Виноваты звёзды 2

— У нас всё равно нет выбора, — равнодушно пожала плечами девушка и отвернулась к окну.
— Что воля, что неволя, всё едино? — саркастически ухмыльнулся Данил, — Марьян, я тебя не узнаю. Где моя задорная и лёгкая на подъем подруга детства? Нееет. Я это так не оставлю.
 
***
Самолёт благополучно приземлился в аэропорту Симферополя. Даник взял в пункте проката машину и теперь, следуя указаниям навигатора, пытался доехать до ближайшего торгового центра.
Марьяна молча смотрела в окно. Разговаривать желания не было. Зато парень трещал, как заведённый. Такое ощущение, что за несколько минут он вывалил весь запас анекдотов и смешных историй, собираемых много лет.
— Эй, царевна несмеяна, — повернулся к девушке Данил, — пойдем купим тебе пару платьев. Ну и ещё всякой всячины для пляжа, прогулок и остального прочего. Не надейся, что я дам тупо лежать в кровати и смотреть в потолок.
Зайдя в торговый зал, Марьяна равнодушно окинула взглядом длинные вешалки с одеждой. Подошла к одной, схватила что-то более-менее подходящее по размеру. То же самое проделала на стенде с купальниками. Не глядя, взяла в руки первые попавшиеся шлепанцы, понесла всё это на кассу, но неожиданно упёрлась в крепкую грудь Данила.
— Стоп, — твёрдо проговорил он, отбирая вещи, — А померить? Моя невеста не должна выглядеть как бомж с вокзала. Вот что такое ты взяла? Всё это никуда не годится. А ну-ка марш в примерочную. Буду делать из тебя нормальную женщину, а не тень отца Гамлета.
Данил, с деловым видом сидя на диване, командовал продавщицами, приносившими и уносившими различные наряды. От разнообразия всяких сарафанов, юбок, блузок у Марьяны кружилась голова. Она что-то надевала, снимала, демонстрировала Данику, но сама даже не взглянула в зеркало. В душе прочно засела апатия ко всему. Девушка ощущала себя пластиковым манекеном, мнение которого никого не интересует.
Зато Данил был необычайно активен. Одни наряды браковал сразу, другие просил померить и откладывал в сторону. На тумбе медленно росла целая гора одежды.
— Дань, ну зачем мне столько? — после полутора часов, проведенных в примерочной, запротестовала, наконец, Марьяна, — Мы же здесь всего на две недели.
— Ну, слава богу, — картинно перекрестился Данил, — А я уж подумал, что дядя Андрей вместо дочери подсунул мне бессловесного робота. Всё это мы берём. Карту свою спрячь, угощаю. И примерь, пожалуйста, ещё пару вечерних платьев. Вот то и это.
Девушка взяла в руки тонкую ткань и накинула на себя. Светло-голубой шелк мягко заструился, ласково обнимая грудь и бедра. Марьяна встретилась глазами с собственным отражением в зеркале. Что ж, очень даже ничего. Как на неё шили. Только вот внутреннее состояние не для этого платья. Взгляд ничего не выражает. И в душе пустота. Обладательница такого одеяния должна сиять изнутри дарить всем ощущение праздника. Искриться от радости и счастья, как шампанское. Веселиться и зажигать. Заряжать позитивом своего мужчину. Того, кто этот наряд подарил. А у неё самой безнадёжно села батарейка. И рядом совсем не тот, с кем хотелось бы делиться внутренней энергией. Девушка вздохнула и потянула ткань вверх, собираясь снять, но в этот момент у неё за спиной вырос Данил.
— Великолепно, — сказал он, интимно заглядывая через плечо, — Ты очень красива. Настолько, что мне хочется сделать это…
Мужчина отодвинул рукой густые светлые волосы, освобождая, открытое плечо, и прикоснулся губами к нежной коже шеи. Туда, где начинается ямка над ключицей.
Марьяна вздрогнула, как от ожога. За много лет знакомства Данил никогда не позволял себе даже намеков на подобные действия, а тут… Девушка недоуменно посмотрела на их отражение. Из-за спины её пронзал насквозь уверенный взгляд серых глаз. Место поцелуя горело огнём.
— Что, дорогая, не ожидала? — спросил Данил, плотоядно улыбаясь. Оказывается, он может быть и таким вот: чувственным, требовательным и властным, что-ли… Он. Мягкий и податливый Даник, мгновенно теряющийся под строгим взглядом отца. — Привыкай. Если не хочешь, чтобы твой муж ходил налево, придется научиться воспринимать меня в новом качестве. А пока, хотя бы сделай вид, что тебе приятно.
Мужчина поймал её удивлённый взгляд в зеркале, слегка приобнял и притянул ближе к себе.
— Посмотри, — кивнул он отражению, — Мы с тобой офигенно смотримся. Знаешь сколько народа будет нам завидовать?
А ведь он прав. Вместе они действительно выглядели, как персонажи любовного романа. Высокий, крепкий шатен с благородной осанкой, правильными чертами лица и нежная, хрупкая блондинка с огромными грустными глазами. Мужчина достал из кармана телефон и сфокусировал камеру на фигурах в зеркале.
— Ну же, Марьян, сделай вид, что на седьмом небе от счастья. Обними меня, улыбнись. Я знаю, ты умеешь.
— Не хочу… — покачала головой девушка и устало опустила взор, — Хоть ты меня не трогай, пожалуйста.
— Значит, через "не хочу". Сама же сказала, у нас нет выбора. Раз мы не можем действовать по своему, будем демонстрировать красивую картинку для окружающих. А как на самом деле жить дальше, попробуем договориться… — Данил подмигнул её недоверчивому взгляду в глянцевом стекле и щёлкнул затвором камеры.
    
21. Денис. Сжигая мосты
Орлов уже полдня лежал на жёсткой кровати насквозь прокуренного гостиничного номера и тупо пялился в экран телефона, где ярко-зелёным прямоугольником светилось СМС о полученном банковском переводе. В груди липким пятном медленно расплывалось чувство горечи и смертельной обиды.
Три миллиона. Именно во столько оценил генерал Королёв его порванное в клочки сердце. А ещё в эту сумму вошли почти два года тщетных попыток борьбы с собой, два месяца тревог и волнений в чужой стране, мгновения смертельной опасности, когда пульс зашкаливает и физически ощущаешь, как в кровь выплёскивается ударная доза адреналина… И страх. Дикий, животный. Не за себя, за неё. Любимую. Человека, который внезапно стал частью тебя. Проник под кожу, слился с кровотоком… И, конечно же, та самая ночь любви, при одном воспоминании о которой до сих пор сносит крышу…
А теперь от всего этого требуют отказаться. Тупо вычеркнуть из жизни. Забыть навсегда… В тот самый момент, когда ты, наконец, развёлся. Освободился, чтобы начать новую жизнь. С ней. С той, которую боготворишь… Променять целую вселенную на какие-то цветные бумажки с цифрами различного номинала…
А ведь нужно всего-навсего встретиться и поговорить. Избавиться от недопонимания. В том, что Марьяна примет и поверит, Ден не сомневался ни секунды. Просто знал. Как аксиому. Только вот как это сделать, если папаша стережёт дочь, как цербер, а её телефон всё ещё недоступен?
Ну, конечно! Соцсети… Им с Марьяной как действующим военнослужащим выкладывать фотографии было запрещено. Но странички с псевдонимами и нейтральными аватарками в виде красивых картинок у обоих имелись. С этих профилей можно было общаться с друзьями и родственниками, не нарушая условий контракта с Российской армией.