Академия Горгулий. Избранница дракона
– Ника! Ника, очнись! Ника!
Я почувствовала, что меня активно тормошат. Голова и горло болели, место печати у основания шеи жгло огнем, в желудке что-то ворочалось и просилось наружу, а сама я лежала на полу, весьма удачно приземлившись на одну из подложенных Марин подушек.
Когда мой взгляд наконец сфокусировался на испуганном лице подруги, я постаралась улыбнуться и махнуть ей рукой. Мол, все в порядке. Сказать ничего не получилось, я только закашлялась. Лишь когда села и немного растерла горло и шею, смогла наконец выдавить:
– Спасибо, это было познавательно.
– Тебе удалось вспомнить? – заинтриговано уточнила Марин. Страх на ее лице сменился любопытством.
– Не все, но достаточно.
Я пока не знала, кто и как упокоил живых мертвецов, но теперь сомнений не осталось: нападение на меня организовал некромант, а горгулья, спасшая меня в Мертвом лесу, умудрилась засветиться и там. Все произошло не просто так. Меня хотели привести в мир моего отца, в дом моего отца. И привели.
Потому что кто-то хочет, чтобы я ответила за его грехи.
* * *
У Марин я пробыла еще минут двадцать, пока она отпаивала меня чаем с каким-то очень ароматным медом, благодаря которому боль в горле постепенно прошла. Как и головная. Попутно пришлось объяснить подруге, почему память о том вечере вдруг оказалась так важна и что тогда произошло. Честно говоря, я не собиралась разбалтывать ей все, но она сама спросила, имеет ли это какое-то отношение к трагедии десятилетней давности.
– А ты откуда о ней знаешь? – удивилась я.
Марин неловко дернула плечом, наливая чай.
– Об этом уже все шушукаются.
Это выглядело странно: еще вчера никто знать не знал о том, что произошло, а сегодня уже все шушукаются? Как так вышло? Впрочем, вчера мы разрыли то дело с Бенсоном и Мелисой, Рабан помог выяснить подробности, то есть как минимум четыре человека узнали правду. Может, Мелиса и не стала бы болтать о старой трагедии со всеми подряд, а у Рабана круг общения и вовсе не велик, но они могли обсуждать это между собой или с Колтом, а кто-то – подслушать. Да и Бенсон наверняка посвятил миллитов, а те могли взболтнуть кому-то из студентов или стражников. И дальше информация пошла распространяться с неистовством лесного пожара в засушливое ветреное лето.
Выслушав мои объяснения, Марин поежилась и поинтересовалась:
– И что ты теперь будешь делать? Расскажешь обо всем Бенсону?
Я задумалась на несколько секунд и решительно мотнула головой.
– Нет. Пора поговорить с Колтом. Только он знает все обстоятельства того дела. Есть шанс, что догадается, кто может мстить.
Марин только молча поднесла к губам чашку, не одобряя это решение, но и не споря с ним. Она лишь поинтересовалась напоследок:
– А что с горгульей? Как думаешь, кто это может быть? Как ему… или ей удалось преодолеть невозможность оборота? И оказаться в твоем мире так вовремя?
Этого я не знала и не имела ни малейших догадок. Оставалось надеяться, что Колт прислушается к моим словам о горгулье хотя бы теперь.
К отцу решила пойти сразу, не откладывая, чтобы случайно не передумать. Едва шагнув за порог комнаты Марин, я погрузилась в молчаливую полутьму коридоров. За окнами уже совсем стемнело, словно наступила глубокая ночь, хотя по-прежнему было не так уж и поздно. Даже ужин еще не подавали. И все равно замок казался тихим и то ли сонным, то ли опустевшим.
Я понимала, что это обманчивое впечатление: в студенческих общежитиях сейчас наверняка шумно и весело. На мгновение кольнуло сожалением. Может, все-таки зря я пошла на поводу у Мелисы и согласилась жить в нашей «семейной» башне, а не с остальными? Сейчас веселилась бы с друзьями, а не брела в одиночестве, невольно прислушиваясь к каждому шороху. Может, тогда и призраки не ломились бы ко мне толпами, а я не лезла в тайны давно минувших дней. Была бы просто обычной студенткой.
Впрочем, я все равно оставалась бы дочерью своего отца, которую некий некромант заманил в Замок Горгулий, чтобы поквитаться с ним. Да и аутсайдером тоже оставалась бы, не стоило тешить себя иллюзиями.
За спиной послышался какой-то шорох, и я, притормозив, обернулась, вглядываясь в тускло освещенное, вытянутое пространство коридора. Там никого не оказалось, а тревожный звук не торопился повторяться.
Глубоко вздохнув, я велела себе успокоиться и повернулась, чтобы продолжить путь, но непроизвольно вздрогнула, увидев буквально в нескольких шагах впереди темную фигуру. Не закричала только потому, что подпрыгнувшее в груди сердце камнем перекрыло горло.
В другой раз я смогла бы убедить себя, что это просто кто-то из студентов, а фигура кажется черной тенью только из-за слабого освещения. Но теперь я неплохо различала едва уловимый холод, исходящий от мертвецов, будь то живые трупы или призраки.
«Что тебе нужно?» – хотела спросить я, но не успела: призрак исчез быстрее, чем ко мне вернулся голос. Я покрутила головой, снова оглянулась, проверяя, не появилась ли тень там, но так никого и не обнаружила. Оставалось только заставить себя шагнуть вперед и продолжить путь.
«Что бы это значило? – тревожно крутилось в голове. – Зачем он приходил?»
Призраки еще ни разу не являлись ко мне вот так, между делом ранним вечером. Обычно я видела их или во сне, или в полудреме, или проснувшись посреди ночи.
Тем не менее по пути в комнаты Колта я еще дважды встречала странные фигуры: один раз в последнем коридоре, ведущем к входу в башню, второй – у дверей кабинета директора, где я сначала попыталась его найти. Оба раза это были скорее силуэты, чем люди, какими я их видела ночью во дворе, но я почти не сомневалась, что являлись мне разные призраки. Одна так точно была девушкой в платье, тогда как двое других – определенно парни.
Все это действовало на нервы и не способствовало продвижению к цели – разговору с Колтом. Поднимаясь по лестнице, я замерла на площадке нашего с Мелисой этажа, отчаянно желая скользнуть за свою дверь, забраться на кровать, накрыться одеялом с головой и остаться там. Чтобы никого не видеть, никому ничего не объяснять и не доказывать.
Однако эту мысль пришлось отбросить: я знала, что призраки спокойно могут появиться и у меня в комнате. Чего бы они ни хотели, это не должно помешать нашему с отцом разговору. Я и так слишком долго откладывала, боясь последствий. Но теперь поняла, что бояться следовало совсем другого.
Я решительно зашагала по лестнице дальше и так разогналась, что влетела в гостиную отца, не дождавшись ответа на свой стук. Колта там не оказалось.
– Энгард! – позвала я, снова выходя на площадку и толкая дверь столовой. Но и там было пусто. – Энгард, где ты? Мне надо с тобой…
Я осеклась, заметив четвертую тень рядом с одной из дверей. Сердце снова пустилось вскачь, но призрак мгновенно исчез, а я поторопилась проверить, не за той ли дверью Колт. И наконец мне повезло.