Спасти(сь) (от) дракона

Флюгер натужно заскрипел, выпрямляясь под моим весом.
Вцепившись в веревку, Найяна с криком подтянула меня повыше. Такая маленькая, а такая сильная! Успев удивиться, я извернулся и сумел снова ухватиться за ряд черепиц.
Все они полетели вниз — прямо в морды тварям, которые уже ждали, когда дракон упадет прямиком к их лапам, но той секунды, что я держался, хватило, чтобы подтянуться и закинуть на крышу ногу.
С криком напрягся всем телом и рухнул рядом с Найяной, бездумно глядя на выпрямившийся флюгер. Даже это символично — я его когда-то погнул, а она исправила.
— Может, теперь ты мне объяснишь, что происходит? — тяжело дыша, девушка упала на спину. — Самое время! Чего молчишь?
— Думаю, — отозвался мрачно.
— О чем?
— Не сигануть ли мне обратно с колокольни.
— Дурак чешуйчатый! — стукнула по груди и зашипела от боли.
— Что?
— Ничего, — буркнула, морщась.
— Подожди, — перехватил ее руку и ахнул, увидев, что плоть на ладошках превратилась в окровавленное месиво. — Найяна!
Вгляделся в рану. Похоже, огонь, которым она кинула в тварь за моей спиной, чем спасла мне жизнь, обжег ей руки. Понятно, ведь рядом Прореха, для магического всплеска требуется очень много сил, и все свои резервы она неосознанно кинула именно на рождение пламени, на защиту ничего не осталось.
Обычно это срабатывает само, но не рядом с этой проклятой Прорехой. А потом этими же руками моя ягодка изо всех сил держалась за веревку, чтобы вытянуть меня, не дав упасть с колокольни прямо в лапы снующим под ней тварям! Это содрало ожог почти до костей!
— Ты… сумасшедшая! — выдохнул хрипло.
Горло удавкой сжал спазм слез. Сердце затанцевало прямо под ним, просясь, требуя, умоляя выпустить его к ней, единственной магиссе огня и единственной, кому оно принадлежало окончательно и бесповоротно.
— Люблю тебя! — прошептал и поцеловал запястья — крайне осторожно, чтобы не причинить боли.
— И я тебя! — шепнула в ответ Найяна.
В душе расцвел огненный цветок блаженства. Оно было таким непереносимо сладким, что застонал, прикрыв глаза, и прижался щекой к ее груди, полностью отдавшись наслаждению. Значит, сказки про истинных вовсе не сказки! Я нашел ее, свою пару — ту, что владеет драконом безраздельно всю его жизнь. Зажигается яркой путеводной звездой. Становится необходима, как воздух.
Я нашел ее.
И никому не отдам!!!
На вылавливание «блох» ушел весь остаток ночи. Общими силами мы очистили город, свалили тварей в ров за городом и подожгли. Женщины занялись ранеными, мужчины копали могилы умершим. Жизнь продолжилась, несмотря на монстров, которые вылезли из Прорехи.
— Раньше-то только ползучие были, — сказал отвратный дед, когда мы начали собираться в путь. — Огромные черви вокруг заграждения ползали, глодали его и выли так, что кровушка в венах стыла. — Покачал головой. — А теперь вот какие еще прискакали, окаянные! И все из Прорехи лезут. Ширится ведь она, проклятая.
— Вот, милые мои, возьмите в дорогу, — хозяйка постоялого двора вынесла нам корзинку, судя по запаху, от которого потекли слюнки, с пирожками. — Вчерашние, но в печь сунула, стали как новенькие!
— Спасибо, — я протянул ей кошель. — Это за постой.
— Да что вы, какие деньги! — замахала руками. — Так помогли ведь нам! Без вас разнесли бы эти твари все поселение наше! И как же мы теперь без вас-то? А вдруг снова нагрянут? — она вытерла слезинку краешком фартука. — Хорошо еще, что солнца они боятся, только под покровом ночи снуют по земле!
— Может, останетесь? — дед глянул на нас. — Как охранные молодцы, а? Мы и жилье вам лучшее предоставим, и платить будем исправно.
— Простите, нам никак, — я кивнул на рыжего с его демоницей. — А вот им, думаю, ваше предложение будет весьма интересно.
— Ну, подумать можно, — с важным видом заявил Сай. — Все зависит от того, на каких условиях сойдемся. Работа все-таки опасная!
— Не борзей, демон! — я усмехнулся. — Тебе все равно податься некуда. А тут все для вас, да еще и почет с уважением!
— Пойдем, обговорим все, дед, — он зло зыркнул в мою сторону, подхватил отвратного брата под локоток и уволок в сторонку.
— Я тоже, пожалуй, тут останусь, — Элси с улыбкой посмотрела на мою ягодку. — Врачевать умею, а тут раненых много, да и всегда при деле буду, лекарь без работы никогда не сидит.
— Ой, милая, оставайся! — хозяйка постоялого двора снова прослезилась. — Ручки золотые у тебя! А жить у меня можешь, и кров, и стол обеспечу тебе! Заместо дочери мне будешь!
— Давайте прощаться? — Элси обняла Найяну, что-то прошептала ей на ушко и чмокнула в щеку. — Прощай, прохвост! — она улыбнулась сурикату, который высунулся из-за пазухи своей любимицы. — Не лови больше пчел!
— Буду скучать по тебе, — прошептала Найяна.
Я отошел в сторонку, чтобы не мешать им.
— А мы куда? — спросил Эльмир, подойдя ко мне.
Посмотрел на друга, в глазах которого застыл невысказанный вопрос, и ответил:
— В пригород Амана, в храм Богини.
— Зачем?
— Сам не догадался? — я почувствовал, как тепло растекается в груди. — Найдем жреца и совершим брачный обряд! А потом я повезу свою юную супругу знакомиться с моими родителями!
   
Глава 29 Аман 
  
Город, укутанный пелеринкой из лучей юного рассвета, был розовым, словно хулиган-джинн открыл гигантскую пудреницу и, озорно усмехнувшись, со всей силы дунул в нее. Взвиваясь в лазурную высь, которая еще темнела, налитая ночным, густо замешаннным синим, легкомысленно персиковые и дерзко алые оттенки заигрывали с прекрасным Аманом.
Аман!.. Моя родина, гордость и затаенная боль. Столица султаната Аманитов — династии, правящей более десяти поколений. Мощь, заставившая склонить голову и принять условия подданства все драконьи кланы. Они прекратили междоусобицы и влились алой, как юный рассвет, кровью в жилы Империи, которая продолжила доблестные завоевания.
Широкие драконьи крылья накрыли все земли на четыре стороны света: подчинили Нагов, указали демонам их место, вернули города и поселения, когда-то отвоеванные у нас людьми. Самый сильный владеет лучшим — по праву, мудро, но железной рукой.
Я улыбнулся, лаская взглядом розовый от рассветных красок Аман, медленно, с каждым шагом верблюда, выплывающий из-за горизонта. Вдалеке вверх устремлялись башни дворца — ранним утром они подобны трем рубинам, сияющим своим великолепием навстречу новорожденному дню.
Сейчас там уже вовсю суетятся слуги, готовясь к пробуждению хозяев. По коридорам плывет аромат крепкого горького кофе и сладостей, которые неизменно подаются к нему. Сквозь распахнутые навстречу новому дню окна внутрь пробирается еще прохладный воздух, пропахший драконьими цветами — самым нежным ароматом на свете.