Цунами. История двух волн

Я провела пальцем вдоль синяка на запястье и закусила губу.
— Если бы я могла, я бы сохранила их навечно. Я бы вставила их в рамку, сделала бы татуировку, чтобы навсегда запомнить их границы, потому что это все что мне останется, когда ты улетишь. Я бы хотела, чтобы моя кожа навсегда запомнила твои прикосновения, чтобы я могла в любой момент времени видеть, что я твоя.
Я крепче стиснула его подбородок, явно причиняя боль разбитой губе, и мы какое-то время просто молчали. Потом он притянул меня к себе и спрятал, накрыв одеялом с головой.
— Я же говорил, ты сумасшедшая.
Я молчала. У нас оставалась всего пара часов.
Я расчесала волосы и убрала их в хвост. Из кресла у окна я могла бросать взгляды поверх телефона, запечатлевая его неспешные сборы.
— Ты так и не сказал, как тебе Россия? — Хиро не ответил, словно не услышал моего вопроса. Я окликнула громче, свитер выпал из его рук и разметался по кровати беспомощной синей птицей.
— Поехали со мной.
— Что ты сказал?
Его глаза были серьезными.
— Сейчас. Полетели со мной, сейчас. Улетим, поженимся, будем вместе. К черту все, я устал тебя отпускать.
Я видела, что ему действительно этого хочется. Полгода, да даже два месяца назад я бы согласилась, я бы захлебнулась радостью и завизжала — дааа! Потому, что улететь с ним было и остается моим самым горячим желанием. Но я не была прежней Ниной, я стала другой. Я оказалась сильнее, чем рассчитывала. Поэтому медленно, так медленно, словно моя шея окаменела, я покачала головой.
— Знаешь, есть такая скандинавская загадка: "Когда ты идёшь к нему, он идёт от тебя. Когда ты идёшь от него, он идёт к тебе" у нее два ответа.
— Тень? — спросила я.
— Да, тень. И любимый человек, — он вздохнул, — Не убегай от меня, Нина, просто держись за меня и у нас все получится.
Хиро поцеловал меня, долго-долго не отрываясь, словно стараясь удержать меня с собой одним прикосновением своих губ.
Прося меня поехать с ним, он видимо, заранее знал, что я отвечу. Но все-таки спросил. Позвал меня с собой, хотя знал, что я откажусь. Эта нежность грела меня изнутри, когда я наблюдала, как его такси скрылось за поворотом. Я плотнее закуталась в шарф и вернулась в свою жизнь. Потому, что мне нужна была моя жизнь.
"В Нарита в декабре"
"Это вопрос?"
"Я покупаю тебе билет, если до завтрашнего дня ты не назовешь удобную дату, я выберу ее сам"
Мы сошлись на рейсе двадцать восьмого. Хиро пытался сторговаться на рождество двадцать пятого, но я боялась, что не успею подтянуть все предновогодние учебные хвосты.
В этот раз расставание я перенесла легче. Я становлюсь настоящим экспертом по расставаниям! Я надела теплые чулки, позвала Агату и Риту и купила две банки мороженого. Я не спрашивала, чем заняться, предложила три романтические комедии на выбор, и мы смотрели кино и поедали мороженое. Это было гораздо приятнее, чем плакать в темноте, поэтому я решила, что нужно ввести еженедельные киносеансы.
Мне нужен был план, поэтому следующим утром я положила перед собой ручку и лист бумаги. Переезд в Японию вдруг стал казаться не таким далеким, как я думала раньше.
Хиро настаивал, что мне нужны знакомые в Японии, к которым я могу обратиться в случае экстренных обстоятельств. Знакомые значит знакомые, я заведу их. Интроверт внутри меня попытался воспротивиться, но я убила его.
Я открыла русскоязычный форум, где общались живущие в Японии соотечественники, и принялась методично изучать профили. Особенно меня интересовали девушки, вышедшие замуж за японцев. Через некоторое время я выписала пару имен и разослала девушкам письма примерно одинакового содержания — приезжаю в Японию в декабре, у нас есть общие интересы, пара слов о себе, вот мой скайп, буду рада общению.
Уже к вечеру почти все ответили и добавили меня.
Становилось все холоднее. Я нашла потрясающее зимнее пальто, темно-вишневое, без лишней фурнитуры, расширяющееся колокольчиком вниз. С каждой новой вещью, и с каждой выброшенной мой гардероб все больше мне нравился. Краска на волосах побледнела, и теперь они были нежно-розового оттенка, я собиралась обновить ее в ближайшем времени.
Чем я занималась в ноябре?
Я обламывала скорлупу с новой себя.
В Японии фонарные столбы покрыты антивандальными пупырышками. Они мешают клеить объявления, и поверхность остается чистой. У нас не используют подобного покрытия, поэтому в оклеенном разноцветными бумажками столбе нет ничего удивительного. Что заставило меня остановиться?
Розовое, как мои волосы, объявление от школы танцев. Не то чтобы я горела желанием ходить в школу танцев, но бегать стало холодно и мне хотелось найти какой-то новый вид активности, который можно осуществлять в помещении. Танцы должны были подойти. Я изучила список.
Бальные танцы, нет, благодарю. Разнообразные латинос — сальса, бачата. Визуально такие танцы мне нравились, но они требовали партнера. А мне не хотелось танцевать с партнером, точнее мне хотелось танцевать с определенным партнером, но к данной ситуации это отношения не имело. Танец живота? Экзотично, но не уверена, что это подходит в качестве активного времяпровождения. Я представила себя с оголенным пупком, извивающейся под ритмы восточной музыки, и не смогла сдержать улыбки.
Стрип-дэнс. Танцы на шесте. Чем дольше я смотрела на эту надпись, тем более оформленным становилось желание познакомиться с этим поближе. Холодный ветер трепал мой шарф. Год назад я бы записала номер. Вечером обсудила бы это с Ритой. Мы бы посмеялись и построили бы кучу предположений на тему того, как проходят занятия и что конкретно там изучают. Сейчас я просто вытащила телефон и набрала номер.
С девочкой-менеджером мы договорились, что в четверг я зайду на пробное занятие. Попросили взять с собой удобную не сковывающую движений одежду. Не бикини и на том спасибо.
Зима чувствовалась в воздухе задолго до ее календарного начала. Ветер собирал свинцовые волны в мелкую рябь, масляные пятна на воде у набережной расплывались сюрреалистичными разводами, словно торопясь привнести немного яркости в этот серый и недружелюбный мир.
По пути домой я зашла в книжный магазин. В последнее время мне остро стало недоставать ежедневника. Можно было конечно воспользоваться соответствующим приложением для телефона, но я испытывала почти ребяческое удовольствие, перелистывая настоящие страницы и делая пометки разноцветными маркерами и приклеивая стикеры поэтому бумага победила.
Когда я внесла в ежедневник мое расписание, то была несколько озадачена его плотностью. Впихнуть уроки танцев было некуда совершенно. Придется чем-то жертвовать, но чем?
Я поднялась на технический балкон шестнадцатиэтажки и села, высунув ноги между прутьями. Грязный шершавый цемент подо мной. Из угла скалилась запыленная неваляшка. Я откинулась и легла на спину, под моими ногами струился воздух высотой в шестнадцать этажей.