Злой демон Василий
– Демоны дами говорят на языке грязной магии, которая может убить слабого человека, – сказала Иена. – И он действительно с ней разговаривал?
– Выглядело именно так.
– Жаль, очень жаль, что тёмный мир принёс нам такой бесполезный дар, – покачала головой светлоликая Иена.
– Это не совсем так, – не согласился профессор. – Можно ведь поговорить с демоном, когда…
– Нам нужно не говорить с ними, – Иена повернулась к мужчине, одарив красивым, но холодным взглядом, – а уничтожить. Всех до единого. Когда демоны начнут полномасштабное вторжение в этот мир, чтобы залить его кровью, вы планируете разговаривать с ними? Если этот юноша выжил в течение десяти лет в тёмном мире благодаря умению разговаривать с демонами, для нас, как и для вас, он абсолютно бесполезен.
Потеряв к лежащему на кровати парню интерес, женщина вышла из комнаты. Профессор Хворостов посмотрел на него, покачал головой и вышел следом.
* * *
В себя я пришёл довольно неожиданно. Судя по тусклому искусственному окну, наступил вечер. Минут через двадцать, как я встал с кровати и принял душ в узкой кабинке, примчался местный доктор. Проверив моё состояние, он ничего не сказал и исчез так же неожиданно, как и появился. Зато накормили шикарным ужином, с десертом в виде кусочка шоколадного торта. Утром следующего дня разбудили вовремя, принесли завтрак, но на занятия не пригласили. Это наталкивало на самые неприятные мысли, и я уже начал думать о побеге и глубоком подполье, но часам к одиннадцати пожаловал интересный гость. Это был мужчина лет сорока пяти, полностью лысый, с небольшой бородкой и усами русого цвета. Одет в костюм с галстуком, за деловым взглядом скрывается любопытство.
– Василий Молотов? – спросил он.
– Всё так, – я сидел на кровати в позе лотоса и решил не вставать.
– Слышал, что тебя вчера чуть-чуть демоны не сожрали, – он улыбнулся, находя этот факт забавным. Пройдя к кровати, положил на край спортивную сумку. – Директор сказал, чтобы духа твоего тут больше не было, во избежание проблем. Да, забыл представиться, Дмитрий Игоревич Лопатин, начальник отдела исследований пространственно-временных структур.
– Вам не говорили, что это странное и смешное название?
– Так мы называем разломы, ведущие в другие миры, – ничуть не смутился он. – Наш отдел изучает не только их, но и демонов, и всё, что может помочь в день икс. Люди, вернувшиеся из тёмных миров нам очень нужны, но их всех обычно вербуют военные.
Из любопытства я заглянул в сумку, где лежали тёмно-синие джинсы, рубашка с коротким рукавом и пара крепких кроссовок.
– Документы тебе сделают через три недели, пока походишь со справкой, – он показал взглядом на сумку. – В правом кармашке. Не потеряй.
– И что, прямо так отпускают? – спросил я, решив не тянуть время и сбежать отсюда, пока представилась возможность. Чем дальше я сейчас буду от этого здания, тем лучше, поэтому принялся переодеваться. И об этом говорило даже не предчувствие, а здравый смысл.
– Ты про закон, появившийся пять лет назад? – Дмитрий хитро улыбнулся. – Не переживай, ты ведь из тёмного-претёмного мира вышел? С демонами разумными жил несколько лет, повадки их знаешь, так?
– Так, – кивнул я.
– Как я уже сказал, нам подобные специалисты крайне необходимы, – он чиркнул ладонью по подбородку, показывая, как сильно. – Формально мы работаем на правительство, так что всё законно. Нас часто привлекают для расследования убийств, тёмных ритуалов, похищений, людоедства и всего другого, что связано с демонами. Особенно опасны те, кто прячется под видом обычных людей. Таких в последнее время в столице слишком много. Но главная проблема в том, что большинство демонов по-русски не разговаривает. Чтобы добиться от них внятных ответов, нужно идти на поклон в НИИ, договариваться со светлоликой Иеной, чтобы уделила пять минут своего драгоценного времени. А ты, как я правильно понял, язык демонов понимаешь.
– Не язык, а больше двух десятков языков, включая мёртвые и редкие наречия. И что, мне тоже контракт надо будет подписывать, как у военных?
– Нет, у нас всё проще. Напишешь заявление о желании поступить на службу, заполнишь анкету и письменное согласие на допуск к государственной тайне. Никогда не хотел посвятить жизнь науке?
– Нет, я в школе спортом хотел заниматься, у меня даже разряд был по самбо. Всё, я готов.
Пару раз топнув ногой в кроссовке, я понял, что за десять лет отвык от хорошей и мягкой обуви. Интересно, как они с размером угадали?
– Тогда пошли, прокатимся на машине кое-куда. Сумку бери, пригодится.
На знакомом лифте мы спустились на первый этаж, спокойно миновали пункт охраны и вышли на улицу. Я даже остановился на минуту, глядя на поток машин, разворачивающихся на площади, на окружающие нас дома. Полной грудью вдохнул давно забытые городские запахи. А ещё немного сбивало с толку обилие людей, входящих и выходящих из высоченного здания НИИ. Дмитрий Игоревич подогнал машину прямо ко входу. Это был красивый внедорожник, высокий и выглядевший солидно, с просторным салоном и электронной приборной панелью.
– Хорошая машина, – я с любопытством принялся разглядывать салон. – Дорогая?
– Не дешёвая, – улыбнулся он. – На такую в обычном научном отделе не заработаешь, но у нас служба связана с больши́м риском, поэтому и зарплаты выше. Там, в бардачке, мой старый телефон, я вчера сим-карту купил для тебя, пользуйся, не стесняйся.
Пока машина тронулась, я достал из бардачка чёрный телефон со стеклянным экраном. Как планшет у профессора, только в миниатюре.
– А как пользоваться?
– Да там всё просто, кнопку сбоку нажми, он включится, – не отрываясь от дороги, сказал Дмитрий. – Снизу две кнопки, зелёная – звонить, красная – звонки сбрасывать. А остальное не трогай пока. С такими телефонами и трёхлетние малыши разбираются, так что осилишь, не переживай.
Пока я разбирался с этой хитрой штукой, машина выехала на широкий проспект и помчалась на запад.
– Я твоё личное дело почитал, – сказал Дмитрий. – Ты же с отцом жил?
– Да, мы с ним вдвоём жили, – кивнул я.
– После того, как ты пропал, он женился во второй раз. В две тысячи третьем году. У него сейчас семья, жена и две дочери. Младшей – десять лет, старшей – шестнадцать. Твои сводные сёстры, получается. Мы сейчас как раз к нему домой едем, я уже звонил, предупредил. Ты поговори с ними… В общем, не знаю, как сложится, но если что, то можешь у меня пожить. Квартира большая, есть свободная комната, не переживай. А вот про общежитие, гостиницу или прочее, даже не думай, мой тебе совет. Людей, которые только что вернулись оттуда, одних оставлять не рекомендуется. Срывы и острые психозы, даже попытки суицида.
– Я слишком себя люблю, чтобы на подобное разменивать жизнь, – отозвался я, пытаясь понять, как работает телефон. Нашёл записную книжку с десятком номеров, включая сотовый телефон Дмитрия и номер со странной надписью «контора». – Занятная штука…