Проклятый фараон

— Поднимись, воззвавшая, — мелодичный женский голос прозвучал у меня над головой.
Медленно открыв глаза, я подняла голову и увидела, что в комнате появились новые лица. Мой взгляд медленно скользил по новым действующим лицам. Даже слепец не назвал бы их людьми — крылья, животные формы, сияющие ореолы вокруг. Молодец, Мари, перед тобой самые настоящие боги. Ты вызвала их.
    
22
Не знаю, какими я ожидала увидеть богов. С детства впитанные представления об ангелах порождали фантазии о сияющих фигурах с белоснежными крыльями и величественными выражениями лиц. Конечно, я знала, что египтяне изображали их в животных формах, но одно дело знать, а другое — увидеть собственным глазами.
Сомнений в чудесном происхождении существ, представших передо мной, быть не могло. Кроме характерных полуживотных черт было в них что-то еще, могучая сила, буквально наполнявшая воздух вибрацией. От нее, как от электричества, мельчайшие волоски на теле вставали дыбом, а сердце билось быстро-быстро. Если бы мне пришлось описать явившихся одним словом, то это было бы величие. Оно светилось в лицах, сквозило в каждом движении и ощущалось сладкой судорогой в низу живота. Боги сияли. От них исходило мерцание, словно от Нимфеса, когда я встретила его впервые. Только страх удерживал меня сейчас от того, чтобы подойти и прикоснуться к этим сосредоточиям волшебства.
На зов отозвалось семеро. Три женщины и четверо мужчин устремили взгляды на меня, заставляя почувствовать презренным червяком перед благородными лордами. Я скользила взглядом по великолепным лицам, пока не остановилась на том, что вызывало страх и ужас. Сет. Сияние, исходившее от остальных, теряло силу и быстро сходило на нет рядом с ним, словно пожираемое чем-то невидимым. Что можно сделать с существом, которого избегает даже божественный свет?
— Мы услышали твой зов и готовы выслушать, — проговорила женщина с кошачьим телом и искрящимися зелеными глазами. Я не была сильна в мифологии, но подозревала, что передо мной находится Бастет — хранительница дома и очага. — Говори.
Господи, это же боги! Как я могла посметь связаться с ними? А что, если ничего не получится и они просто решат избавиться от наглой девчонки, посмевшей потревожить их покой? Страх ледяной рукой сковал сердце, но мысль о Нимфесе придавала сил. Давай, Мари, это твой шанс. Слишком многое на кону, чтобы стоять немым истуканом.
— Я требую божественного суда, — пересохшие губы слушались с трудом. Голос был хриплым, но хотя бы не дрожал. — Вы благословили наш брак с Нимфесом и навсегда отдали его мне. Но Сет забрал моего мужа, использует его тело и поставил под сомнение ваше благословение и закон.
— Как ты смеешь, смертная, судить поступки бога? — голос Сета прогремел под потолком. Мужчина сделал шаг вперед и я невольно отступила, чувствуя, в какой опасности нахожусь. — Ты получила щедрый дар и сохранила жизнь в обмен на потерю.
— Твоя просьба дерзка и непочтительна, — проговорил один из богов, стоявший сразу за Сетом. У него было человеческое тело и голова птицы. Большие глаза с вертикальным зрачком смотрели пристально и зло. — С чего ты решила, что это наше дело?
— Боги не могут вмешиваться в жизнь смертных, — ответила я, чувствуя, на какую зыбкую почву ступаю. — Сет не только нарушил ваши же законы, но и сеет разрушения в мире.
— Девочка, ты не понимаешь, с какими силами играешь, — в разговор вступил мужчина, внешне вполне напоминавший человека. — Ты посмела вызвать древних богов, чтобы обвинить одного из нас?
— Вы — боги. Ваши обещания — закон. Неужели вы нарушаете вами же данное слово? — открытая враждебность высших созданий не вселяла оптимизма.
— Ты поплатишься за свою наглость, — произнес Сет и в руке его появился призрачный меч, словно сотканный из темного пламени.
Я невольно отшатнулась, чувствуя, как наливаются слабостью колени.
— Постой. В том, что говорит девочка, есть зерно истины. Она и ее фараон испросили благословения на брак и получили его. Мужчина принадлежит женщине, — в разговор вмешалась новая участница.
Вперед вышла женщина. Смуглая, высокая, обнаженная, она выглядела величественной и хрупкой одновременно. В отличие от остальных богов, у меня она вызывала иррациональное ощущение безопасности.
— Хатхор, — птицеголовый мужчина сделал шаг вперед. — Ты защищаешь эту дерзкую девчонку?
— Мы почти мертвы. Никто не поклонялся нам тысячелетия. То, что она сумела вызвать нас из небытия обязывает нас хотя бы выслушать просьбу. Тем более, смертная права. Мы дали свое благословение и брак вступил в силу перед моими глазами. Сет забрал то, что не принадлежит ему.
— Это тело было моим многие тысячелетия назад, — возразил бог войны, с яростью глядя на Хатхор.
— Мы не можем иметь смертных тел, — вмешалась Бастет, поводя плечами и бросая внимательный взгляд на остальных. — Ты знаешь это не хуже нас.
— И ты позволишь смертной девчонке так просто оспорить мое право?
— Если мы преступим наш же закон, то перестанем существовать. Равновесие будет нарушено. Гор, — Хатхор обернулась к птицеголовому богу. — Ты понимаешь это не хуже меня. Образумь его.
— Равновесие будет нарушено, когда любой смертный получит право подвергать сомнению божественную справедливость, — высказался последний из богов, до этого хранивший молчание.
— Я не сомневаюсь в справедливости великих богов, но прошу о ней! — я собрала в кулак остатки воли и обратилась прямо к Хатхор. Что-то глубоко внутри подсказывало, что эта женщина с добрыми глазами способна помочь. — Я всего лишь хочу вернуть своего мужа.
— Девочка права. Тело фараона принадлежит ей. В конце концов, она смогла к нам воззвать, а значит мы не сможем уйти просто так, — проговорила Бастет и взгляд ее темных глаз был направлен прямо на меня.
От внимания такого количества божественных созданий мне было неуютно, но в душе уже зародилась надежда. Они колеблются, а значит есть шанс получить Нимфеса обратно!
— Я не подчинюсь воле какой-то смертной. Проще убить ее и проблема исчезнет сама собой, — прогрохотал в комнате голос Сета.
Бог войны сделал несколько шагов вперед, словно намереваясь тут же претворить свою идею в жизнь. На фоне громадной фигуры я казалась сама себе такой крошечной и незначительной, что хотелось свернуться клубочком и застыть, в надежде, что все как-нибудь обойдется.
— Никто не подчиняется смертным, но все мы поклялись соблюдать законы, что были написаны на заре времен, — пророкотал Гор. Теперь жуткий взгляд птичьих глаз был прикован к Сету. — Ты преклонил колени как и каждый из нас.
— Три тысячи лет в заточении вместе с духом Проклятого фараона! Это тело принадлежит мне по праву, — яростно возразил Сет и воздух вокруг его фигуры ощутимо задрожал. — Никакие пыльные законы не вернут меня в небытие вновь! Былая сила возвращается, я чувствую ее жар в руках. Разве кто-то из вас согласится променять возрождение на постепенное угасание?