Безжалостный. Свидание со зверем

Я моргнула, обескураженно тряхнув волосами, а доктор уже подхватил планшет:
— Тогда сегодня я тебя отсюда выписываю, — улыбнулся он мягко и глянул на Рейна: — Если что, звони мне в любое время дня. Я здесь в вашем полном распоряжении.
— Прости, что пришлось тебя побеспокоить, — нахмурился Рейн.
— Наоборот — чем больше случаев, тем быстрее научимся помогать таким, как Энди, — и Джастис глянул на меня извиняющимся взглядом, — прости, но это так.
— Мне не привыкать, — пожала я равнодушно плечами и спрыгнула с кровати.
***
— Проходи.
Я шагнул в кабинет Виммера и застал его за работой. В очках он показался старше — возраста моего отца. Но стоило ему их снять и подняться, все изменилось.
— Ты проиграл, в курсе? — сложил он руки в карманы, усаживаясь на край стола.
— Никто не знает, — спокойно заявил я, останавливаясь в паре шагов. — Бинан еще жив, а у вас несколько хвостов для разработок. Врач, прописавший Энди препарат, пока так и не найден.
— Мы бы уже допросили Бинана, если бы ты не выбрал самку, — раздраженно бросил он.
— Ну куда мне до вас, — презрительно процедил.
— В этом и жалость, Брайт, — отвернулся он. — Такие, как ты, я и Харт — надежда нашего общества. Только я, в отличие от вас двоих, понимаю, что для этого нужны жертвы. Я был уверен, что дочь для тебя все…
— Она — все, — спокойно подтвердил я. — И Энди теперь тоже. Я сделал все, чтобы вы закончили мое дело. А что сделали вы?
Он отчетливо скрипнул зубами и отвел взгляд.
— Я хочу остаться здесь, пока Бинан не придет в себя.
— Ты же считаешь это теперь только моим делом, — нахмурился он.
— Я просто признаюсь, что откусил собственный хвост в погоне за высокой целью. Думал, что могу жертвовать всеми, кто подвернется, но я ошибся.
Виммер молчал долго, прежде чем спросить:
— Ну и чего ты хочешь?
— Оставь меня тут с Энди. Я оплачу врача, время и все остальные расходы. Твои ей обещания — тоже моя забота.
— Это место — не личный пансионат, Брайт. А свои обещания я и сам могу держать.
— Энди нужна помощь — ее едва не пустили в расход. А ты пообещал ей свободу. Я не затащу ее на реабилитацию, если дам ей сбежать отсюда. Она даже приблизиться мне не позволит…
— Что, действительно на нее запал? — покачал головой Виммер, усмехаясь, но тут же серьезно добавил: — Я дам тебе неделю. Ровно столько дал мне Президент. — Он поднялся со стола, выпрямляясь: — Поэтому Харт сейчас прикрывает наши задницы на передовой, преследуя работорговцев, а мы с тобой должны показать результат здесь. Поверь — если этот результат устроит Президента, твоя девочка от тебя не уйдет. Какая бы ни была гордая, бросать моего заместителя…
— Твоего заместителя? — сузил я глаза.
— Да, — уверенно кивнул он. — Или ты думаешь, она будет с тобой в горах жить? Брось, Брайт. Если самочка стоящая, ей нужно предлагать будущее, а не прошлое. Время вернуться.
Я презрительно усмехнулся, сжимая зубы. Кукловод знал, на что давить. А я сам организовал себе слабость на его глазах. Энди действительно заслуживала другого будущего.
— Одно твое слово, и я даже заберу все обещанные блага, чтобы ты смог предоставить свои, — продолжал он, не моргнув глазом. — С этой гордячки станется пренебречь даже короной… Хороша, да?
И он хищно оскалился, довольный тем, что загнал меня в угол.
— Да, — процедил я и развернулся к выходу.
Мне нужно было перевезти Энди из палаты, но бесил результат разговора с Виммером. Я еще не думал о будущем — настоящее слишком концентрировано. Откуда мне знать, что будет завтра? И на этом этот сукин сын меня и переиграл, потому что видел.
Да, я хотел Энди. И я хотел бы сделать все, чтобы она больше не увеличивала число шрамов на своей шкуре. И ведь один из самых больших я же и оставил… Согласится ли она дать шанс? Или сбежит при первой возможности? Как бы плохо ни было, время я выиграл. Оставалось только использовать.
Но и с этим у меня намечались проблемы…
    
Глава 10
— Садись на каталку, — сдвинул я брови.
— Я не инвалид. А вот ты — очень даже.
Энди уперлась на пороге палаты, испытывая мое терпение. Мы оба понимали, что теперь она будет меня изводить, а я терпеть. И я терпел.
— Упадешь где-нибудь, ударишься головой и будешь бегать неделю кошкой, — злился я. — У тебя же так мало проблем — надо добавить! Поднимать ну буду — у меня одна рука. Останешься валяться, где грохнешься.
Она закатила глаза, плюхнулась в каталку и сразу съежилась, превращаясь в испуганную птичку:
— И как ты одной рукой собираешься меня толкать?
— Не твоя забота.
— Может, мне все-таки колеса покрутить? — не унималась она.
— Попрошу для тебя смирительную рубашку, — мстительно пообещал я.
Черт с ней, если пикировки со мной отвлекают ее от страха перед отсутствием контроля над второй ипостасью — пусть. Я ей должен.
Когда открыл перед ней двери нашего нового номера, она расправила плечи, подаваясь вперед, а я еле сдержал улыбку. Хотелось, чтобы она расслабилась, отдалась и позволила ее спрятать от всего мира.
— Ого. Тебя повысили? — обернулась ко мне.
— Нет, — нахмурился я. — Пока что… Хватайся за шею.
— Пока что? Эй! — возмутилась она на то, как я подхватил ее с кресла и понес к окну. Но за шею схватилась, еще и прижалась всем телом. — Мне не запрещали ходить!
— Тебе сегодня отдыхать сказали, — остановился я, делая вид, что любуюсь закатом в горной долине. Вид тут был другой, не на глубокое ущелье, а на снежные вершины. Удивительно. Где-то вдали у моря начиналось лето. В Клоувенсе заканчивался учебный год… Сейчас у Лины был бы выпускной, экзамены, переживания… Я непроизвольно сжал пальцы, наверняка делая Энди больно, но она промолчала. — Прости, задумался…
— Может, не все потеряно? — неожиданно участливо глянула она на меня. — И ее найдут?
— Не могу думать иначе, — доверился я. — Не могу смириться, что не увижу Лину.
Наши взгляды встретились, и Энди отпрянула, будто ее током шибануло.
— Пусти, я в туалет хочу, — заерзала, выкручиваясь.
— Через три минуты не выйдешь — пойду доставать, — бросил ей в спину.
— Ты и так достал… — проворчала она, скрываясь в уборной.
А я повернулся к закату.
Много всего ворочалось в мыслях, но одна фраза не давала покоя. Энди сказала, что я не умею быть там, где нужен…
Я не думал, что нужен Лине. Видел ее тоскливый взгляд каждый раз, когда возвращал Эмме после выходных, но был уверен — пройдет. Думал, что с матерью ей лучше, а в городе полно друзей и забот, которые для нее сейчас важней. А на самом деле был нужен ей рядом каждый день…