Первый встречный

— Ну и что это было? — спросил Роман, опускаясь на стул в прихожей. На нем были спортивные штаны и футболка. А ноги босые. Он был какой-то уютный и домашний. Такого Литвина Ксения ещё не знала.
Девушка закрыла лицо руками. Щеки пылали. Сердце в груди танцевало лезгинку:
— Ничего. Я просто струсила.
— Я такой страшный?
— Нет.
— Ксень, — тихо проговорил Роман, убирая руки девушки от лица, — меня не надо бояться. Я не собираюсь набрасываться на тебя прямо у порога. Всё будет только так, как ты захочешь. Если захочешь… Пойдем в комнату.
— А ты? — набралась наглости Ксения.
— Что, я?
— Что хочешь ты, Роман? — золотистый взгляд смотрел испытывающе, проникая глубоко в сознание, вынимая наружу сокровенное. Не солжёшь, не спрячешь…
Где-то за окном громыхнул раскат грома. Оливковые глаза сверкнули в свете молнии. Роман тронул Ксению за подбородок и чуть приподнял его. Полные губы приблизились и горячо прошептали в ухо:
— Ты прекрасно знаешь, чего я хочу. С первой минуты, как тебя увидел.
— Так что же?
— Тебя, — в кошачьих глазах Романа вспыхнул древний огонь.
Ксения медленно запустила пальцы в жёсткие волосы:
— Ну так бери… — выдохнула она.
А потом — взрыв. Самый настоящий, в тысячи килотонн. Ядерный, наглухо сносящий крышу. Вышибающий из головы все мысли.
Нет ничего вокруг, только он. Его губы, руки, шум дождя и вспышки молний. Накатывающее волнами желание. Его запах, одурманивающий, как наркотик, лишающий остатков разума и воли. Солноватый вкус его губ и кожи, от которого перехватывает дыхание. Прикосновения, заставляющие плавится и терять ощущение реальности.
Он горячий, жадный, резкий. Как путник в пустыне, нашедший, наконец, воду. Изголодавшийся и ненасытный. Берущий то, что принадлежит ему и создано для него. Без вариантов и компромиссов. Чувствующий её на уровне подсознания. Разрядки сотрясали, разнося мир вокруг на мелкие осколки.
— Вместе, Ксюша. Теперь мы вместе…
Да. Вместе. Если падать в пропасть или взлетать к звёздам, то только с ним. Идеальным. Созданным для неё.
    
26. Роман. Не отпущу
Небо на востоке уже несмело окрасилось в розовый цвет от первых лучей восходящего солнца, а сон всё не шёл. Этой ночью в маленькой спальне процветало чистейшее безумие. Взаимное помешательство. Неистовство и одержимость. Бешеное притяжение и попадание в резонанс. Совпадение по всем параметрам. Она была именно такая, какую он ждал. Единственная. Совершенная. Его.
Роман с нежной улыбкой разглядывал провалившуюся после очередного витка наслаждения в эйфорию Ксению, перебирал в руках её волосы, вдыхал запах и не верил. Не верил в реальность происходящего. Так просто не бывает.
— А ты правда настоящая? Или мне все это снится?
— Мммммм. Я сама не знаю. Так хорошо, что не могу ни думать, ни говорить…
— Никогда не убегай от меня больше… Столько времени потеряно…
— Не переживай, — слабо улыбнулась она, — Я даже до двери сейчас не дойду. Просто нет сил…
— Ты понимаешь, что у меня ни с кем так не было… Больше никуда тебя не отпущу. Ты до такой степени моя… Как случилось, что мы не встретились раньше? Кажется, я…
Теплая подушечка пальца коснулась твердых губ в предупреждающем жесте:
— Тссс… Не говори того, о чем потом пожалеешь…
— Не пожалею. Я привык отвечать за свои слова.
— Все равно не надо. Могу поверить.
— Ты и должна мне верить.
— Рома, жизнь — сложная штука… Непонятно как обернется завтра. Поэтому давай жить здесь и сейчас… Ничего не говори. Просто иди ко мне…
***
Яркие лучи дневного светила неумолимо проникали сквозь плотную ткань темных штор. На тумбочке возле кровати уже несколько циклов подряд вибрировал телефон, нарушая сонную идиллию. Роман недовольно заурчал и взял его в руки.
— Слушаю.
Ксения ещё спала, и он, чтобы не разбудить, тихо вышел на кухню.
— Доброе утро, братишка, — из трубки зазвучал вкрадчивый голос Юрия, — Я бы даже сказал, день. И где же тебя носит? Я бы даже сказал, вас…
— Блиииин… Сколько времени?
— Половина одиннадцатого. Я достаточно дал вам поспать?
— А с каких это пор родной брат со мной на "вы"?
— Пффффф. Не прикидывайся. Вас обоих нет на работе. У Ксении телефон не отвечает. У тебя тоже. Что я должен думать? Тут к гадалке не ходи. Короче, я ждал сколько мог. У меня тут бедлам творится. Полная приемная людей, которые без Ксюши не знают что им делать. В общем, полчаса вам на сборы, и чтобы были на работе. А то обнаглели совсем.
— Ну, извини. Бывает. А вообще, привыкай. Я намерен забрать её себе насовсем. И с твоей дурацкой работы тоже.
— Ага. На свою дурацкую. Не так быстро. Сначала пускай равноценную замену себе подготовит. Если это вообще возможно. И ты имей в виду, это ей решать, уйдет она в юриспруденцию или нет. Один уже пытался заставить её насильно завязать с медициной. Видишь же, что из этого вышло. Не повторяй чужих ошибок.
Роман нажал кнопку отбоя и подошёл к кровати. Ксения ещё дремала с безмятежной улыбкой на вишнёвых зацелованных губах. Да. С ней просто не будет. Лжи она не потерпит. Надо сдаваться.
Он нежно провёл тыльной стороной ладони по скуле. Жалко будить. Может, к чёрту эту работу? Наверное, так бы и сделал, если бы не Юра.
— Просыпайся, суровая принцесса! Мы проспали. Твой шеф звонил, ругался.
Ксения распахнула глаза и резко села на кровати.
— Твою ж мать! А почему будильник не сработал?
— Я его отключил. И звук тоже. Ты так безмятежного спала…
— Да, ты прав. Мне давно не было так спокойно, — Ксения сыто потянулась и взяла в руки мобильник, — Блииин. Двадцать шесть пропущенных. Все с работы. Юра нас убьёт.
— Не убьёт. Иди в душ. А я пока быстренько сделаю кофе и бутерброды.
— У тебя где-нибудь есть новая зубная щётка?
— Не знаю. Посмотри в шкафчике. Вообще-то я здесь не живу. Снял, чтобы быть в пешей доступности от тебя.
— Зачем такие трудности? Тем более, это не дёшево.
— Поверь, могу себе позволить. И вообще, я должен многое тебе рассказать.
— Успеешь. У нас будет достаточно времени.
Роман выглянул в окно: — Ты на машине? До работы подбросишь?
— Уверен, что хочешь, чтобы в больнице нас так явно видели вместе? Начнутся сплетни.
Роман усмехнулся:
— Какие же это сплетни? Чистая правда. И, что здесь такого? Мы уже не дети, чтобы прятаться по углам.