Невеста для Москвича

На следующее утро меня разбудил звонок телефона.
— Алло...
— Моя фрейлин. Я уже говорил, что ты настоящий талант. — это был Луи, который от возбуждения ещё больше обыкновенного выделял в словах букву "р", как истинный француз.
— Да, Луи, говорил.
— Так вот, ты не просто талант. Ты — настоящий маэстро живописи. Моя жемчужина.
— Вот это да! Столько комплиментов я ещё не слышала. — я засмеялась, приподнимаясь с подушки, предрекая хорошие новости.
— И это только начало моих комплиментов.
— Да что же случилось, Луи?
— Вчера я получил столько положительных отзывов о тебе и твоих работах, что до ночи принимал восторженные похвалы. — Луи весело щебетал, будто соловей в майский вечер. — И самое главное — были проданы 8 картин, ещё 4 на брони.
— О боже, Луи. Это просто чудесно! — от таких эмоций и радости слезы выступили на глаза и я зашмыгала носом в трубку.
— Ну-ну, моя фрейлин, не стоит плакать.
— Это слезы счастья.
— Такой успех под силу не каждому. — француз был радостен как никогда. — И самая главная новость — несколько картин были проданы намного дороже изначальной цены. Марианна, ты богата. Сегодня я переведу тебе всю сумму. Моя фрейлин, теперь ты можешь позволить себе купить собственную квартиру, а не снимать эту крохотную комнатенку на окраине столицы.
Распрощавшись с компаньоном, я положила трубку и медленно подошла к зеркалу в ванной комнате. В отражение на меня смотрела теперь не неуверенная в себе девочка, которую продали, а успешная женщина. Я чувствовала, как внутри меня трансформируются мысли, чувства, меняется поведение.
Через несколько часов, как и обещал Луи, на мой счёт поступили деньги. От количества нулей зашкаливало воображение. "Я богата!" — не уставая повторяла себе я.
    
Снова ты
Ты с ума сошла. Не надо тебе больше снимать эту комнатушку, где не помещаются все мольберты. — мы с Ромео зашли отметить в кафе окончание сессии и мой успех на выставке. Все картины были куплены и оплачены. — Да и подумай о ребенке, который скоро появится, вам нужно больше пространства.
— Да, ты наверное, прав. — я с удовольствием наслаждалась общением с Андреем. Из-за постоянной работы, у нас все было меньше времени на разговоры.
— Вот и молодец, что так быстро соглашаешься. — Ромео заулыбался.
— На самом деле, я присмотрела одну квартиру. — рассекретила я. — Хочу, чтобы ты со мной её посмотрел.
— Отлично. Я только "за".
Мы с Ромео договорились о встрече с риэлтором, который показал новую просторную квартиру с двумя комнатами и свежим ремонтом в многоэтажном доме.
— Ребеночку будет здесь хорошо — садики, школы. — щебетала молоденькая девушка-риэлтор с курносым носиком.
— Мне нравится. — Андрей многозначительно посмотрел на меня.
— Ну вот, папочка согласен. — продолжала трель курносая.
Мы с Ромео переглянулись и от души в унисон расхохотались. Девушка-риэлтор явно смутилась от такой неожиданной реакции странной парочки. Но когда я дала согласие на покупку квартиры, курносая смогла выдохнуть.
Квартира была идеальной по всем параметрам. Интерьер в светлых оттенках, две просторные комнаты и большая кухня. Ещё недавно я не могла и мечтать о таком. Мысленно обставляя интерьер детской, мне хотелось побыстрее увидеть малыша. Оставалось три месяца до его появления.
— Так кто там, у тебя внутри? — подмигиваю спросил Ромео, когда мы распрощались с риэлтором.
— Девочка. — мечтательно произнесла я. — Вчера на УЗИ она наконец рассекретилась.
— Это отличная новость. — весело проговорил сокурсник.
— Как у вас дела с Луи? — я старалась не спрашивать лишний раз о личном у Андрея.
— Ты знаешь, все складывается просто замечательно. Я ведь тоже переезжаю. Буду жить у Луи.
— Андрей, я так рада. Теперь ты под присмотром и в надёжных руках.
Француз был старше нас и заботился об Андрее.
На следующий день я подписала все необходимые документы, внесла необходимую сумму денег и получила ключи от новой квартиры. Наняв двух мастеров, был переделан интерьер комнат, а Андрей сделал подарок в виде красивого рисунка на стене в детской.
В галерее было много дел. Я должна была закончить все полотна, которые Луи должен выставлять на аукционе во время моего декретного отпуска. Поэтому обычно я задерживалась допоздна, чтобы потом было время отдохнуть. Луи оставлял мне ключи от галереи.
На улице было уже темно. Растаявший снег ещё немного освещал дорожки. Застегнув длинный тёмный пуховик и надев на голову красный палантин, я вышла из галереи и закрыла входную дверь.
Автобус должен был приехать через 20 минут. Поэтому я имела возможность пройтись не спеша по улочке.
— Опасно в такое позднее время беременной девушке ходить одной. — этот голос я узнала бы из тысячи. Стас.
— Что ты здесь делаешь? — повернув голову, я увидела, как мужчина вышел из нового внедорожника.
"Значит, дела его идут хорошо" — отметила я про себя. Москвич в удлиненном чёрном пуховике выглядел слаженно. За это время он совсем не изменился. Только лёгкая небритость отличала его от привычного образа.
— Решил подвезти тебя. — Стас внимательно смотрел на меня, пытаясь рассмотреть сквозь толстую ткань пуховик округлившийся живот.
— Я сама доеду... Мне не привыкать.
— Марианна, я все равно еду в ту же сторону.
— В ту же, это в какую? — я была в бешенстве от такой наглости поведения. Он что, следил за мной все это время и знает, где я живу.
— Я знаю, где ты живёшь. — подтвердил мои опасения москвич. — Тем более, что нам явно есть, что обсудить.
— Нам совершенно нечего обсуждать! — я попыталась пройти мимо, но Стас схватил меня за руку.
Под светом уличного фонаря мы смогли рассмотреть друг друга. Все тот же пронзительный взгляд сверлил меня насквозь. Только я изменилась, и внешне тоже. Беременность сделала меня слегка неуклюжей, хотя я не сильно прибавила в весе.
— Марианна, нам точно есть, что обсудить. Например, твою беременность. — москвич говорил каждое слово членораздельно.
— Да, точно, это моя беременность.
— Ты все ещё моя жена.
— О, да ты вспомнил обо мне. — внутри все кипело, я хотела влепить ему пощёчину. Он бросил меня. Как он мог!
— Я не забывал тебя. — устало произнёс Стас. Было не понятно, радоваться от этих слов или печалиться, так как москвич все ещё считает меня виновной в крахе фирмы.
— Мне пора. — я сделала ещё одну попытку уйти, но он все ещё крепко держал мою руку.