Иная кровь

Поняв, что красавчиками назвали его с Валентином, Кай вспыхнул, но грандир подтолкнул его в спину. Правда, Валентин не стал присаживаться на валежник, где сидели Райзор, Десятая и Тупэ, а занял место напротив, у импровизированной дровницы, которая служила защитной стеной от ветра. Подумав, Кай присоединился к нему. Такого типа, как Райзор, лучше было держать в поле зрения.
Костер сразу укутал его одеялом теплого воздуха, и гнев понемногу начал проходить. Если бы еще удалось затушить пожар голода в животе, Кай мог бы назвать себя почти счастливым. Руку он держал поблизости от сапога с ножом — на всякий случай.
— Я Тупэрон, — гордо сказал гном, который с момента появления Райзора оставался на удивление спокойным. — Иду в Корсион, верю в Калюсту и добрых людей. Раньше, как ты, наверное, догадался, работал в шахте.
— Это ты ей ноги отрезал? — усмехнулся Райзор и принялся рыться в большой торбе, которую снял с плеча.
— Он из другой семьи, — вмешалась Десятая. — Спас меня. И мы это не обсуждаем.
О том, что именно не должно было обсуждаться, догадались все. Райзор пожал плечами и достал из сумки сверток, от которого пахло хлебом. Кай сглотнул и понял, что готов убить незнакомца только за еду. Тем временем, Райзор осторожно развернул бумагу и извлек три пышных лепешки, от одного вида которых у голодного Кая закружилась голова.
— Это в обмен на личинок, — объяснил Райзор, ломая хлеб. — Я их уже давно искал, но не везло. А ты, Десятая, глазастая оказалась, молодец.
С этими словами Райзор раздал всем по куску и жадно схватил пару личинок с нагретого огнем камня. Кай вовремя опустил глаза, чтобы не видеть, как человек выдавливает гусениц прямо себе в рот. Возможно, опарыши и считались в здешних местах деликатесом, но сам он с большим удовольствием съест хлеб врага.
У лепешки оказался слегка пряный вкус, отдающий странным сочетанием чеснока и корицы, но, по крайней мере, это был хлеб, а не гусеничные кишки. Уже слизывая крошки с пальцев, Кай заметил, что грандир не стал есть свой кусок, а незаметно опустил его в карман брюк.
— Продолжим, — протянул Райзор, сыто рыгнув. — Тебя, Карли, я знаю. И да — мои соболезнования. Макс был отличным искателем. Итак, с горцем разобрались. Ну а вы, парни?
Райзор перевел взгляд на Кая, и тот понял, что не хочет, чтобы его снова назвали гомункулом. Как назло, подходящей лжи на ум не приходило.
— Кай, — буркнул он, решив ограничиться только именем, но тут открыл рот Валентин.
— Мы из храма, — спокойно сказал грандир. — Меня зовут Валентин, и я грандир Церкви Единого Бога Калюсты Вселюбящего. А этой мой послушник Кай. Мы путешествовали по Синеусой Пустоши, когда случайно провалились в подземную полость. Благодаря Десятой и этому отважному горцу мы остались в живых и теперь возвращаемся домой.
Десятая с Тупэ дружно закивали, а Кай едва слышно перевел дыхание, так и не определившись — помог ему Валентин или только все запутал?
— У нас с тобой в чем-то похожие профессии, грандир, — усмехнулся Райзор и, достав щепку, принялся ковырять ей в зубах. — Только ты Калюсту славишь, а я его убиваю.
— Я думал, искатели больше этим не занимаются, — осторожно заметил Валентин.
— Такие, как она, не занимаются, — Райзор кивнул на Десятую и потянулся за последней гусеницей. Девушка сидела с непроницаемым лицом, не собираясь ничего объяснять.
— А разве вы — не одно и то же? — спросил гном, и Кай обрадовался, что запутался не только он.
— Я из старой школы, — хмыкнул Райзор, — из тех, кто помнит устав и миссию отцов-основателей. А нынешние искатели — это слабая кровь, могут разве что объедки за самоделом подбирать, да Корпусу их продавать. Еще лет десять назад мы с такими, как она, воевали, но все споры позади, и сейчас мы разве что делим территорию.
Райзор почти дружелюбно улыбнулся Десятой.
— А что у вас за миссия? — деловито уточнил горец, выискивая на земле крошки хлеба.
— Они должны спасти людей от самоделов, — ответила за Райзора Карли. — Но если сто лет назад искатели, действительно, спасали человечество, то сейчас они ищут врага, которого нет.
— Как нет? — не понял Кай. — В пещерах ведь полно самодела.
— Ты не внимателен, парень, — поморщился Райзор. — Она сказала от «самоделов», а не «самодела». Большая разница. С самим самоделом, этой плотью, которая иногда проступает сквозь землю, ничего нельзя сделать. Только избегать его. А вот самоделы — подобие организмов, которые создает эта плоть — очень опасны.
— А, теперь ясно, — протянул Кай. — Тогда я не согласен с Десятой. Как же нет врага? От кого же мы еще вчера по тоннелям убегали? Разве гомозуль нам не враг?
— Ты запутался, — вмешался Валентин, который не понятно по какой причине представил Кая своим послушником, а теперь изъявил желание ему что-то объяснить. — Искатели в древности убивали не зверей, а людей-самоделов. Но так как в свое время таких людей всех перебили, то теперь представители славного и древнего ордена вынуждены оправдывать свое существование истреблением разных монстров. Например, гомозулей. Однако они по-прежнему стоят на страже человечества и постоянно ищут людей-самоделов, чтобы, во-первых, выполнить миссию отцов-основателей, а во-вторых, спасти нас.
Ответ Валентина Райзору не понравился.
— Я тебя понимаю, грандир, — скривился он. — Калюстианцы и искатели никогда друг друга не любили, но ты сейчас на моей земле. Побольше уважения к моей профессии.
— Подождите, — прервал их Кай, — но разве самодел может создать человека?
— О, как я люблю эти байки! — широко ухмыльнулся Райзор. — Наверняка калюстианец уже набросал тебе в голову религиозной шелухи, поэтому радуйся, что кто-то скажет тебе правду. Слушай внимательно, повторять не буду. Самодел — это некий полуразумный паразит, который со времен создания вселенной тихо консервировался в этой части галактики. Однажды сюда занесло космический корабль с планеты Гайи. Вместе с астронавтами. Самодел притянул корабль к себе и заинтересовался людьми настолько, что погрузил их в себя для изучения. Астронавты стали первыми чантами. Лично у меня всегда мурашки бегают от мысли, что эти несчастные до сих пор спят в недрах самодела. Ведь прошли тысячелетия. Просканировав их мозги, самодел сумел вычислить нахождение Гайи и протянул к ней ниамфины — эдакие самодельские телепорты. И потом стал перетаскивать с Гайи на себя все, что имело отношение к людям, включая, конечно, само человечество. Так, на нашей Риппетре появилась суша, вода, растительность, животные — в общем, все географические локации, в которых существовал человек у себя на родине.
— Зачем ты пересказываешь курс школьной истории? — перебил его Валентин. — Послушник Кай и так это знает.
— Да нет, пусть говорит, — неожиданно встал на сторону Райзора Кай, которому стало интересно. Из историй грандира и искателя можно было получить немало ценных сведений о природе Калюсты, вера в которого крепла с каждым днем.