Дом, где тысячи дверей

Я опрометью кинулась по коридору к ближайшей “лишней” открытой двери.
За дверью оказалась уже знакомая лесная опушка, посреди которой топталась избушка на курьих ножках. Змея на этот раз, к счастью, не было.
Высунувшись из дверного проема, но не рискуя идти дальше, я попробовала покричать.
— Павел Петрович! Степа!
Никто не откликнулся, только избушка как-то беспокойно заперебирала ногами.
Так. Ладно. Есть и другие двери. Если углубляться в лес, можно потерять тех, кто, может быть, топчется сейчас по ту сторону любой другой из дверей.
Собравшись возвращаться и развернувшись, я буквально уткнулась носом в грудь Матвея — оказывается, он стоял прямо за моей спиной.
— Это что за декорации? — он повел носом. Ну да, запах леса сложно подделать. Но давать ему пространные объяснения пока некуда. Лишь бы и этот не пропал.
— Не вздумай соваться! — постаралась скомандовать непререкаемым тоном, но получилось, честно говоря, довольно жалко. Вот и этот… красавчик недоверчивый посмотрел эдак снисходительно.
Интересно, что особо обеспокоенным судьбой родственников он не выглядел. Его скорее заинтересовал неожиданный пейзаж за дверью, которая должна была вести в комнату. Ну конечно, он ведь пока и не осознает, что могло произойти. Ну в самом деле, что может случиться с человеком в обычном современном доме, пусть даже с неработающим телефоном? Ну заблудиться можно при таких размерах. И то вряд ли надолго. Или вот выйти не с той стороны…
Впрочем, Матвей, по крайней мере, убедился, что его родных нет здесь в пределах видимости, так что позволил все-таки себя увлечь обратно в коридор. Я постаралась захлопнуть дверь за собой, но она упорно почему-то открывалась. Ладно, время не ждет.
Я сунулась за вторую дверь.
Ой-ой. Кажется, у кого-то здесь воображение работает совсем не в ту же сторону, что у меня. Это я мечтала, похоже, о сказках и всяких фэнтезийных мирах, даже если сама себе в этом не признавалась. А кто-то хотел попасть… видимо, в будущее. Или в научно-фантастический мир.
За дверью располагалась смотровая площадка, с которой открывался вид на город с небоскребами до неба и многоуровневыми развязками. Впрочем, машин — почти привычного вида, только очень обтекаемых и капсулообразных — там было не так уж много. Куда больше — шныряющих туда-сюда летающих стеклянных шариков, внутри которых угадывались очертания пассажиров. В голове само собой всплыло булычевское “флипнуть до космодрома”. Да, космодром здесь наверняка есть.
Хотя бы потому что на смотровой площадке мы с Матвеем были не одни. И далеко не все любовавшиеся городскими видами были людьми.
Совсем рядом с нами стоял буквально зеленый человечек, совсем такой, какими их рисуют в журналах про НЛО — маленький, лупоглазый, тонкокостный, с ручками-веточками. А рядом с ним второй — вдвое меньше. Тот, что побольше, — родитель? — показывал на что-то мелкому, вытянув тоненькую руку, и лопотал по-своему.
Чуть дальше стоял паук. Просто паук, ростом вдвое выше человека. И, наверное, я бы заледенела от ужаса и завопила, если бы не его вид — какой-то очень обыденный. Паук напоминал обычную косиножку, только увеличенную во много-много раз, с трогательно-тонкими ногами и коленцами выше кругленького тельца. А еще на брюхе у него было намотано что-то подозрительно похожее на одежду, даже еще со множеством карманов. А на коленце одной из ног оказалось закреплено что-то вроде сумочки. В другой ноге… или руке… словом, конечности, приподнятой перед собой, паук держал округлый предмет и непрерывно на него нажимал, направляя на город. Надо полагать — фотографировал. В целом паук был похож на туриста настолько, насколько вообще может быть на него похоже гигантское членистоногое.
Было здесь и несколько человек, самых обычных — любующаяся видами девушка, старушка с букольками, держащая за руку внука, и пара мужчин в одинаковых синих комбинезонах, почему-то сразу показавшихся форменными. И один из них, заметив нас, тут же к нам направился.
— Молодые люди, будьте добры, ваши документы.
— Минутку, — на мгновение моя рука действительно дернулась, пытаясь нашарить на плече несуществующую сумку с документами, но я тут же опомнилась. Документов этого мира у меня уж точно нет. И Матвею лучше не давать возможности ничего сказать, пока беды не вышло. Я уже и так вижу, что никого из Самохваловых здесь нет. А вниз со смотровой площадки ведет длинная, целиком просматривающаяся отсюда лестница, спуститься по которой никто из них не успел бы.
Сделав шаг назад — в дверной проем, я чуть ли не втащила за собой Матвея, слишком обалдевшего, чтобы всерьез сопротивляться.
— Это что сейчас было? Кино снимают или что? Или… голограмма? — как-то неуверенно закончил он, оглядываясь на дверной проем, в который пытались заглянуть мужчины в форменных комбинезонах. — Ты не говорила…
— Потом объясню, — коротко посулила я, прикрыв дверь на смотровую площадку — до конца ее закрыть тоже не получилось — и уже шагнув к третьей двери. Надо проверить все.
Здесь оказался великолепный сад, утопающий в самых невероятных цветах. А над цветами порхали феи. Крохотные, с ладонь, человечки со стрекозиными крылышками, одетые во что-то, очень напоминающее хитро завернутые цветочные лепестки и листья.
И стоило мне шагнуть из дверного проема, как одна из них с разбегу… эээ, то есть с разлету… нет, как-то все же это неправильно звучит. Словом, эта мелкая дрянь впечаталась прямо мне в глаз.
Кстати, обычно “искры из глаз” — это, кажется, фигуральное выражение. Но вот сейчас они вообще были не фигуральными, эти искры. Самые что ни на есть нормальные искры. Розовые. И меня ими обсыпало с ног до головы. Правда, летели они все-таки не из моих глаз, а от крылышек феечки.
Фея, кстати, тут же отлетела, как-то вихляясь в воздухе, и возмущенно запищала.
— Смотри, куда прешь, оглобля здоровенная!
Я и попыталась смотреть. Как только удалось проморгаться. Надеюсь, хоть фингала она мне не поставила?
Лицо Матвея в этот момент было достойно запечатления — жаль, телефона у меня под рукой не случилось, чтобы сфотографировать.
А вот реакция у него оказалась ничего так. Сделав быстрое движение рукой, он сцапал феечку прямо в воздухе и зажал ее в кулаке — так что сверху только голова торчала, а снизу дрыгались кукольные босые ножки.
На этот раз очаровательное волшебное создание даже не запищало, а прямо-таки заверещало. Скорее всего, и ножками бы своими крохотными затопало, но в нынешнем положении оставалось ими только сучить.
Матвей же, не реагируя на визг на грани ультразвука, со сложным лицом рассматривал это диво. Глаза у него были в форме плошек. Еще и пальцем второй руки потыкал — настоящее ли?
Я бы, кстати, на его месте не стала так делать. Но, кажется, ему повезло — это оказалась не та зубастая порода фей, с которыми мне уже доводилось встречаться. Откуда ж ты взялся-то такой везучий, а?