Графиня на стриме
Как, как мне избежать замужества?
Перстень на среднем пальце, который не подавал признаков жизни, пока отец или граф Стендброк были рядом, запульсировал и рука налилась свинцом. Чем дальше я уходила, тем сильнее горела кожа и, в конце концов, я не выдержала.
Остановилась и обернулась — бедные Роззи и Сиззи сбились в кучу, чтобы не врезаться в меня.
— Леди Элиза… давайте вернемся, — захныкала одна. — Жарко!
Я сглотнула. Граф сидел к нам спиной, спокойный и непоколебимый.
Слуги поили лошадей и мои служанки переминались с ноги на ногу, ожидая дальнейших указаний. Палец пульсировал и я с ненавистью сжала телефон в кулаке.
— Идем, — сказала сквозь зубы и вернулась к карете.
— Вам лучше? Больше не укачивает? — спросил Роберт старший с усмешкой.
— Нет.
— Нет, ваше сиятельство, — и снова улыбка.
Я фыркнула и потянулась к ручке двери, но граф опередил меня, заблокировав механизм с другой стороны. Не знаю, сколько мы провели в молчании, сверля друг друга взглядами, но первой сдалась я.
И не потому, что Роберт старший победил, нет. Только из жалости к Сиззи и Роззи.
— Спасибо за заботу, ваше сиятельство. Мно гораздо лучше, — граф воспринял капитуляцию с широкой улыбкой и открыл дверь кареты, а мне захотелось запустить ему телефоном в лицо.
Служанки заняли места следом и в тягостном молчании мы тронулись в обратный путь.
— Благодарю за прогулку, леди Элиза. Надеюсь завтра увидеть вас снова, — граф не стал дожидаться, пока я протяну ему руку и взял ее сам, едва коснувшись губами перстня, так что холод разлился по коже.
— В нашем доме вы всегда желанный гость, — Аннабель улыбнулась ему и, раскланявшись, граф уехал.
По кивку графини служанки были отпущены отдыхать и мы остались вдвоем.
— Как прошла прогулка? — спросила Аннабель, беря меня под руку и увлекая за собой к конюшням.
— Никак. Лучше бы ее и не было!
— Не воспринимай желание графа произвести на тебя впечатление как хвастовство.
— Меня от него тошнит! — мы вошли под деревянный свод конюшни и в нос ударил запах свежего сена и лошадиного пота.
— Элиза…
Я подошла к стойлу Басси и погладила лошадь по морде. Мохнатая голова уткнулась в плечо и мягкие губы зажевали прядь волос.
— Лучше умереть… — прошептала глухо и заморгала, смахивая непрошенные слезы.
— Дай графу шанс, не руби с плеча, — и, помолчав немного, добавила. — Идем в дом, выпьем травяного чая? Я попрошу приготовить твой любимый десерт.
— Спасибо, но я хочу побыть одна…
— Хорошо, душа моя. Если понадоблюсь, я буду в оранжерее.
Оставшись одна, я подобрала юбки и не без труда оседлала дверцу, отделявшую стойло от конюшни. Басси доверчиво положила голову мне на колени, тихо похрапывая, и я обняла ее, вдыхая ставший родным запах.
— Как думаешь, чтобы избежать замужества и сбежать, мне хватит сил отрубить собственный палец, Басси? Или попросить сына кузнеца перекусить ободок клещами? — тихо спрашивала я совета у лошади, заплетая в мелкие косы шелковистую гриву. — Или ему сил не хватит? Все-таки, кольцо не простое, а волшебное…
— Я могу попробовать, — бас Роберта Стендброка младшего напугал до чертиков и, вздрогнув, я обернулась, гневно сверкнув глазами.
В запыленном с дороги камзоле и сбившейся у шеи белой рубашке, он завел в конюшню пегого жеребца и, зачерпнув из бочки воды, напоил. А вторую порцию вылил себе на голову, фыркая и вздрагивая от удовольствия.
— К счастью, твой самовлюбленный отец уже уехал. Но, если поторопишься, сможешь его догнать — золотые кареты отличаются крайней медлительностью.
Роберт хмыкнул и тряхнул головой, обдавая все вокруг фонтаном холодных брызг.
— Не страшно, ведь я приехал к вам, Элиза.
ГЛАВА 15Это что-то новенькое.
Я спрыгнула на землю, проигнорировав протянутую руку, и разгладила пышные юбки.
— У меня нет настроения развлекать еще и тебя, — Басси за спиной фыркнула и ткнулась мордой в плечо.
— Элиза, в скором времени вы станете графиней Стендброк. Все знатные семейства этого захолустья явятся к вам на порог, чтобы…
— Пускай. Мне не впервой быть в центре внимания.
— Боюсь, вы не совсем понимаете, какое внимание я имею в виду, — я равнодушно пожала плечами.
— Все равно. Я не выйду замуж за твоего отца, лучше умереть, — прозвучало совсем по-детски, но слова Роберта младшего только усилили досаду.
— Все или ничего! — Роберт улыбнулся и снял камзол. Закатал рукава рубашки по локоть и подбоченился. — Вы молоды и потому рассуждаете абсолютными категориями.
— Не нравится — не слушай!
— Ну почему же. Ваша непосредственность доставляет мне массу удовольствия, однако добавляет работы.
— Что?
— Я подумал над вашим предложением, Элиза. И согласен помочь, но с одним условием.
Я опешила.
Что, вот так просто? Он подумал и решил помочь? А раньше сказать нельзя было!? Или мучать меня уже вошло у младшего Стендброка в привычку?
— Да неужели?
— Вы могли бы выслушать меня, не перебивая?
Жеребец за спиной Роберта младшего заржал, ему вторила Басси и выглядела лошадиная перекличка так, будто они на пару смеялись надо мной.
— Предательница! — прошептала я, скрестив руки под грудью, а кобылка в знак примирения опять начала жевать мои волосы. — Я тебя… вас внимательно слушаю.
— Наконец-то, вы начали слушать голос своего разума, — начал Роберт младший, но, увидев выражение моего лица, осекся и поднял руки ладонями вверх. — Это комплимент, дорогая леди. Потакать своим желаниям и эмоциям — верный путь в никуда.
— Так что ты от меня хочешь?
— К сожалению, вам не удастся избежать свадьбы с моим отцом. Тут я бессилен, — я фыркнула — и что мне за дело до всего остального, если об этом он позаботиться не может? — Но свадьба не главное. Граф Стендброк очень щепетилен в вопросах чести. Боюсь, — Роберт сделал паузу, осматривая меня с ног до головы. — Ваши манеры рано или поздно сведут на нет преимущество благородного происхождения. Если не хотите, чтобы супружество стало для вас тюрьмой, научитесь себя вести.
— Это и есть твое условие, быть послушной?
— Нет, но я не хочу, чтобы вы пострадали, — спокойно ответил Роберт и я напряглась. В тоне голоса не было ни намека на угрозу, но от короткого брошенного в мою сторону взгляда, мурашки побежали по спине.
— Что вы имеете ввиду?