Между мажором и бандитом

— Рэй… — выдыхает она, щенком глядя мне в глаза.
Отмахиваюсь от девки и ухожу. Обычно после секса внутри рождается отвращение к женскому полу. Но Рита другая, ее я хочу снова. Изучить всю, облапать, заставить кричать от нестерпимого удовольствия. Прохладный воздух позволяет прийти в себя. Солнце стремительно заволакивают почти черные тучи. Какое-то время задумчиво смотрю в небо. Затем седлаю верного железного друга и еду домой.
С огромным трудом мне удалось создать в универе отталкивающий образ, позволяющий отгородиться от остальных. Бандит… хех. Зато никто не лезет в душу и не набивается в друзья. Улыбаюсь, аккуратно цепляя мотоцикл на стоянке к забору и накрывая его черным плотным чехлом. Небольшая девятиэтажка такая же серая, как и все ее близнецы вокруг. Бегу на пятый этаж, кручу в пальцах ключи. Как вдруг замечаю, что замок взломан. Блядь!
Толкаю дверь и вижу, что вся квартира перевернута вверх дном. Значит, отец снова сорвался. Закрываю дверь, прижимаюсь к ней спиной и сажусь на пол. Уже нет даже злости, лишь отчаяние.
Почти целый день разгребаю завал в квартире. Отца нет, значит, снова сбежал к своим корешам. И где его искать? Насрать. Скорее бы он уже сдох. Ненавижу! Моюсь, ужинаю, затем чиню замок. Родитель спер все деньги, которые сам же и откладывал. Благо, свои я держу в банке на счете. Жить с наркоманом и алкашом — врагу не пожелаешь. Поэтому и стараюсь ни с кем не сближаться. Гадко.
Наутро быстро одеваюсь, затем звоню участковому, докладывая, что папаша снова ударился в приключения. Пожилой полицай лишь хмыкает. Вытаскивая отца из передряг, мы почти сдружились. Жду его, затем вношу в опись пропавшие вещи и еду в универ. Хочется забыть обо всем дерьме, происходящем в жизни. Кто-то должен за это ответить. И конечно же, мозг подкидывает сочную картинку голого женского тельца, распластавшегося на постели. Сегодня я оттрахаю эту сучку.
    
Глава 4
 
Рита.
Это не я, это не я! Пытаюсь прикинуться глухой дурочкой, но уверенные шаги прямо к моей парте доказывают, что Шевцов настроен решительно. Так это к нему в спальню я завалилась ночью? Блиин! Зажмуриваюсь и замечаю, что в аудитории все еще стоит оглушительная тишина. Ощущаю на себе пристальные взгляды одногруппников. До этого момента они и знать не знали, что учусь с ними, а теперь вот — стала жертвой пятикурсника и наверняка попаду в эпицентр университетских сплетен.
— Пошли, — жестко говорит Алекс, — поговорить надо.
— Никуда я с тобой не пойду! — пищу, тем не менее податливо поднимая глаза.
Парень хватает меня за руку, силой выдирает из-за парты и толкает к выходу. Помогите! Но вокруг вижу лишь изумление и возмущение. Конечно, ведь почти все одногруппницы либо спали с ним, либо мечтают об этом в своих влажных фантазиях. Вдруг в кабинет влетает Стася. Она видит меня, Шевцова и его руку на моем плече. Роняет челюсть, пока он выводит меня прочь из аудитории. Мне конец! Как только закрываем дверь, сзади кабинет взрывается громким гулом.
— Ну наконец-то я тебя нашел, — мурчит этот кот, затем обнимает меня за талию, — пошли-ка поболтаем, цыпа.
Дергаю плечом, отстраняясь от него. Из горла вырывается лишь жалкое бульканье. Судорожно вдыхаю ртом воздух, оглядываясь по сторонам. Как назло, на втором этаже нашего корпуса полно студентов. И все вокруг будто знают мой порочный секретик. Алекс заталкивает меня в женский туалет, в дальнюю кабинку, где… ох! Прямо на унитазе сидит Рома. Пячусь, но ощущаю спиной твердую грудь блондина. Здесь слишком тесно для троих!
— А ты молодец, — почти черные глаза брюнета сканируют меня, заставляя дрожать, — быстро нашел нашу почти целочку.
Что? Нашу? Минуточку! Почти кого? Мысли судорожно носятся по черепной коробке. Пытаюсь уловить хоть одну, но тщетно.
— Я… не… ой! — слышу, как защелкивается кабинка, а гул в коридоре затихает, оповещая о начале пары, — мне нужно на занятия.
— Не нужно, — протягивает Алекс, — Риита.
От того, как он произносит мое имя, низ живота отвечает резким возбуждением. Нет, ну, пожалуйста! Рома хватает мое запястье и притягивает к себе, прижимаясь носом к животу. Забываю, как дышать. От него потрясающе пахнет хвоей, пряными специями и ванилью. Невольно втягиваю носом мужской аромат. Темные волосы взъерошены, а подбородок скрывает густая щетина. Брюнет выглядит куда старше своего возраста.
— Мы хотели с тобой поговорить, — блондин пропускает прядь моих волос сквозь пальцы, — а ты убежала. Трусишка.
Ладони Ромы ложатся на мои ягодицы и слегка их сжимают. Я окружена. Прямо передо мной похотливый брюнет, а сзади Алекс, опаляющий томным шепотом кожу шеи.
— Чего вы хотите? — вырывается едва слышным писком.
— Тебя хотим, малыш, — рычит Рома, снова обволакивая низким баритоном.
— Я не могу… в каком смысле меня? — машинально хватаю его за руки, пытаясь отодрать их от своей задницы.
Алекс не дает мне этого сделать, ловит запястья и заводит их за голову. Живот оголяется, рубашка предательски ползет вверх. Пальцы брюнета уже под юбкой.
— Не надо, — чувствую, что вот-вот заплачу.
Мне действительно страшно. Ночью я была во власти наваждения, а сейчас вполне осознаю последствия. За один разговор с Шевцовым местные курицы меня распнут, что же говорить о… ах! Шаловливые ручонки Ромы уже под трусиками, гладят мои губки.
— Ночью ты была более сговорчивой, — шепчет Алекс.
— Вы мне что-то подмешали, — чувствую, как голос срывается, выдавая растущее желание.
Но вдруг оба отстраняются, и брюнет жестко разворачивает меня, прижимая к холодной стене туалета. Заглядывает в мои глаза, опускается к губам, затем облизывается.
— Не нужно от нас убегать, малыш, — блондин протискивается с другой стороны.
— Ну так что вам нужно? — стараюсь сделать голос серьезным.
— Твое сладкое тельце, — мурчит Алекс, — когда мы этого захотим.
— Нет! — выпаливаю, — я не хочу таких отношений! Вчера меня просто опоили!
— А мы хотим, — снова томный баритон срывается на почти животный рык.
Пытаюсь оттолкнуть их и выбраться из туалета, как вдруг слышу семенящие шаги из коридора. Замираю, почти ударившись лбом о дверь туалета, а эти два гада лишь улыбаются. Рома прижимает меня спиной к себе, снова забираясь под юбочку и поглаживая внутреннюю часть бедра. А блондин аккуратно расстегивает верхнюю пуговицу рубашки, проводя пальцем по груди.
— Ритка! — голос Стаси роняет сердце в самые пятки, — где ты?
— Ну что будешь делать, Риита? — протягивает Шевцов, затем обращается к другу и шепчет, — мы-то уже с испорченной репутацией, а наша отличница вряд ли готова к ужасам, что ей устроят после того, как лучшая подруга застукает ее в сортире с двумя парнями.
Сглатываю, понимая, что Алекс прав. Настолько ли я доверяю ей, чтобы посвятить в свою порочную тайну? Молчу, боясь даже вдохнуть. Стася какое-то время бегает по туалету, затем семенит прочь.