Хранитель истории

— Они много о себе возомнили, — заметил Гюстав.
— А что, если они не портят историю, — сказал Эдвард.
— Это ты сейчас о чем? — насторожился Гюстав.
— Что, если они верят, что исправляют историю к лучшему? Ради якобы миропорядка.
— Нацисты — это, по-твоему, к лучшему? — не поддержала его Жаклин.
— Я не говорю, что это к лучшему. Я говорю: что, если они верят, что это к лучшему. Может быть, их цель — взять все под свой контроль, чтобы установить в мире то, что в их понимании является порядком.
Ситуация с Дэнни заставила его по-другому на все посмотреть. Парень ведь тоже думал, что делал как лучше.
— Но это… все равно неправильно, — заметил Гюстав.
— Неправильно, — согласился Эдвард. — Все должно идти своим чередом. Тогда какой вообще смысл развития цивилизации? Какой смысл развития нашего вида, если все заранее уже будет кем-то сконструировано?
— Я не понял — по твоей логике они всё-таки плохие или хорошие?
— Они никакие. Не бывает чего-то плохого или хорошего в чистом виде.
— Но мы все равно будем их останавливать?
— Разумеется. Только мы имеем дело не с простыми террористами во времени. У них есть идеология, а с такими справиться ещё труднее. Я напишу Жиллену. Пусть придёт сюда немедленно. Мы ему обо всем расскажем.
Эдвард написал сообщение начальнику, и они стали его ждать. Жаклин и Гюстав ещё разглядывали печать, а Эдвард призадумался о секте. PCT — это её название, решил он. Аббревиатура, за которой может скрываться все, что угодно. Сколько у них последователей? Если убрать Невё, то изменит ли это что-то? Кто у них самый главный? И как их вообще остановить?
С этого момента Эдвард понял, что спасение истории — уже не единственная их задача. Им нужно остановить эту секту, а иначе вмешательства в историю не прекратятся никогда.
Неожиданно рядом с ними возникла злая девушка лет тридцати. У неё были светлые волнистые волосы средней длины и четко очерченные скулы. Взгляд — жесткий и пронзительный, губы недовольно сжаты в тонкую линию. Кто это такая, никто не понял. Раньше ее определенно здесь не видели.
— Вы, придурки, сейчас все мне расскажете! — заявила она.
— Вот как? — переспросил возникший позади Жиллен, который, видно, быстро откликнулся на сообщение Эдварда. — Вы в курсе, что это государственное учреждение? Не знаю, каким образом…
Девушка развернулась, и Жиллен удивлённо замер.
— Эва?.. — проговорил он.
— Эва? — нахмурившись, повторил Гюстав.
— Жерар? — спросила Эва.
— Жерар? — снова повторил Гюстав.
— Ты будешь повторять все, что они скажут?! — рявкнул на него Эд.
— Эва, как же ты выросла! — Жиллен подобрался к ней и поцеловал три раза в щеки. — Последний раз видел тебя, когда ты училась на первом курсе. Сколько лет уже прошло!
— Почти десять лет, — ответила она.
— Что тебя сюда привело?
— Эдит.
— А что с Эдит?
— Она пропала.
— Пропала?! — воскликнул Гюстав.
— И вы, придурки, скажете мне, где она! — Она устремила яростный взгляд на Гюстава и Эдварда.
— Так, полегче, — сказал Эдвард. — Эдит взяла отпуск. При чем тут мы?
— Она не появлялась уже три дня. Ни дома, ни у родителей. Никто не знает, где она. На звонки и сообщения не отвечает. Её родители собрались нанимать детективов. Если вы что-то знаете, то лучше выкладывайте сейчас же!
— Но… — Побледнел Гюстав. — Что, если её похитили? Что если эта секта с ней что-то сделала?!
— Мы разберёмся, — сказал Эдвард. — Где она была последний раз?
— Я не знаю! — воскликнула Эва. — Здесь, наверное. Дома она не появлялась. Консьержка сказала, что видела ее только тем утром три дня назад.
— С кем она живёт?
— Одна.
— Её друзей спрашивали?
— Конечно! У неё и друзей-то нет, есть только одна подруга, но и та не знает, где она может быть. Вот я и пришла сюда. Вы ее видели в последний раз. Выкладывайте, что с ней могло случиться!
— Она сидела со мной в больнице, — сказал Гюстав. — После этого я ее не видел.
— Я видел ее на лестнице, когда она поднималась на наш этаж. Она хотела что-то сказать, но… я спешил. — Эдвард тоже побледнел. Что если она хотела сказать что-то важное?
— Ну а потом она пришла ко мне и взяла отпуск, — сказал Жиллен. — А ты, Жаклин, ее потом видела?
— В последний раз я видела её в палате Гюстава.
— Значит, она вышла из отделения и пропала? — спросила Эва. — Что… куда она пошла? Что с ней сделали? С ней могли что-то сделать? Во что вы ее втянули?!
— Так, никому не паниковать, — резко сказал Жиллен. — Я свяжусь с кем надо. Если она пользовалась своей картой или документами, то её быстро найдут.
— Мы обращались в полицию!
— Полиция работает медленно. Я свяжусь со спецслужбами.
 
* * *
Через десять минут Жиллен сказал, что Эдит зарегистрировала свою карту в отеле «Алмаз». Эдвард, Гюстав и Эва тут же переместились туда и спросили на стойке регистрации, в каком номере поселилась Эдит Фабре.
— Мы не можем выдавать информацию о наших постояльцах, — деловито сказала женщина за стойкой.
— Так, дамочка… — Эва едва на нее не набросилась, но Гюстав взял её за локоть и оттянул назад.
— Полиция. — Эдвард показал своё электронное удостоверение обычного полицейского, сделанное специально для таких случаев.
— Оу, — смутилась та. — Минуточку.
Она забарабанила наманикюренным пальцем по экрану компьютера, а потом сказала:
— Двести первый. Второй этаж.
— Она ещё тут? — осведомился Эдвард.
— Она не выезжала.
— Я ее убью, — прошипела Эва.
Они поднялись на второй этаж и отыскали нужный номер.
Гюстав легонько постучал в дверь и проговорил:
— Эдит, открой, пожалуйста. Это Гюстав. А ещё тут Эдвард и твоя сестра Эва. Мы хотим узнать, в порядке ли ты.
Как и ожидалось, никакой реакции за этим не последовало.
— Отойди, — сказал Эдвард, оттолкнув Гюстава в сторону.
— Что ты будешь?.. — Он не успел договорить.
Эдвард выбил дверь с ноги, и та с треском ввалилась внутрь.
Эва оттолкнула их обоих и первая влетала в комнату.
— Эдит, черт тебя дери! Я знаю, что ты тут!
Окна были закрыты плотными шторами. В номере была полнейшая темнота, и Эва обо что-то запнулась. Гюстав включил свет. На кровати что-то зашевелилось, и из-под одеяла вынырнула лохматая голова.