я с ним. То есть я остался ему должен. Увы, увы, не успел вернуть долг при жизни этого великого во всех смыслах слова человека. И вот приехал, чтобы лично вручить вам скромную сумму. Дабы не обременять совесть, как говорится.
Любитель выпить протянул мне кошелёк. Я хмыкнул и случайно встретился с ним взглядом. Ёшки-матрёшки, да он боится! С чего бы это? Я что, такой ужасный?
— Разрешите откланяться, Константин Платонович. Не извольте беспокоиться, я сам найду дорогу. Всего доброго!
Почти бегом он бросился к своей коляске. Споткнулся, чуть не упал, но сумел удержаться на ногах. И через минуту экипаж уже выезжал из усадьбы. Вот честное слово, ничего не понял! Что это было?
В задумчивости я вернулся в дом. И только в кабинете меня осенило: слухи! До моего соседа дошли слухи. Стрельба в Левино, стычка с опричниками. Подозреваю, что эти события обросли жуткими подробностями, так что Люлюков испугался: не приеду ли я выбивать деньги со стрельбой. И подсуетился, действуя на опережение. Даже не знаю, плакать мне от такого поворота дел или смеяться.
 
* * *
Другие соседи ко мне не приезжали. Зато присылали своих управляющих, дворецких и просто крепостных с письмами. Писали, что не могут лично выразить мне своё почтение и соболезнования, желали всего наилучшего и передавали деньги. В общей сумме набралось рублей семьсот, не меньше. Я сверился со списком, который дал мне дядя, — всё совпало до копейки. Так что я писал ответные письма, желал здоровья и говорил, что мы в расчёте.
Похоже, дядин склочный характер и моя стрельба создали мне репутацию этакого разбойника и «дикого» помещика. С одной стороны, не слишком положительная известность. А с другой, почему нет? Никто теперь не рискнёт покушаться на пограничные луга и рощицы. Да и моим крепостным оркам будет спокойнее, их тоже побоятся задевать.
И помещица Левина прислала письмо. Я прочитал первые строки и выбросил бумагу в камин. Да ну её в болото, провинциальную соблазнительницу второй свежести. Даже близко иметь с ней дел не хочу.
Боброва я не видел уже третий день. Он пропадал в лесу, приходя в усадьбу только ночевать. И охота ему бегать по буеракам? Тем более из добычи он за всё время принёс единственного зайца.
Только я разобрался с соседями, как в усадьбу явилась делегация орков из Безымянных выселок. Седой староста, скорняк Фрол и ещё пяток мужиков, видимо, пришедших за компанию поглазеть на барина.
— Здравствуйте, Константин Платонович.
Они дружно поклонились в пояс.
— Мы, вот, кожу-то принесли, барин, — вещал староста. — Как вы и просили — сняли её со страхолюдной крукодилы. Выделали как положено, просушили. Знатная кожа получилась! Сапоги пошить можно, да ещё и останется.
Судя по тому, как скорняк покосился на старосту, работал он один, и седой примазался к результату. А испорти Фрол кожу — виноват был бы в одиночку.
Но кожей я остался доволен и наградил их от души. И старосте, и скорняку выдал по два рубля.
— Барин, — староста снова поклонился, — а разреши наши выселки по-другому называть? Не уважают соседи Безымянных. Детишки меж собой дразнятся, молодёжь до кровавой юшки дерётся.
— Почему нет, можно и разрешить. Новое название выбрали?
Крестьяне расплылись в улыбках.
— Выбрали, барин. Крукодиловка!
Я поперхнулся. Да уж, подходящее название. Прямо такое русское, исконное, как раз для муромской глубинки. И пусть потом краеведы ломают голову: откуда здесь такие топонимы?
    
Глава 28 — Ящер
От усадьбы я ушёл подальше. Перебрался через ручей по шаткому мостику, обогнул широкий луг и отмахал ещё версту до трёх больших валунов. Серые камни, наверняка принесённые древним ледником, как раз подходили для цели моего похода.
Я скинул камзол и бросил его на ветки ближайшего куста. Размял руки, глубоко вдохнул несколько раз и позвал Талант. Начнём с самого простого, что я видел в арсенале опричников, — огненного всполоха.
Пух! С моих пальцев сорвалось унылое нечто: вроде и светится, но даже траву не смогло опалить. Ещё раз! Второй всполох вышел чуть лучше, но опять не выглядел хоть капельку опасным. Что за ерунда? Талант, почувствовав моё недовольство, взвинтился до упора и выдал яркую вспышку.
Неа, всполох вышел жидкий и неубедительный. Яркий, но без реального пламени — чуть-чуть прижухли цветы возле камней, и не больше.
Ладно, поищем что-то другое. Как там я уложил бастарда? Эфирное копьё? Попробуем.
С шелестом сплелись нити эфира, скрутились в тугой наконечник и рванули к валуну. Бух! Каменная крошка разлетелась во все стороны, а на сером боку появилась большая каверна. Ты смотри, работает! А как насчёт всполоха? Попробуем ещё раз. Нет, такая же безобидная ерунда.
Следующие полчаса я пробовал всякие возможные варианты, испытывал Талант на разные лады и пришёл к неутешительному выводу: я не умею с ним работать. Совершенно.
Понятное дело — дворян с Талантом натаскивают с раннего детства. Отрабатывают разные воздействия, доводят навыки до автоматизма и оттачивают мастерство. А я только получил Талант и даже не знаю, как контролировать силу воздействия. Вывод? Неутешительный. В магических дуэлях мне участвовать пока нельзя — порвут на тряпочки. Воевать одним Талантом тоже не получится.
Впрочем, я могу поискать наставника. Какого-нибудь опытного учителя, тренировавшего дворянских детей. Чтобы объяснил азы и подтянул по базовым воздействиям. Хотя есть у меня подозрения — с настоящими мастерами мне никогда не сравниться. Слишком поздно я получил способности, чтобы развить их во что-то уникальное.
Возвращаться в усадьбу я не спешил. Да, с чистым Талантом не вышло, но у меня ещё оставался запасной вариант.
Я встряхнул руками, сбрасывая напряжение. Вытащил small wand и нарисовал в воздухе Знак огня. Как и положено, рисунок полыхнул языками пламени и затух. Очень хорошо, а теперь Знаки огня и концентрации вместе.
Язык раскалённого жара протянулся до самых камней и оставил на них подпалины. Почти огненный всполох, если не считать, что на рисование Знаков ушло пять минут.
А сейчас попробуем исправить недостаток и совместить деланную магию с дворянской. Я расслабил кисть и вытянул руку. Как я делал в прошлый раз? Представил на конце small wand те же Знаки и одновременно позвал Талант.
Фу-у-ух! Огненный шторм пронёсся в сторону камней, выжигая траву на земле до белого пепла и покрыв камни чёрным нагаром. Ничего себе! Мне даже пришлось немного позатаптывать тлеющую траву, чтобы не начался пожар.
Да, неплохо получилось. По мощности, пожалуй, даже покруче тех всполохов, что я видел у опричников. Что ещё я могу попробовать? В арсенале деланных магов практически нет боевых связок Знаков — слишком медленно их рисовать, а мощность маловата. Придётся мне выдумывать собственный убийственный набор.