Академия туманного острова

Благодаря игре на знакомство я узнала, что соперницу зовут Дельфина. Она моя ровесница, любит итальянскую поэзию и лепить из глины. Несмотря на болезнь, девушка светилась жизнерадостностью, в отличие от меня. Я так и чувствовала, как мое лицо становится все печальнее и печальнее. Конечно, приятнее проводить время с человеком, от которого исходят солнечные зайчики, а вокруг витает радужная аура. Если бы сюда залетели бабочки, точно бы из всех людей выбрали Дельфину и приземлились на нее своими тоненькими лапками. Все дело в пылающе рыжей копне волос, от которой будто исходило тепло. Я бы и сама не отказалась посидеть рядом, чтобы немного согреться.
– Теперь, когда Вита со всеми познакомились, предлагаю поиграть в ассоциации, – чересчур радостным тоном, будто клоун на утреннике, предложил Арий.
– В этой игре нужно…
– Я знаю правила, – резко перебила я Дельфину.
Складывалось впечатление, будто волонтеры здесь она и Арий, а я одна из пациентов. Они постоянно переглядывались, договаривали друг за друга предложения и подзадоривали всех активнее участвовать в играх. Их идеальная сплоченность раздражала. Но хуже всего было видеть улыбку Ария, которую он дарил возлюбленной. Это была не та ухмылка, которой он потчевал меня каждый день, а полная нежности и искренности улыбка. Мне хотелось отобрать ее у Дельфины, крепко сжать в руке и убежать. А потом спрятаться где-нибудь в укромном месте, разжать ладони и любоваться ей. Что-то в голову все приходят мысли о тепле, видимо, я замерзла. Из окна и правда сильно дует, кожа давно покрылась мурашками.
– Очень хорошо, что ты знаешь правила, – Дельфина заставила меня вернуться из размышлений, – тогда можно начинать.
Увлекательной игры не получилось, из-за меня она даже приобрела мрачный оттенок. Дельфина и Арий каждый раз называли какое-нибудь доброе слово, которое у нормальных людей рождало лишь приятные ассоциации. Я же на каждом круге выдавала что-то угрюмое, в основном связанное с холодом. Что ж поделать, если взял озноб. В конце концов, используя это, как аргумент, отпросилась домой. На этот раз Арий не взялся меня провожать.
Очутившись на улице, я оглянулась на здание, будто надеялась увидеть там проекцию игрового зала. Мой уход, наверное, принес всем удовлетворение, особенно влюбленной парочке. Арий, скорее всего, уже подпорхнул к своей рыжеволосой красавице и теперь шепчет ей на ушко всякие нежности. От этой мысли меня передернуло. Радует, что в арсенале чувств, вызванных разбитым сердцем, отвращение стало бороться за лидерство. Я даже ему помогу, засунув куда подальше грусть, боль, разочарование и прочую дребень, которую всегда старалась обходить стороной.
Конечно же, на стенах больничного корпуса не появилось никаких картинок, зато мое внимание привлекло другое, с чем я столкнулась не впервые. В окне на третьем этаже снова стояла длинноволосая девушка. На этот раз она не просто наблюдала за мной, а энергично махала. Хотя нет, не махала, а рукой призывала идти к ней. Очень мило с ее стороны пригласить меня в гости, только следует придумать, как туда попасть. Сомневаюсь, что ограждающая лента и мусор – единственные преграды, скорее всего, двери на третий этаж, заперты на ключ. Я должна найти способ туда пробраться, но сначала нужно узнать, что хочет от меня это подобие призрака.

***

Дома меня все же накрыло волной всех тех чувств, которые решила игнорировать. Изнутри съедало ощущение пустоты, ненужности и необоснованного страха. Время от времени пыталась включить разум, осуждая себя за столь эмоциональное, нехарактерное для меня поведение, но без толку. Спустя минуту душу снова заполняла ноющая боль.
Почему я влюбилась именно в Ария? Нельзя было выбрать кого-нибудь другого? Вечно погружен в себя, к тому же жуткий зазнайка. Остальные парни намного лучше, даже Феликс. У него хотя бы понятно, что на уме. Но иногда Арий был очень добр ко мне, заботился. Прочь глупые мысли! Как же я могла попасть в такую дурацкую западню. Мне казалось, на острове уровень моей предосторожности стал выше, а все равно угодила в ловушку. Наверное, контролировать все невозможно.
– Вита, – услышала я негромкий голос Мартина.
Дядя постучал в дверь и прошел в комнату. Я не повернулась, притворившись спящей, но слышала его шаги. Первые секунды ему удавалось быть тихим, но затем он загремел посудой. По комнате разнеся звон, будто пробили колокола, а также приятный душистый аромат. Я резко повернулась, придав лицу самое недовольное выражение лица, на которое была способна.
– Прости, – потупил взгляд Мартин, – не хотел тебя будить. Я принес липовый чай. Ты, кажется, заболела?
– Чай мне не поможет, – буркнула я и с головой накрылась одеялом.
Судя по звукам, дядя некоторое время переминался с ноги на ногу, затем подошел к кровати и опустился на ее край. Я не выглядывала из своего укрытия, демонстрируя нежелание что-то обсуждать.
– Вита, – мужчина выдержал паузу, – что бы ни случилось, ты всегда можешь поговорить со мной. Мы обсудим проблему, и какой бы большой она не была, я не буду тебя ослеплять.
– Ослеплять? – я убрала одеяло с лица и непонимающе смотрела на дядю. Порядки острова уже превысят шкалу допустимой жестокости и ненормальности, если людей за ошибки, действительно, здесь наказывают ослеплением.
– Я хотел сказать осуждать. Прости, еще не очень хорошо выучил фразы из учебника и разволновался, – Мартин неловко поправил очки.
– Какого учебника?
– Пособия «Как родителю найти общий язык с подростком». Детей у меня нет, а с учениками я всегда разговариваю исключительно на школьные темы. Поэтому для меня это первый опыт, и прошу прощения, если что-то делаю не так, – признался дядя и нервно потер руки.
Он выглядел так трогательно, что мне самой хотелось его ободрить. Оказывается, Мартин не просто дал мне кров, но и принял в семью, точнее, хотел создать ее со мной. В этот момент я почувствовала с дядей особую связь, появилось ощущение, что я кому-то нужна. В данный момент это было особенно приятно.
– В таких книжках пишут полный бред, – равнодушно бросила я, а сама посматривала на стол, где стояла чашечка чая, а на блюдце лежало что-то вкусненькое.
– Но чем я могу помочь?
– Со мной все в порядке, просто плохое настроение. Такое случается у подростков, – заверила я Мартина, – а что там, рядом с липовым чаем?
– Булочки с шоколадом, только из духовки, – сразу оживился мужчина, – будешь?
Вместо ответа я кивнула. На мой взгляд, лучший способ найти с подростком общий язык – вкусно его накормить. Этот метод, кажется, работает вообще со всеми.
После сладкой трапезы, которая заполнила пустоту не только в желудке, но отчасти и в душе, ко мне вернулась способность мыслить здраво. Уставившись в потолок, я анализировала Дельфину. Ее чрезмерный позитив говорит о том, что она воспитывалась не на острове. Видимо, ее привезли сюда уже с серьезным диагнозом. Интересно, как давно они знакомы с Арием и сразу ли у них появились чувства друг в друга? Заполняет ли любовь к ней все сердце парня или там осталось немножко места для кого-то еще?