Проклятые

Зазвонил телефон, Захаров перевел звонок на гарнитуру и ответил. Выискивая адрес, она больше почувствовала, нежели заметила, перемену.
– Что случилось?
– Еще одно похищение. Девочка девяти лет.
 
4. Рыбалка в темноте
Выплакавшись за ночь, Зоя едва успела уснуть, как дверь подвала открылась. Ослепленная, она не рассмотрела, кого привели. Подвал погрузился в темноту. Замерев, она прислушалась. За стенкой кто-то дышал.
– Похоже, плохи наши дела, – спокойно, словно разговор шел о погоде, произнес пленник за правой стенкой, и девушка невольно дернулась, загремев цепью. Тело отозвалось болезненными мурашками. Неприятно, но не смертельно.
– Они и так были не очень.
– Когда меня только привели, здесь уже сидели двое. Мистики, но не особо сильные, что-то на уровне шаманства. Они сгорели в течение недели. Одного увели и не вернули, другой умер во сне.
– Люблю начинать день с хороших новостей, – отозвалась она. – Ты пробовал бежать?
– Ты можешь попробовать, у меня уже не получится.
– Чего это?
– Сил не осталось, – ответил он бесцветно.
Разговор увял сам собой. Сняв куртку, она еще раз попробовала дотянуться до стола.
– Охранники часто заходят в подвал? – спросила Зоя, повторно наматывая куртку на руки.
– Два раза в день. Один раз приносят еду и ведро, второй раз, чтобы забрать в комнату со скелетом.
– Ведро – это туалет? – упершись ногой в стену, она намотала цепь на руки и что есть силы потянула.
– Угу.
– Настоящий курорт, – сдавленно от натуги произнесла девушка и попыталась подергать цепь. – Все включено.
– Рад, что тебе нравится.
Ощупав ошейник на ноге, поняла, что снять через него штаны, чтобы привязать к куртке не выйдет. Изогнувшись, продолжила его грызть.
– У тебя лишней куртки или кофты не найдется? – спросила она, когда зубы заболели.
– Забрали, когда пытался бежать в прошлый раз.
– Ого, далеко удалось уйти?
– Выбрался из дома, а там собаки шум подняли. Даже через забор перелезть не успел, эти твари повисли на мне.
– Лес далеко?
– Нет, метров пятьдесят. Но из-за меня поменяли ошейники на плетеный многослойный пластик.
– Да, этот уже не разгрызешь.
За стенкой завозился третий пленник. Все умолкли. Пока Зоя искала подходящие по случаю слова, как не напугать товарища по несчастью, дрожащий детский голосок произнес:
– Мама?
Мысленно обложив похитителей всеми известными ей нецензурными выражениями, Зоя нащупала край деревянной стены, но цепь не позволила туда заглянуть.
– Прости, малышка, но мамы тут нет, – тихо произнесла она.
Ребенок в темноте испуганно захныкал.
– Я понимаю, понимаю, малыш. Но мы тут, мы тебе поможем.
Холодные крохотные пальчики нащупали ее руку в темноте.
– У тебя куртки не найдется? Хочу попытаться стащить что-нибудь со стола.
Девочка отдала куртку и кофту. Импровизированная веревка мазнула по краю стола и шлепнулась на пол.
– Идут, – вдруг скомандовал сосед справа. – Не спорьте и не ругайтесь с ними, а лучше не разговаривайте вовсе.
Развязав веревку, Зоя вернула вещи девочке и попросила ту сидеть тихо. Едва они договорили, дверь открылась. Свет коридора обрисовал рослую фигуру с пакетом в одной руке и ведром в другом. Остановившись у первой кабинки, вытащил что-то из пакета и бросил на пол. Поставил ведро.
– Ладно, я уже и не дойду, но хоть девочек можно в нормальный туалет сводить?
Судя по звуку, соседа пнули вместо ответа. Подняв ведро, он сделал шаг и оказался перед Зоей. Сжавшись, она снизу вверх посмотрела на мужчину. На землю рядом с ней упал хлеб без упаковки. Жестяное ведро со звоном опустилось на пол.
– Нет, спасибо, – не двигаясь с места, ответила она.
Подняв ведро, он сделал еще шаг. Ребенок захныкал. Несложно представить девчонку, вжавшуюся в угол и обмирающую от страха.
– Что за паскудство, ребенка запугивать? – подал голос сосед справа.
Подняв ведро, охранник вернулся к первому загону и отвесил пленнику еще один пинок. Тот зашипел от боли. Охранник ушел, закрыв за собой дверь.
– Через сколько он вернется? – спросила Зоя, нащупав булку хлеба на полу, и, повернувшись влево, добавила. – Малышка, не ешь хлеб.
– Не скоро, – ответил парень справа. – К скелету забирают вечером, кормежка утром.
– Как ты открыл дверь в подвал?
– В то время на ней была ручка, а с той стороны хлипкий крючок.
Покрутив хлеб в руках, она с отвращением отложила его в сторону. Даже в пансионате, запирая в карцере, еду на землю не бросали.
– Как тебя зовут? – спросила она у девочки, но ответили оба пленника.
– Снежана.
– Илья.
– Вот и познакомились, я Зоя, – улыбнулась девушка. – Я пока не придумала, как открыть дверь, но для начала нужно избавиться от цепей. Пощупай ошейник на лодыжке. Попробуй его снять, – наклонившись вправо, – Илья, те двое до нас были взрослыми?
– Да, до сегодняшнего дня детей я тут не видел, – помолчав, добавил. – Думаю, времени у вас немного. От меня почти ничего не осталось, девочки тоже надолго не хватит.
– Снеж, не слушай этого пессимиста, – посоветовала Зоя. – Лучше давай соорудим веревку.
– Возьми мою майку.
Нащупав в темноте его руку, девушка невольно вздрогнула от прикосновения холодных костлявых пальцев. Похоже, парень совсем плох. Вздрогнув, она продолжила вязать веревку, разговаривая со Снежаной. Паника им не помощник, да еще и ребят сверху может привлечь.
– Как звать твою маму?
– Лена, – слабым дрожащим от слез голосом откликнулась она.
– А папу?
– Гена, но он с нами не живет.
Веревка дотянулась до столешницы, скользнула по инструментам и упала.
– Отчего же?
– Бабушка против. Она все время ругается с мамой, и потому мы решили уехать.
Перевязав веревку, оставив тонкие лямки топика в конце, Зоя сделала еще один замах.
– А где вы живете?
– У тети Зины.
– А кто такая тетя Зина? Мамина подруга?
– Сестра. У нее живет большая собака!
– Ого, а как зовут собаку.
Веревка на секунду зацепилась за что-то только для того, чтобы тут же соскользнуть.