Демон Судьбы. Проснуться Демоном

 
Глава 13. 
 В которой меня убивают. С неожиданным результатом.
Я осталась одна, и в полном ступоре. Как, оказывается, я отвратительно разбираюсь в людях! Шеор, как выяснилось, меня защищал на аудиенции, а не показывал свою крутизну. Король оказался на поверку любящим мужем и отцом, безоглядно жертвующим всем, включая собственную жизнь, ради спасения дочери. Трепетный никчемный юноша оказался… кхм… ни разу не трепетным, а довольно суровым типом (если не обращать внимания на его внешность) с рыцарской привычкой расписываться в абсолютной лояльности к спасителю… С таким моим подходом к ситуации сейчас выяснится, что главная сволочь в нынешней расстановке сил – это как раз Рей. Ошибаться – так по максимуму! С другой стороны, вроде, насчет Шеора я не так сильно заблуждалась. По большому счету.
Я расстроенно плюхнулась на кровать, некоторое время ворочалась, но, похоже, таки смогла забыться зыбким сном. Проспала я, наверное, всего несколько часов, потому что, когда я открыла глаза, за окнами только начинало светлеть. Я довольно кивнула головой сама себе: на мой взгляд, нет ничего более идиотского, чем когда люди, которые приходят тебя убивать, вынуждены вытаскивать тебя из постели и нервно переминаться, ожидая, пока ты закончишь свой утренний туалет… А если не будут ждать, так ещё хуже. Нет, судьбу надо встречать во всеоружии! Так что, когда по периметру моей двери пробежал огонёк, свидетельствующий о прибытии гостей, я была полностью готова. Даже позавтракать успела. Как выяснилось, мой аппетит не смогло перебить даже ожидание скорой смерти.
На этот раз в мою комнату ввалилось гораздо больше народу: Совет в полном составе, ощетинившийся посохами, под предводительством заметно нервничавшего Шеора, плюс Рей и Лир, оба при полном параде (у Лира разве что посоха не было) и весьма убедительно демонстрирующие «морды кирпичом».
– Демон, – торжественно провозгласил Шеор, не теряя времени на политесы, – как приказал король, в благодарность за излечение принцессы, мы должны отправить тебя в места, которые ты считаешь своим домом.
Ага-ага, – подумала я, подбираясь. – Вот оно! Началось!
Я скосила глаза на Рея и Лира: как отреагировали на эту заявку они. Лир, с уже знакомым по королевской аудиенции видом, вперил взор в дали за горизонтом. Рей хмурился и старательно разглядывал пол.
Двое магов выступили вперед и синхронно повели посохами. Кровать, стол и прочие приятные излишества, добавленные в комнату для моего удобства, исчезли. Без них стало пусто и просторно. Маги отступили назад к кучкующимся товарищам, немного пошептались с Шеором, а затем разошлись, занимая места вдоль стены по периметру комнаты. Шеор кивнул мне, указывая на место посередине комнаты. Для моего удобства там даже на минутку вспыхнул кружочек.
Я пожала плечами и послушно направилась, куда указали. От волнения и страха меня начало потряхивать. Я стиснула зубы, встала так, чтобы было одновременно видно Шеора и Рея одновременно (тут мне повезло: они стояли не так далеко друг от друга) и приготовилась играть роль до конца.
Все на мгновение замерли. Затем Шеор торжествующе улыбнулся, воздел руки и забормотал вполголоса какую-то скороговорку. Посохи всех присутствующих магов вспыхнули разными цветами. На этот раз никаких лучей не было. Вместо этого вокруг меня пентаграммой восстало прямо из пола изумрудно-зелёное пламя. Стало на редкость неуютно. Я почувствовала давление со всех сторон, как будто меня пытаются сжать в гигантском кулаке. Но не успела я как-то на это отреагировать, как события начали развиваться с ужасающей скоростью.
Шеор возвысил голос до визга, пламя в ответ взметнулось чуть ли не до потолка, давя и обжигая… И тут раздался взрыв. Ослепительная белая вспышка, оглушающий грохот, куски камня летят во все стороны… Взрывной волной меня швыряет на пол, к окну… Вокруг вспыхивает радуга и я вижу, как летящий на меня огромный кусок стены рассыпается в пыль прямо перед моим лицом. Все стихает. В воздухе висит пыль. Кто-то стонет. Я, оглушённая и ошарашенная, пытаюсь подняться. Перед глазами всё ещё мелькают разноцветные пятна. Сзади меня на месте окна зияет провал от пола до потолка в полстены, со стен продолжают осыпаться мелкие камешки. Я смотрю вглубь комнаты. Из тучи оседающей пыли встает человеческая фигура… нет, две. Одна поднимается из глубины комнаты – Шеор. Присыпанный каменной пылью, что делает его похожим на восставшего мертвеца, он рычит, воздевая посох, и с искажённым яростью и пылью лицом делает шаг в моём направлении. Вторая фигура скользит ему наперерез – Рей. Рей повелительно воздевает руку в сторону Шеора и между ними словно встает прозрачная стена, по которой изредка проскальзывают змейки-молнии. Продолжая держать руку, Рей поворачивается ко мне и шипит:
– Беги!!!
Куда бежать?! Я оборачиваюсь: нет, обрыв позади меня никуда не делся. Я в ужасе снова смотрю на Рея. Он что, мне предлагает спрыгнуть с десятиметровой башни?
Рей с досадой мотает головой. Одной рукой он по-прежнему держит стену между нами и Шеором, к которому тем временем подтягиваются остальные маги, восставая как зомби из куч щебня. Стена, судя по выражению на лице Рея, дается ему нелегко. Другой рукой он начинает делать какие-то пассы, вдруг резким движением кидает в меня что-то невидимое и, уже не жалея сил, орёт:
– Вон отсюда!
…И меня выносит из башни. Я понимаю, что лечу… но сразу понимаю, что лечу, скорее, по горизонтали. Успеваю задуматься: сколько мне удастся ещё так пролететь, и насколько жестко я буду приземляться. Ужас, по-моему, бьётся в каждой клеточке тела.
К моему удивлению (если бы я была в тот момент способна на подобные эмоции) приземление прошло благополучно. Как идущий на посадку самолёт (и, по-моему, с такой же дикой скоростью) я снизилась над каким-то лугом, покатилась по траве, но не остановилась, а продолжила уже бежать, подстегиваемая каким-то невероятным, первобытным ужасом. Сколько я так бежала, сказать сложно, но в конце-концов усталость стала брать своё. Я замедлила бег и сразу начала замечать какие-то странности. Ну, во-первых, трава стала высоченной, и из зелёной превратилась в какую-то буро-жёлтую, а во-вторых, я… как будто стала меньше ростом, и как-то изменилось восприятие окружающего мира. Когда я летела, я видела, что сажусь в огромную степь с полоской леса на горизонте. Я полагала, что до леса уже рукой подать, и здорово рассчитывала там спрятаться. Но тут я поняла, что не вижу горизонта, и леса не вижу, словно провалилась куда-то… Я остановилась и села, вывалив язык и тяжело дыша. Мой взгляд упал вниз и я обнаружила, что обвиваю себя хвостом. Хвостом?!!! Я в ужасе подпрыгнула. Я подпрыгнула на четырех лапах! На длинных чёрно-жёлтых лапах! Я ходила на четвереньках! У меня был хвост! Окружающий мир утратил цвета и резкость. Зато звуки навалились со всех сторон. Они просто оглушали: кто-то шуршал справа, кто-то скрежетал слева, кто-то подкрадывался сзади… У меня сдали нервы, и я снова ломанулась, куда глаза глядят. Я просто не в силах была остановиться! Остановиться – означало начать думать о своей ситуации вообще и о своём новом состоянии в частности. Я бы, наверное, так и бежала, пока не свалилась бы замертво… Но мне преградила путь речка. Я с маху вылетела из кустов на пологий песчаный бережок и буквально уткнулась в воду. Увидев воду, я поняла, что ужасно хочу пить, и, прежде чем успела спохватиться, начала лакать. Мой новый облик явно предпочитал инстинктивные действия. Утолив жажду, я осторожно присмотрелась к своему отражению. Из воды на меня смотрела типичная лисица: узкая мордочка, уши торчком, хитрые чуть прищуренные глаза… Вот только расцветка какая-то нетипичная. Вроде как лисы такого вида все больше рыжики или чернобурки, а моя расцветка была какой-то грязно-жёлтой.